Болело все.

Он был привычен к боли, но эта, пульсирующая, никак не хотела отступать. Гарри (просто Гарри - он отбросил "Поттер" так же быстро, как вынужден был бросить Хогвартс) поморщился и двинулся к балкону. Открыв расшатанную дверь, он вздрогнул, когда поток холодного воздуха коснулся его обнаженного тела. В руке зажата плата за его услуги - 190 фунтов 50 центов. Гарри пересчитал деньги, не дожидаясь, пока клиент выскочит за дверь. Это был грубый секс, пот уже начал высыхать и тело становилось липким, но ему было абсолютно наплевать.

Вздохнув, он схватил пачку сигарет с балкона, прикурил одну, глубоко затянулся, его пальцы дрожали. На лице застыла недовольная гримаса: накладная ресница сползла и попала в глаз. Он пристроил окурок на краю пепельницы и попытался вынуть ресницу, перекатывая, пока та совсем не отклеилась. Проделав то же со вторым веком, он выкинул ресницы с балкона. Сонно потер глаза, размазывая остатки теней и туши. Теперь он выглядел, как фея.

Разумеется, вся его суть заключалась в этой женственной внешности. И при том - он все еще не мог избавиться от чувства неловкости, накладывая косметику изо дня в день.

Гарри стоял и курил, голый и заледеневший, на этом чертовом балконе. Он хотел принять душ - по правде говоря, душ был ему просто необходим - но глаза закрывались, и дело здесь было не в макияже. Затянувшись в последний раз, дрожа, он заскочил внутрь так быстро, как ему позволили уставшие мышцы. Упал на кровать, натянул одеяло по пояс, бросил пачку денег на стол. Он спрячет их завтра, до прихода следующего клиента.

Гарри позволил себе отдаться во власть сна. Его глаза болели от недосыпа, и при обычных обстоятельствах этого было достаточно, чтобы мучаться бессонницей, но - вот странность - он уснул быстро.

Если бы кто-то вздумал наблюдать за спящим мальчиком, то задал бы себе множество вопросов. Гарри ворчал, стонал и крутился в постели, как будто ходил во сне. Он вздрагивал, когда ему снилось что-то особенно волнующее, а иногда просыпался от плача, его щеки были мокрыми, а глаза опухшими.

Сегодня его сны шли своей чередой. В них не было ничего слишком необычного или, напротив, уж очень нормального. Его дыхание было ровным.

Но вдруг.

Его тело свернулось в тугой клубок, мышцы сведены, зубы сжаты до боли.

Еще один сон. Еще одно воспоминание.

И вот опять он, Гарри Поттер, выглядит как ангел, каким ему и должно быть, правая рука вытянута, глаза горят огнем. Он загнал Вольдеморта в угол. Он чувствует сладкий привкус победы на губах. С широкой улыбкой он направляет палочку на Темного Владыку, чуть выше сердца, губы произносят "Avada Kedavra," и пульсирующая зеленая струя пламени устремляется прямо в цель.

Все пропадает. На полу лежит не Вольдеморт, a обожженный кусок тела, и тряпки, минуту назад бывшие одеждой. Гарри истощен. Он тоже падает на пол, чувствуя себя слабым и странно пустым. Прерывисто дыша, он хрипло произносит простые слова призывающего заклинания, выученного в этом году.

Ничего не происходит.

Ничего. Ни хлопка, ни шипения. Ни одного звука. Гарри прижимает ладонь к палочке, с ней что-то не в порядке. Встряхивает ее. Пробует снова.

И опять ничего.

Гарри хватает ртом воздух. Он чувствует, как профессор Снейп нежно берет его под руки, поднимает. Они должны идти. Гарри медленно погружается в небытие, усталый более, чем ему кажется.

Смена обстановки, и Гарри заворчал во сне, перебирая рукой простыни.

Дамблдор. Гарри снова в Хогвартсе. Он не может вспомнить, как попал сюда. На самом деле, он с трудом припоминает хоть что-нибудь. Перед ним в кресле сидит, ссутулившись, Дамблдор, он улыбается так натянуто, и Гарри тут же понимает: что-то случилось. С ним что-то случилось.

- Сэр? - спрашивает он неуверенно, пытаясь приподняться, но руки не слушаются его.

- Гарри, мой мальчик. Как хорошо, что ты проснулся, - Дамблдор говорит приглушенно, скорее всего для того, чтобы остальные не могли слышать их разговор.

- Что произошло?

- Вольдеморт умер, Гарри, к большому облегчению Волшебного мира, и за это мы должны благодарить тебя.

- Это здорово, - Гарри пытается придать своему голосу восторженную интонацию. Но реплика звучит безразлично. Сейчас директор скажет: "но". Гарри чувствует это.

- Но произошло нечто ужасно неправильное, - Дамблдор вздыхает, Гарри ищет его взгляд и то, что он видит, не обнадеживает. - Гарри, когда ты... нет. Я должен начать рассказ с другого. Гарри. Когда Вольдеморт пришел в дом твоих родителей, в Годрикс Холлоу, произошло нечто. Сейчас мы не можем сказать, что именно. Заклинание не сработало. Пытаясь проклясть тебя, Вольдеморт практически потерял свою силу, он передал ее тебе. Это многое объясняет, Гарри. Твоя сверхъестественная способность говорить со змеями, твоя способность избегать смерти в любой ситуации. Том Риддл был великим волшебником, но сейчас он мертв, он лишен силы, и ты ее тоже лишился. В какой-то степени.

- Я не понимаю.

- Ох... Ну... Той ночью, когда Вольдеморт напал на тебя, была создана связь, Гарри. Очень редкая и очень опасная связь. Ты получил силу Риддла, Гарри. А сейчас у тебя не осталось ее совсем, что само по себе чрезвычайно интересное последствие. По логике вещей, даже если Вольдеморт и был основным источником твоей силы, ты формально являешься Волшебником, практически завершившим обучение, и у тебя должны остаться магические способности. Но... ты не можешь сотворить простейшего заклинания. Очень любопытно.

- Вы имеете в виду...

Дамблдор молчит.

- Что я сквиб? Что я был рожден сквибом?

Дамблдор морщится и машет рукой.

- Ну, я бы не сказал, что сквибом, Гарри. Но да... Ты был рожден без магических способностей.

Гарри покидает Хогвартс чуть позже, тем же вечером, имея при себе только плащ, сумку с едой и немного маггловских денег. Он оставляет ключ от своей ячейки в Гринготтсе Рону из чувства вины: он не был ему тем другом, которого Рон заслуживал иметь. Вместе с ключом он оставляет записку Рону и семейству Уизли на своем туалетном столике, без объяснений, без заверений. Просто два имени и несколько бессмысленных слов между ними.

"Рону", - написано в ней, как в какой-нибудь чертовой поздравительной открытке. "От Гарри."

От обрывает все концы и не оглядывается назад.

Тело на кровати вскочило, проснувшись, тяжело дыша, мокрое от пота, сердце колотилось и колючие слезы пульсировали под грязными веками. Пальцы терзали простыни, пытаясь успокоить воспоминания, вышедшие из-под контроля.

- Черт, - стонал Гарри, закрывая руками лицо. - Дерьмо.

Он по привычке потирал лоб в том месте, где когда-то был шрам, вспоминая, что его больше нет, что он исчез, когда умер Вольдеморт, и с этим ничего не поделаешь, мрачно падая обратно в постель.

Воспоминания возвращались сами собой, хотя времени прошло предостаточно. Может, оттого, что его клиент прошлой ночью был рыжим? И напомнил ему Рона? Всех Уизли, вместе взятых? Как бы то ни было, сны заставили его плакать. Это нехорошо. Он глубоко вздохнул, спустил ноги с кровати и, наклонившись, выудил трусы из корзины с бельем. Эти должны быть чистыми; он не помнил, какие именно он положил в стирку, но это не имело значения - их все равно придется снимать под утро.

И снова Гарри отказался от душа, а вместо этого поплелся на кухню отмывать живот. Они трахались в презервативах, но потом клиент вышел из него и попросил кончить на Гаррин живот. Ничего страшного, всего один разок; Гарри знал, что это был постоянный клиент, что он здоров... и правила существуют для того, чтобы их нарушать, как говорил старик Дамблдор.

Господи. Ну вот опять. Гарри пытался забыть Хогвартс с тех пор, как нашел прибежище в маггловском Лондоне. Сначала он пришел проситься обратно к Дурслеям, чтобы попробовать пожить их, человеческой, жизнью - ей он, черт побери, и должен был жить отныне, но они... отказались впустить его. Гарри умолял. Но вместо каморки под лестницей он заночевал в отеле. Один, без багажа. Он не спал всю ночь.

Он не собирался становиться шлюхой. По правде говоря, ему это даже в голову не приходило. Но он не мог вернуться в Волшебный мир. То, что он читал на страницах Ежедневного Пророка, было ужасно. Вся его сила пропала - что делать? Стать чертовым смотрителем, как Филч? На фиг. Гарри отказался от амбиций и безнадежно пытался найти простую маггловскую работу? пробовал наняться продавцом, банковским клерком... но у него не было ни документов, ни рекомендаций, ни реального опыта. Он был просто виртуальным кандидатом для них, и они просто отказывали ему. Вечером очередного дня бесцельных шатаний, Гарри сидел у своего мотеля, глядя на прохожих без особого интереса.

На углу он заметил человека, который пялился на него в открытую. Незнакомец выглядел паршиво: простые потрепанные джинсы, грязная футболка без рукавов, и что довольно странно, ковбойские сапоги. Он просто стоял на одном месте, переминаясь с ноги на ногу. Периодически трогал карман джинсов, как бы проверяя - все ли на месте. Гарри наблюдал за мужчиной с возрастающим интересом, а затем с удивлением, когда тот двинулся к нему.

- Есть прикурить? - спросил незнакомец.

Гарри молча щелкнул старой зажигалкой. Мужчина кивком поблагодарил и наклонился прикурить сигарету, затягиваясь так жадно, как будто ждал этого весь день. Выпрямился, выпуская дым сквозь щелочку сухих потрескавшихся губ. - Хорошая зажигалка,- - сказал он, раскачиваясь на носках. Гарри кивнул, мужчина опять сосредоточился на сигарете. Они молчали, пока незнакомец не представился.

- Меня зовут Майк.

- Хм.

- А тебя?

- Гарри, - ответил он. - Просто Гарри.

- Ты настоящий жеребец, - Гарри улыбнулся.

- Хм.

- Ты прости, я не должен тебя спрашивать... ты не выглядишь, как гей, извини, - Гарри ничего не ответил, но глаз не отвел. - Я... Послушай. Чем ты занимаешься? Ну, чем зарабатываешь?

- Ничем.

Майк, казалось, только того и ждал.

- Слушай, ты здесь живешь? - Гарри посмотрел на него взглядом, говорящим "мы стоим у моего отеля". Майк хмыкнул. - Глупо, еще раз прости.

- Все в порядке. Мне все равно придется съехать отсюда.

Майка как будто осенило.

- Тебе нужно жилье? Мои друзья будут рады оказать тебе любезность взамен кой-чего...-

Вот так просто это случилось. Гарри был нанят, совершенно добровольно, хотя можно винить в этом депрессию и отсутствие смысла жизни. Первая ночь была тяжелой; он выписался из отеля и остался у Майка, изучая приемы его нового ремесла. У него все болело несколько недель подряд, и он еще не был готов для клиента. Пользуясь вынужденной отсрочкой, Майк пытался сделать все от него зависящее, чтобы сделать имидж Гарри откровенно привлекательным.

Они ходили за покупками в маггловское заведение, называемое Кибердог, где бритоголовые, пирсингованные сотрудники слонялись по магазину группами, стараясь избегать покупателя, до тех пор пока тот сам не подходил к ним. Гарри разглядывал продавцов, игнорируя их орлиные взоры, пока Майк выбирал для него те же вещи, что были надеты на них.

Когда они наконец вышли из Стейблз Маркет на Камден, у Гарри было два новых пирсинга: кольцо в соске и колечко в носу, потом его отвели к какому-то странному визажисту, и он не мог пошевелить лицом из-за наложенного макияжа. Глаза болели от туши и подводки для глаз, проколотый сосок все еще ныл.

С тех пор не стало прежнего Гарри. Он оставил позади чистые джинсы и рубашки, а вместо них носил сетчатые майки и облегающие кожаные штаны. Он ходил в сапогах, в которых едва мог передвигаться, и проколол себе ухо вплоть до самого хряща. Он научился разговаривать с нижними обольстительными обертонами, и заставлял себя произносить во время секса слова, от которых при нормальных обстоятельствах залился бы краской. "Черт" слетало с его губ так просто, как будто было его именем. Матерные парафразы в его исполнении были изящней сонета. Он стал мальчиком-мечтой.

Гарри быстро привык к тому, что теперь его рассматривали как "объект", как "член".

Но в такие ночи, как эта, он хотел бы родиться обратно.

Снейп мерил комнату шагами. Он боялся ложиться спать. Сны... сны были настолько сильны и тревожны, что он мог с тем же успехом не спать вовсе. Его сны становились все хуже. Он чувствовал себя относительно счастливым, только когда мучил студентов. Чувство счастья было проблемой Снейпа. Он не мог с уверенностью сказать, что был по-настоящему счастлив тогда-то и тогда-то. Оглядываясь назад, Снейп вспоминал пару-тройку моментов, в которые он испытал нечто, отдаленно напоминающее удовольствие... и, похоже, все они были связаны с Гарри Поттером.

Поначалу ему казалось, что Поттер - проклятье всей его жизни, но именно благодаря ему он почувствовал себя живым существом. Не призраком хогвартских подземелий, живущим одной лишь идеей - высмеять, оскорбить. Что-то в Мальчике, Который Выжил, заставляло его хотеть жить... хотя бы для того, чтобы увидеть, как он обманет ожидания общественности. Чтобы сравнить его с Поттером-старшим, которого Снейп до сих пор ненавидел.

Потом он сражался вместе с Поттером, и внутренняя сила мальчика покорила его. Как бы плохи ни были обстоятельства, Гарри продолжал бороться. Снейп понимал, что жизнь Поттера была такой же безрадостной, как и его собственная. Он слышал разные слухи о его проблемах с тетей и дядей, но всегда считал их преувеличением. Позже Дамблдор подтвердил все, давая Снейпу понять, что на самом деле ситуация было намного хуже.

Его мнение о Поттере менялось медленно на протяжении семи лет. Снейп не мог точно припомнить, в какой момент он перестал ненавидеть мальчика. В любом случае, ему запомнилась последняя битва с Волдемортом. Тогда он оценил Гарри как волшебника и принял его как равного - только для того, чтобы увидеть, как Поттер потерял все. Победа обернулась поражением.

Некоторые события той ночи помнились Снейпу смутно; разумеется, Вольдеморт эффекта ради выбрал ночь полнолуния, чтобы сделать свой ход. Но он ясно помнил тот момент, когда Гарри наконец смог наложить самое непростительное проклятье из всех; он слушал и удивлялся тому, что голос семнадцатилетнего подростка даже не дрогнул. Вспышка зеленого света и - конец. Темного властелина не стало, Гарри Поттеру все удалось. Он исполнил свое предназначение. Этот момент должен был стать его триумфом. Снейп чувствовал гордость за Гарри и что-то еще, чему не мог дать названия. Сила проклятья была велика, он почувствовал ее, стоя в отдалении. Гарри вложил в слова всего себя, полностью, без остатка. Он не предполагал тогда - насколько.

Снейп смотрел на мальчика, пораженный: каким маленьким он казался в своей мантии. Измученным, призрачно-бледным и неуверенным. Бросился к нему, прижал к себе, надеясь, что мальчик простит его прикосновение - ведь он сейчас ближе всех к Гарри. Лес вокруг горел (проклятье оказалось слишком сильным), нужно было быстрее увести мальчика.

Снейп помнил, как шептал ему нежные слова, которых раньше не знал. Он почувствовал, как боль пронзила его руку. Он закатал рукав и увидел, что темная метка пропала. Вольдеморт был и в самом деле мертв. Гарри что-то бормотал и вздыхал, глядя на свою волшебную палочку - наверное, она сломалась. Тогда Снейп не обратил на это внимания, он должен был доставить мальчика обратно в школу, пока остальные волшебники тушат пожар.

Именно тогда Поттер потерял свою силу и стал Магглом. Тем, кем его всю жизнь пытались сделать. В тот момент никто ничего не понял, даже Дамблдор не мог признать очевидного. Сила Поттера оказалась силой Волдеморта. Змееязык, Квиддич, необыкновенные способности Гарри, его отчаянная храбрость - все это принадлежало Тому Риддлу.

Снейпу не удастся забыть выражение лица Гарри, когда он выходил из кабинета Дамблдора. Снейп ждал под дверью, но любые вопросы были излишни. Мальчик выглядел так, будто потерял все - а он действительно потерял все. Снейп пытался заговорить с ним, пытался придумать слова утешения, но после семи лет издевательств они прозвучали бы насмешкой. У Снейпа не было ничего, кроме слов. Он не мог вообразить себе глубину отчаянья Поттера. Все, чем он был и чем он мог стать, исчезло. Навсегда. Безвозвратно.

Казалось, Поттер не слышал его и не видел.

Хотя Дамблдор и не заикался о том, что Гарри должен покинуть Хогвартс, в глубине души Снейп знал: мальчик не сможет оставаться здесь. Ежедневно ему пришлось бы сталкиваться с напоминанием - он никогда больше не сможет быть, он никогда уже не сможет стать. Видеть, как первоклашки-неумехи делают то, чему он не в состоянии научиться.

Поэтому Поттер сбежал, и тут Снейп осознал, насколько ему не хватает мальчика. Оставшаяся часть семестра прошла как дурной сон. Учителя пытались искать Поттера, следить за его передвижениями. Все без толку. С помощью магии не выследишь маггла в маггловском Лондоне. После ухода Поттера Снейп с тревогой обнаружил, что ему начали сниться сны.

Снейп всегда знал о своих предпочтениях и никогда не делал из этого секрета, однако все его интрижки были короткими и не приносили удовлетворения. Работа стала его жизнью, преподавание стало для него всем. Затем в его жизнь вошел Поттер, и у него появилась новая цель. Где-то на шестом году обучения Поттера он внезапно осознал: мальчик привлекателен. До него доходили слухи об увлечениях и связях Поттера ? неизбежность для смазливого студента. Обаяние Поттера привлекало юношей и девушек, без разбора. Даже Снейп вынужден был признать, что не в силах остаться равнодушным к его прелестям. Приходилось использовать все свое презрение к мальчику и его отцу, чтобы не дать волю чувствам. Только раз или два желания смогли возобладать над здравым смыслом, но тут же были подавлены.

Снейп вновь возвращался к последней битве, ставшей причиной трагедии Поттера. Впервые он воспринял мальчика как личность, и его чувства вышли из-под контроля. В ночь после ухода Гарри Снейпу приснился его первый сон. Эротический, извращенный, пугающий. Он видел Гарри, связанного и обнаженного, распростертого перед ним. Затем были еще сны - не каждую ночь, даже не каждую неделю, но они были. Он пытался найти Гарри только для того, чтобы прекратить свои видения. Он стал одержимым, и едва ли спал вовсе.

Начался новый школьный год. Снейп отточил свои зверства в отношении первоклашек до совершенства. Гриффиндорцам, как обычно, доставалось больше других. Кое-кого он довел до слез своими остротами, не чувствуя при том особого удовольствия. Ему опять снились сны - он просыпался возбужденным и ослепленным желаниями. Поначалу он отказывался от самоудовлетворения. Думать о Гарри во время мастурбации - это так дурно, нет, он не будет этого делать. Позже он перестал сопротивляться. Однажды ночью он проснулся, сжимая рукой возбужденный член.

И он сломался; быстро двигая рукой, он отдался во власть вожделения и мыслей о Гарри. Это было так хорошо - нет-нет, он не имел права. Переполненный чувствами, он сжал у основания свой член, представляя стройное мальчишеское тело. Зеленые глаза жгут его. Гарри под ним, раздвинул молочно белые бедра, приглашая. Гарри опускается на колени, берет его член в рот, мастурбируя себя... видения, фантазии, порочные детали проносились перед глазами, пока он двигал рукой все быстрее и отчаянней, как будто оргазм мог смыть поток извращенных желаний.

Снейп внезапно проснулся. Опять! Он уснул в своем кресле. Он не в силах более сопротивляться назойливому голосу страсти. Когда он пытался подавить похоть, его поведение становилось еще хуже. В один из таких периодов директор вызвал его к себе и отчитал, как нашкодившего ребенка. Предупредил его о том, что личные проблемы не должны сказываться на работе. Дамблдор без магических уловок знал о его чувствах. Снейпу настойчиво предложили воспользоваться давно заслуженным отпуском. Это прозвучало - и этого было достаточно. Снейп усвоил урок.

Поэтому, проснувшись ночью, чувствуя, как тело ломит от сиденья на стуле, он даже не пытался сопротивляться. Сбросив мантию, он упал на кровать, сжал болезненно напряженный член. С самого первого сна он не мог думать ни о ком, кроме Гарри. Ночи с мастурбацией случались все чаще и приносили ему все меньшее облегчение. Он нуждался в том, чего не мог получить.

Одних мыслей о Гарри достаточно, его член стал влажным, и не было нужды в смазке. Он двигал рукой быстро, жестко, сжимая член до боли, желая наказать себя. Он выгнулся на постели, пытаясь окончить это быстрее. Он нуждался в облегчении. Он двигал рукой все быстрее, картины растрепанных волос и очков Гарри мелькали перед глазами. Гарри, смотрящий на него с упреком, вдруг превратился в Гарри, который стоит на четвереньках, оглядываясь на него через плечо.

Это было последней каплей. Снейп дышал с трудом, сейчас, так близко, так близко... внезапно, из ниоткуда, отчетливо: Гарри Поттер, вызывающе одетый, мелированые темные волосы, на лице толстый слой косметики. Оргазм захлестнул его, с губ сорвался сдавленный крик, который мог быть именем Гарри, по телу прокатилась судорога, одна, вторая, третья. Он упал на кровать, исполненный стыда, но удовлетворенный. Пока.

Глава 2.

Резкий стук в дверь заставил Снейпа вздрогнуть и подняться из-за стола, за которым он провел последние несколько часов, подсчитывая ошибки в домашних заданиях. По ту сторону двери профессора ожидали хмурое лицо Минервы и сообщение, что его хочет видеть директор.

- Пароль, - сказала она, понизив голос. - Майк и Айк.

Северус не сдержался, тень улыбки коснулась его губ.

- Майк... и Айк? - Минерва выпрямилась с каменным лицом, однако он видел, что она разделяет его иронию.

- Ну, ты же знаешь, как он любит эти маггловские сладости, - ответила она холодно, притворившись, что не поняла намека. Временами Северус удивлялся тому, насколько невозмутимой могла была МакГонагалл - почти такой же, как он сам - и насколько трудно ей было просто улыбнуться.

Северус встряхнул головой, пытаясь упорядочить мысли, и заверил ее, что немедленно отправится к Дамблдору.

- Пожалуй, я пройдусь с тобой немного, - предложила она. Это предложение, равно, как и все прочие предложения Минервы, было скорее похоже на приказ. - Мне нужно подняться в общежитие Грифиндора, чтобы напомнить г-ну Ковету о его завтрашнем наказании. Вероятно, он уже забыл о нем. Они прошли коридор, ведущий из подземелий на свет, встретив на своем пути несколько смеющихся слизеринцев. Минерва наградила их суровым взглядом, было очевидно, что ее нелюбовь к названному факультету не уменьшилась ни на йоту. Напротив, она воспринимала как личное оскорбление их веселье и довольство жизнью. Вместо того, чтобы чувствовать себя оскорбленным, Снейп обнаружил, что почти улыбается, в ответ получая несколько странных взглядов со стороны Минервы. Господи! Похоже, он начинает сходить с ума.

- В последнее время ты странно себя ведешь, Северус, - Минерва начала издалека, Снейп внутренне сжался. Ну вот, теперь еще и Минерва! Как будто мало ему предстоящей нотации Альбуса.

Конечно, трудно их винить. В последнее время он действительно чувствовал себя потерянным. В любой момент он готов был сорваться и с криком броситься в сторону Запретного Леса. Коллеги отмечали его странности, да и студенты не стояли в стороне. Снейп пытался игнорировать чувство, что за ним наблюдают. В конце концов, за ним следили с того момента, как узнали о связях с Вольдемортом. Но теперь они следили иначе.

- Странно веду себя. Разве? - ответил он сухо, вышагивая впереди МакГонагалл.

- Да, - подтвердила она, и Северус понял, что на этот раз ему не удастся избежать нравоучения. - Практически все заметили, как ты изменился.

- Изменился?

Она продолжила, как будто не слышала его.

- Северус, я знаю тебя много лет - еще с тех пор, когда ты был здесь студентом - и я знаю, когда у тебя не все в порядке. Несмотря на то, что нас с тобой, казалось бы, ничего не связывает...

Снейп состроил очень не-снейповскую гримасу.

- Ты уже не прежний Северус Снейп, известный мне. Я не знаю того, кем ты стал, но вряд ли этот кто-то доволен собой. Ты не можешь сосредоточиться. Ты не спишь. Ты почти ничего не ешь. Все признаки депрессии, Северус...

- Минерва, - огрызнулся он яростно, оправдывая свой утерянный имидж, находя в этом легкое утешение. - Ты делаешь выводы из того, что я не бросаю больше злобных взглядов в сторону гриффиндовцев за ужином?

Он вздохнул.

- Я благодарен тебе за участие, но еще немного, и оно перерастет в назойливость. МакГонагалл, казалось, не удивилась его отповеди.

- Хорошо. - Она повернула за угол и направилась в сторону башни Гриффиндора, не обронив ни слова больше, и Северус вздохнул с облегчением и - отчасти - с отчаянием.

- Черт.

Он продолжил свой путь, слабо кивнув проходящему мимо Хагриду (с очередным монстром на поводке), завернул за угол и забыл одернуть группу хаффлпавцев, едва не врезавшихся в него. С трудом преодолел несколько лестничных пролетов (сказывалась нехватка физических нагрузок) и оказался перед дверью в кабинет директора.

- Майк и Айк, - пробормотал он горгулье, откидывая непослушные пряди с лица. С удовольствием отметил, что не забыл бросить злобный взгляд на уродину, пока та открывала проход.

Северус кашлянул, заметив, что он один в офисе.

- Альбус?

- Северус...

Снейп обернулся. Главное, без лишних эмоций. Он знал, зачем он здесь. Ни к чему изображать святую невинность.

- Мы можем перейти прямо к делу, - сказал он устало. Альбус даже не предложил эти чертовы конфеты, которые держал специально для него. Снейп усмехнулся про себя: похоже, он действительно зашел слишком далеко, если Дамблдор решил опустить формальности, вместо этого предлагая ему присесть. Он опустился в кресло, стоящее как можно дальше от Фоукса. В последний раз, когда он был здесь, Фоукс решил, что настало время возрождаться из пепла. В результате Снейп был покрыт с головы до ног его седыми перьями. Сейчас Фоукс также выглядел не блестяще.

- Северус.

Вот оно!. Каждый раз, когда кто-либо пытался читать ему нотации, он начинал с его имени. Снейп представил себе, как Дамблдор склоняется над ним, качая указательным пальцем и выговаривая за то, что он летал после заката. Ему удалось подавить смешок.

- Нам нужно поговорить.

- Понятно, - Снейп разглаживал складки мантии. Он нервничал, хотя со стороны это выглядело демонстрацией безразличия. Но Альбус не был посторонним.

- Ты ждал этого?

Снейп промолчал - он слишком умен для игр подобного рода.

- Если ждал, - продолжил Альбус, - то мог представить, как мы будем волноваться за тебя.

- И кто это «мы», позвольте узнать?

- Учителя. Несколько студентов. Ты сам не свой.

- Я уже в курсе, - Снейп пожал плечами. - Минерва рассказала, когда заходила за мной.

- Ах, да. Я должен был догадаться.

Похоже, это позабавило Альбуса.

- Минерва нервничает больше всех. Она заботится о тебе.

- И почему это она должна беспокоиться? Я что, подвергаю опасности студентов?

- Нет. По крайней мере, пока. Но я вижу, тебе становится все хуже, и вероятно... в один прекрасный день ты не заметишь ошибки, которая может повлечь серьезные последствия.

- Хуже? Начнем с того, что я не болен...

- Депрессия, Северус, и довольно запущенная.

- Что?

Голос сорвался, Снейп терял самообладание.

- Ты не можешь просто...

- Могу. И как директор этой школы я решаю, когда учителя не способны учить и когда им требуется отпуск.

- Ты отстраняешь меня?!

- Да. До тех пор, пока не буду уверен в том, что ты готов вернуться в Хогвартс в здравом уме.

- Я и сейчас в здравом уме! Не могу поверить...

- Что ты делал, когда за тобой зашла Минерва? - Северус запнулся, пытаясь придумать хоть что-нибудь. Однако, ничего не приходило в голову. Он тяжело вздохнул.

- Это еще не означает...

- Какие факультеты были у тебя на уроках сегодня, Северус?

- Можешь не ждать - я не вспомню, - огрызнулся он в отчаянье.

- Нет. Разумеется, невозможно запомнить расписание, повторяющееся из года в год на притяжении последних двенадцати лет.

Снейп только вздохнул в ответ. Альбус наклонился к нему, опершись локтями на стол, рукава мантии соскользнули вниз, обнажив старческую кожу его рук. Снейп в который раз вспомнил, насколько стар был директор на самом деле.

- Ты почти не ешь. Не спишь. Тебе трудно сосредоточиться в классе. Последнее время ты даже разговариваешь не так, как обычно. Что случилось, Северус?

- Все было отлично, пока ты не приступил... к своим дурацким обвинениям, - процедил Снейп сквозь зубы.

- Я не обвиняю. Я просто излагаю факты. Ты стал другим. Тебе нужен отдых? Если Вольдеморт...

- Он мертв, - прошипел Снейп. - Я думал, ты помнишь об этом, несмотря на свой возраст.

Альбус несколько раз моргнул, пораженный выпадом Снейпа, затем сел на место. Снейп заполнил паузу мысленными проклятиями в свой адрес.

- Хм. Так вот из-за чего ты... Вольдеморт?

- Ну, причем здесь он, - бормотал Снейп. - Он умер.

- Да. Как ты сейчас... хм, любезно мне напомнил, он действительно мертв. Равно, как и Гарри Поттер.

Снейп вздрогнул.

- Поттер жив...

- Да. Но он исчез, Северус, затерялся в маггловском Лондоне, пытаясь жить так, как будто он никогда не слышал о нас и нашем мире. - Директор грустно покачал головой. - Это несправедливо, не правда ли? Мы лишились своего единственного героя.

- Начнем с того, что он не был героем. Это была не его сила.

- Нет, был. Даже ты не сможешь спорить с тем, что он был умным и интересным ребенком, хотя и не обладал способностями от рождения.- Альбус немного помолчал, потом вздохнул. - В любом случае, извини, но я отправляю тебя в отпуск.

- Что!? Я думал, мы уже обсудили это...

Снейп сорвался на крик, но Альбус перебил его.

- Северус, если эта вспышка является показателем самоконтроля, то я вынужден раскрыть глубину твоего заблуждения. - Снейп притих. - Я не собираюсь отстранять тебя надолго. Быть может, это будет просто небольшой отпуск. Кто знает? Но ты отправляешься в Лондон и никуда больше, а мы станем приглядывать за тобой.

- Почему? Я вряд ли перережу себе вены, если поеду в Париж.

Альбус посмотрел на него из-под очков.

- Ты едешь в Лондон, Снейп. Я буду навещать тебя периодически. А сейчас я предлагаю тебе идти паковать вещи. Да, и не забыть про маггловскую одежду. Деньги тебе выдадут.

Снейп хмурился. Протестовать было бесполезно. Невозможно переубедить Альбуса, когда он принял решение.

- Пожалуйста, попытайся хорошо провести время. Северус?..

Снейп молча захлопнул за собой дверь.

Уличный фонарь освещал его тело, оставляя в тени лицо. Что позволяло ему оставаться неузнаваемым, учитывая особенности ремесла. Большую часть времени Гарри проводил в ожидании клиента. Надеясь, что тот не будет слишком грубым, или скупым, или болтливым. Гарри ненавидел разговоры, он не нуждался в советах и не горел желаньем объяснять, как попал на панель. По счастью, разговорчивые встречались редко. Все, как один, жаждали его молодого тела и удовольствия, от него получаемого.

Иногда - и это было хуже всего - внешность клиента или просто атмосфера самой ночи напоминали о "другой жизни", как он ее теперь называл. "Другая жизнь" отныне не принадлежала ему, она никак не была связана с его теперешними занятиями. Обычно он в состоянии был отогнать назойливые мысли, но временами воспоминания одерживали верх. В такие ночи к нему возвращались кошмары.

Забавно - последнее время он часто вспоминал своего прежнего врага. Северуса Снейпа. Он был с Гарри ночью, когда тот потерял все. Он принес Гарри в школу. Невозможно было забыть руки, так нежно обнимавшие его тогда. Просто смешно - в свой последний хогвардский год Гарри влюбился в профессора Снейпа. Кто бы мог подумать. Влюбился. Самое идиотское, детское слово, которое мог бы произнести мальчик-проститутка. Но это было в эпоху его невинности, к тому же идеально описывало его чувства. Сначала Снейп был ему ненавистен, но со временем показал себя как непонятая фигура. Шпионя в рядах Пожирателей Смерти, он не раз рисковал жизнью. Выступая на стороне добра, он не давал обещаний быть милым. Гарри обнаружил личность под маской презрения. Он был так наивен, что он мечтал встретиться со Снейпом после окончания Хогвартса - как равный.

Теперь Гарри не было равных. Распоследний чернорабочий, зарабатывающий на хлеб честным трудом, был выше его. Фантазии порождают пустые надежды. Гарри оставил их в - другой жизни. Он запретил себе мечтать.

С чего он взял, что сможет найти мальчика? В городе, где живет несколько миллионов магглов, где каждый занят своим делом, как он мог найти того, единственного... Нет, даже в мыслях Снейп отказывался называть Гарри магглом. Он им никогда не станет, Снейп отказывался верить в то, что у мальчика не было магических способностей, несмотря на уверения Дамблдора. Он сражался с Гарри бок о бок, чувствовал силу его магии - и та не имела ничего общего с силой Волдеморта. Гарри не был фальшивкой. Нет. Он бы почувствовал. Так убеждал себя Северус Снейп.

Он был сослан в маггловский Лондон, официально - в отпуск. Какая ирония. Как будто его проблемы решились оттого, что он живет с Гарри в одном городе. Напротив, это усилило одержимость: Гарри мерещился ему за каждым углом. Снейп тешил себя мыслью, что если он пройдет еще чуть-чуть и завернет вот за тот угол, то найдет его. Что будет дальше - после того, как он найдет Поттера - Снейп представить себе не мог. И поэтому он ходил по городу до изнеможения и временами спускался в метро. На самом деле, город оказался не таким уж большим, а времени у него было предостаточно. Его самочувствие улучшилось - если сравнивать с тем днем, когда его попросили из Хогвартса. Что можно считать естественным результатом ежедневных пеших прогулок длинною в 10 миль (16 км - прим. беты).

Ежеминутно проклиная Дамблдора, Снейп начал задумываться о его истинных мотивах: быть может, старик отправил его на поиски Гарри? Не мог сделать этого сам, выбрал самого компетентного человека и, таким образом, убил двух зайцев? Не стоит недооценивать директора. Этот человек - само лукавство и хитрость. Он мягко стелил, изображал участие, имея далеко идущий план. Интересная мысль. Однако, не приближающая Снейпа к его цели.

Профессор Зельеварения пытался представить, чем сейчас может заниматься Гарри. Как он зарабатывает себе на жизнь у магглов? Прошло много времени с тех пор, как Снейп жил среди них, и ничего путного не шло ему в голову. Возможно, легче будет пофантазировать, чем Гарри мог занять свободное время. Если слухи о нем были правдой (а Снейп надеялся, что так оно и было), то район голубых был не самым плохим местом для начала поисков. Снейп открыл свой путеводитель по Лондону.

Первый клиент - всегда самый трудный. По крайней мере, так было для Гарри. Он не знал, насколько это верно для его... коллег, но твердо знал: когда первый за вечер клиент подходил к нему - приближаясь лениво, как будто желая спросить, как ему пройти или сколько времени - сердце Гарри начинало биться чаще, ладони становились липкими от пота и он едва сдерживался, чтобы не убежать. Он представлял, как несется по улице изо всех сил, теряя один ботинок, но все равно не останавливаясь.

Это была приятная фантазия, которую он никогда не пытался воплотить. Гарри нужны были деньги. Да дело было даже не в деньгах. Будь у него возможность взяться за другую работу, все равно - из его профессии не уйти. Слишком много людей, которые не позволят ему сделать это. Слишком многим он был должен. Слишком много было совершено ошибок, чтобы пытаться сейчас что-либо исправить.

И вот теперь он стоял, покуривая сигарету, облокотившись на стену (глаза полуприкрыты и выискивают клиента). Если разобраться, его дела были не так уж плохи: лысые толстые извращенцы никогда не подходили к Гарри, черты его лица казались им чересчур правильными. Но мальчик не понимал, что был слишком красив для обывателя, и объяснял это простым везением.

Наконец, лед тронулся. Человек, наблюдавший за ним (внешность, ничем не выдающаяся, кожаная спортивная куртка и лохматые каштановые волосы), решил подойти поближе. Гарри оттолкнулся от стены, двинулся ему навстречу.

- Привет, - сказал он хрипло, отбрасывая в сторону недокуренную сигарету. Окурок подпрыгнул несколько раз на мокром асфальте, как камень по воде.

- Привет, - пробормотал мужчина. Его лицо было скрыто за темными очками, он выглядел до смешного подозрительным, но Гарри понимал, что боязнь быть узнанными заставляет их менять внешность и имена.

- Ты живешь поблизости? - поинтересовался Гарри, проводя языком по верхней губе. Зная, насколько привлекательно это выглядит.

- М-м-м, нет. Я тут на отдыхе.

Гарри усмехнулся. Конечно, он не был местным. Клиенты никогда не бывали местными, поэтому они всегда шли домой к Гарри.

- Это паршивое место, но, кажется, людям здесь нравится,- ответил Гарри, ухмыляясь. - Никогда не понимал, почему.

- Ты здесь живешь? - Гарри кивнул в ответ. - Чем ты занимаешься?

Вот он, намек, которого ждал Гарри. Его взгляд стал обжигающим, глубоким, он сделал шаг к собеседнику (тот резко втянул в себя воздух). осторожно убрал с его лица прядь каштановых волос. На губах Гарри блуждала порочная улыбка, он вздохнул и еще раз облизал губы.

- Тобой, милый.

- Сколько? - спросил клиент. Гарри осторожно положил руку ему на плечо.

- Это зависит.

- От чего?

- От того, чего ты хочешь. Чтобы я тебя трахнул? Или отсосал? Или ты хочешь наблюдать, как твой член медленно погружается в мою маленькую тесную дырочку? Тебе решать, красавец, все зависит от тебя.

- Ты сделаешь все это?

- Ооох. Все, что ты захочешь. - Гарри осторожно, почти нежно, поигрывал пуговицами его пиджака.

- Как тебя зовут?

Мужчина замялся, но Гарри привычно разыгрывал непонимание.

- Рон.

Гарри улыбнулся, подавив дрожь. Ему будет трудно притворяться, если Рон заставит произносить его имя во время секса.

- Ну что ж, Рон, пойдем. Я знаю одно местечко, где нас никто не побеспокоит. - Улыбнувшись, Гарри схватил Рона за руку и повел его в сторону своей квартиры.

Глава 3.

Снейп облокотился на стойку бара, и осмотрелся вокруг с отвращением. Даже в молодости ему не нравились такие места, теперь же он смотрелся здесь как отчаявшийся старый педофил. Некоторые из мальчиков выглядели как ученики второго года. И они специально делали упор на своей внешности, используя для этого цели одежду, которая выглядела как сексуальный вариант школьной формы, умышленно порванной в причинных местах. По всему телу у них был пирсинг. Он попытался представить себе Гарри в этой обстановке и не смог. Мальчик всегда выглядел очень опрятно, ну, за исключением его вечно непослушных волос. Он не мог представить, что Гарри мог настолько измениться... однако он не мог себе представить, каково это жить без магии.

Он скорее выпил бы одно из зелий, приготовленных Лонгботтомом, чем то, что здесь подавали в качестве напитков. Один Господь знает, что они могли туда намешать. Он оглянулся сердито, и попытался найти кого-нибудь похожего на Гарри. Он потерял счет времени и количества клубов, которые он уже посетил. Но этот был самым худшим. С момента, когда он вошел в клуб, его начали осаждать молоденькие мальчики, предлагая свою компанию. Снейп очень скоро понял, что они предлагали свою компанию не за просто так - по доброте душевной, и отнюдь не потому, что находили его неотразимым. Сначала он был шокирован, но потом привык к этому. Зачем еще такой мужчина как он, пришел бы в такое место? Он утешал себя только одной мыслью, что юноша, которого он искал, уже вырос.

Оглядываясь вокруг, он пытался не встречаться ни с кем глазами. Если ты смотришь им в глаза, то они думают, что ты заинтересовался. Он вынужден был признать, что некоторые из них были действительно привлекательными; ему всегда нравились молодые юноши, и прошло уже столько времени... но нет, единственный кого он хотел... найти... он быстро поправил себя... был Гарри.

Наконец Снейп решил, что с него достаточно дыма, шума и суеты. Он попробует еще раз следующей ночью. Он вышел из клуба и глубоко вдохнул относительно свежий воздух Лондона. Он постоял, собираясь с мыслями, и хотел уже было идти обратно в отель. Был почти час ночи, но на улице еще были люди, не так много, как в клубе, но достаточно пьяных парочек бродило по близлежащему парку. Вдруг его внимание привлекли громкие голоса. Он пригляделся к одной из пар. Похоже, что они ссорились. Он опустил глаза, но что-то заставило его взглянуть еще раз.

* * *

Гарри чувствовал как внутри него растет беспокойство, но продолжал идти, держась впереди Рона на целых два шага, и время от времени оборачиваясь, чтобы ободряюще улыбнуться ему. Рон отвечал ему бесстрастным взглядом. Гарри почти решил отказаться от клиента, но ему были так нужны деньги, он забыл оплатить за квартиру и накануне потратил все свои последние наличные.

Вдоль улицы были расположены клубы всех видов, начиная от S&M заканчивая различными фетишами. Там же находился популярный гей клуб, куда Гарри иногда заходил. Двери клуба были открыты и оттуда доносилась громкая музыка. Молоденькие мальчики на любой вкус бродили по улице, одетые в искусно разорванную либо совсем открытую одежду. В иных обстоятельствах Гарри почувствовал бы растущее желание, но он уже давно относился к сексу как шлюха и больше не чувствовал настоящего влечения к кому бы то ни было.

- Эй. - Окликнул Рон. Гарри обернулся и улыбнулся ему.

- Да, что случилось?

- Я передумал. - Рон подошел поближе, и Гарри вздохнул.

- Ты хочешь сказать, что ты не хочешь…

- Нет, я хочу. - Выражение лица Рона изменилось, теперь он зловеще ухмылялся, от чего Гарри вздрогнул. -Но я хочу тебя здесь.

- Что? - Гарри удивленно моргнул. Это было необычно, и если Рон действительно хотел заняться сексом прямо на улице, тогда ему не повезло. У Гарри это было одним из правил - никогда не трахаться прямо на улице.

- Я сказал, что хочу тебя прямо здесь. На глазах у всех.

- Ммм. - Гарри сдвинул брови, как будто размышляя над его предложением, затем пожал плечами, и попытался обернуть все это в шутку, как он это делал со всеми неприятными просьбами... - Прости, малыш, ничего не выйдет. В любом случае мы уже рядом с моей квартирой, - сказал он, улыбаясь и показывая вперед. - Следующий квартал.

- Здесь или нигде. - Рон играл с прядью волос Гарри, накручивая ее на свой палец. На его лице была маленькая дразнящая улыбка. Гарри вздрогнул, затем. - Ну давай.

- Нет, - запротестовал Гарри, и сам был удивлен, насколько громко это прозвучало. Игривая улыбка Рона исчезла, теперь он глядел на него со злостью. - Нет. Я сказал.

- Ты сделаешь это, маленькая шлюшка, или пожалеешь, что отказал мне. - Рон тоже повысил голос, и Гарри подумал, что так они привлекут внимание целой толпы зевак. Вместо того, чтобы успокоиться, Гарри натужно рассмеялся.

- Нет. Какую часть слова «нет» ты не понял? Я не буду делать этого здесь. Нет, - сказал он с нажимом, начиная хмуриться.

Сначала Рон ударил его по щеке, но и этого было достаточно для того, чтобы одна из контактных линз Гарри выпала и на щеке остался красный след, похожий на след от румян на его напудренной щеке. Ему не было больно - он уже привык к боли, очень часто клиенты били его во время секса кнутом либо руками - но эта пощечина застала его врасплох и он ничего не успел сделать.

- Ну так что? - спросил Рон, как будто Гарри мог передумать.

- Нет, - прошептал Гарри в ответ.

Последовала еще одна пощечина, эта почти разбила его губу и вероятно сломала нос. На этот раз было действительно больно, он с трудом выпрямился только для того, чтобы получить еще один удар, теперь в глаз (по счастью в тот глаз, откуда контактная линза уже выпала).

Он сжал зубы и несмотря на растущую боль поднял руку для ответного удара. Внезапно он обнаружил, что тела перед ним больше не было. Он прищурился, в глазах двоилось, от удара или от отсутствия контактной линзы, но он мог с трудом видеть. Тщетно Гарри пытался разглядеть сквозь туман, что произошло.

Другой человек, возможно из клуба, в джинсах и длинной белой рубашке, схватил Рона за его дорогую кожаную куртку и ударил несколько раз в челюсть и по лицу. Гарри испытал чувство облегчения, но вдруг упал на колени, его тошнило и в голове был туман. Он сжал голову ладонями.

Наконец, Рон упал на землю. Гарри смутно видел, несмотря на расплывчатое зрение, как незнакомец, появившийся непонятно откуда, (без сомнения он и понятия не имел, что это была ссора между шлюхой и клиентом) стоял тяжело дыша, руки скрещены на груди. Покачиваясь, Гарри поднялся на ноги, потирая виски и морщась. Он чувствовал, что из разбитой щеки течет кровь и поднял руку, чтобы попытаться остановить ее, но тщетно.

- Все в порядке?, - спросил незнакомец, Рон в это время начал подниматься с земли.

- Наверное. Насколько я вообще могу быть в порядке. - Он пожал плечами, от этого движения боль пронзила его голову. Он застонал.

- Пошел ты, - огрызнулся на него Рон, Гарри вздрогнул. Незнакомец напрягся и встал так, чтобы он оказался перед Гарри, на случай, если у Рона вдруг возникнут нехорошие идеи.

- Отвали, - проворчал Рон, отходя назад. - Он просто шлюха. Какое тебе до него дело?.

Нервная дрожь пробежала по спине Гарри. Что, если его таинственный спаситель сочтет его отвратительным и оставит одного на милость Рона, который, несомненно, был очень вспыльчивым. Гарри мог стерпеть боль - клиенты любили причинять ему боль - но он не был уверен, насколько жесток может быть Рон, если ему это позволить.

- Разве это имеет значение, - прорычал незнакомец, и Гарри вздохнул с облегчением. - Меня не волнуют твои садистские наклонности. Избавь его и окружающих от этого.

- Пошел ты, - прошипел в ответ Рон, но сам в это же время сделал именно это, обернулся и пошел прочь. Гарри слышал, как он проклинал всех. Незнакомец обернулся к нему.

- С тобой все в порядке, - спросил он опять, на сей раз наклонившись, чтобы помочь Гарри выпрямиться, так как тот не мог твердо стоять на ногах. Голова у Гарри гудела.

- Все пройдет, - пробормотал Гарри, пытаясь очистить грязь и несколько пятен крови с его ужасно дорогой черной рубашки.

Незнакомец молча помог Гарри отряхнуть себя, и протянул ему носовой платок, который Гарри немедленно приложил к разбитому лицу. Он не очень волновался, по каким-то причинам все его травмы очень быстро исцелялись. Он бы не удивился, если его лицо придет в норму через пару дней.

- Это правда? - тихо и вежливо спросил его спаситель.

- Что? Что я шлюха? Ага. - Гарри подавил желание горько рассмеяться, и вместо этого просто пожал плечами.

- Мне жаль, - просто сказал незнакомец, без малейшего намека на отвращение, но Гарри так и не понял, относилось ли это к нападению либо к его профессии.

- Спасибо, - устало ответил Гарри и высморкался в предложенный платок.

- Послушай, - сказал незнакомец, вынимая что-то из кармана. - Я неловко себя чувствую от того, что ты потерял из-за меня клиента, и это, - он показал на лицо Гарри, - означает, что ты не сможешь работать по крайней мере еще один день. Поэтому, - он вынул руку из кармана, сжимая что-то, - не возьмешь ли ты это? Я знаю, это необычно, - смущенно сказал он, и Гарри понял, что незнакомец протягивал ему деньги. Он моргнул, но не взял их.

- Я...

- Пожалуйста? Или я буду чувствовать себя виноватым. - В голосе незнакомца слышалась нотка виноватой улыбки. Гарри тщательно обдумал предложение.

- Мне не нужна жалость.

- Я тебе ее и не предлагаю. Это понимание. Ну давай, - он схватил Гарри за тонкое запястье, открыл его ладонь и положил туда деньги, - возьми их.

- Спасибо, - прошептал Гарри, слово, давно забытое им. Он бегло взглянул на нечеткий вид наличных в его руке и засунул их в свой карман.

- Давай я провожу тебя до дома. Я не на машине, но я помогу дойти тебе. - Гарри кивнул, пытаясь скрыть чувство благодарности, сам бы он с трудом дошел до дома.

- Это недалеко.

- Мне все равно, - ответил незнакомец.

Гарри осторожно взял предложенную ему руку и облокотился на более высокого человека. Они пошли потихоньку, временами спотыкаясь, но все равно, так Гарри было намного легче идти. Слава богу, идти было недалеко, и они ухитрились дойти до квартиры Гарри в рекордно короткое время.

Гарри полез в карман за ключами, достал брелок, который громко звякнул при этом, и трясущимися руками с трудом вставил ключ в замок. Дверь отрылась со скрипом, внутри было темно, хоть глаз выколи. Он застыл в дверях.

- Проходи, - наконец сказал он, отступая в сторону. - Я могу угостить тебя чаем или кофе, или еще чем-нибудь. Это самое меньшее, что я могу для тебя сделать.

В глубине души Гарри чувствовал себя неловко, принимая деньги от незнакомца. Конечно, они были ему нужны: домовладелец придет за арендной платой уже завтра, так как время было далеко за полночь, а денег у Гарри совсем не было, если не считать тех, которые он только что получил. И все равно, это было непривычно для него, и он чувствовал себя виноватым. Он не заработал этих денег и не нуждался в милостыне.

Он был всего лишь шлюхой.

- Тогда чай, пожалуйста. С мятой, если есть. - Он услышал, как позади него незнакомец сел на диване. Гарри медленно двинулся в сторону раковины, чтобы вынуть вторую контактную линзу.

- Есть, - ответил он.

- Спасибо.

- Не за что. Я сейчас поставлю воду кипятиться, только сниму вторую контактную линзу, - произнес Гарри, не дожидаясь ответа незнакомца. Вздохнув, он достал с полки на кухне контейнер для линз.

Черт. По крайней мере перестала идти кровь из носа, но его глаз заплыл и он ничего им не видел. Осторожно он снял вторую линзу. Его и без того плохое зрение стало еще хуже. Он не думал, что это было возможно, но, черт побери, похоже, это было так. Ну вот. Так, куда он положил свои очки? Может после этого ему удастся заняться своими синяками и смыть косметику с лица...

О, черт. Он совсем забыл, что разбил очки, когда в прошлый раз убирал квартиру. Гарри тихонько чертыхнулся; он ни черта не видел, и если он попытается сейчас сделать что-то с лицом, то наверняка будет только хуже. Утром он позвонит Майку и попросит его забросить ту новую пару очков, которую он заказал; они наверняка уже готовы.

Вздохнув еще раз, и чувствуя себя подавленным и неловким, он налил воду в чайник и поставил его кипятиться, затем открыл шкаф в поисках чая. Пока он возился на кухне, он слышал шуршание страниц. Видимо, незнакомец листал журналы, которые лежали у него на маленьком столике в гостиной.

- Слушай, - вдруг произнес он, - Мне неловко брать твои деньги.

- Не нужно этого. Я чувствую себя просто ужасно. - Гарри криво улыбнулся, отчего у него заболело лицо.

- И не только ты. - Донесся до него ответ. Гарри молча застыл, в руках чайный пакетик наполовину вынутый из коробки. На лице отражалась напряженная работа мысли.

- Если ты не возражаешь, то я бы хотел отплатить тебе. - Черт. Он совсем не это имел в виду. - Я имел в виду. Кхм. Я не смогу вернуть тебе деньги, с учетом того, как идут дела, но, хм. Если хочешь, то я могу. Ну, ты знаешь о чем я. - Он пожал плечами, зная что незнакомец мог его видеть с того места, где он сидел.

- Понимаю. - Затем последовала неловкая пауза. - Ну, если тебе все равно, то я отказываюсь. Ты ранен, и...

- Пожалуйста. - Неужели он только что... сказал это?

- Пожалуйста, повторил он, в его голосе звучало настоящее отчаянье. - Это единственное, что я могу для тебя сделать. Что я хочу сделать.

Он почувствовал, как незнакомец напрягся и заерзал на диване, вероятно раздумывая, но Гарри решил опередить события, и не дожидаться его ответа.

Что ты делаешь? Ты не обязан, Поттер, черт побери, возьми деньги и забудь обо всем этом. Ты даже не хочешь этого мужика.

Внезапно, пока Гарри скользил по направлению дивана, он вздрогнул от неожиданной мысли.

Ты ведь не идешь на поводу у своих желаний, Поттер?

Я уже забыл, что это - ощущать желание, мрачно подумал он, пытаясь заглушить этот слишком проницательный внутренний голос.

Поэтому, вместо того, чтобы прислушаться к голосу разума и несмотря на подозрительное напряжение в районе бедер, Гарри опустился на колени перед незнакомцем, сидящим на диване, положа одну руку на спинку дивана, а другую на бедро незнакомца, так чтобы он не мог увернуться. Несмотря на то, что у него в глазах все плыло и двоилось, он мог видеть, что у незнакомца были прямые темные волосы, и вероятно он был намного старше его, если судить по звуку его голоса.

Он тебе никого не напоминает?

Отвали.

- Пожалуйста, - сказал он снова, стараясь, чтобы это прозвучало убедительно, что ему вероятно не удалось, учитывая этот чертов синяк, который сейчас наверняка украшает его глаз, не говоря уже о размазанном макияже.

Незнакомец хрипло застонал, что можно было принять за согласие, но Гарри решил не тратить времени понапрасну, чтобы не дать ему передумать. Его рука медленно переместилась с бедра незнакомца к застежке его брюк и расстегнула их. Он почувствовал что-то горячее и твердое, что он ни с чем не мог перепутать. Гарри ухмыльнулся, отчего его лицо пронзила острая боль, но это его мало волновало.

Он не колеблясь полностью расстегнул молнию, продолжая ухмыляться. Затем подвинулся ближе, все еще стоя на коленях, и постарался расположиться поудобнее. Как в тумане, он почувствовал пальцы, вцепившиеся ему в волосы.

Отказа не будет.

Его рука поднырнула под резинку боксеров незнакомца (он заметил, что они были вишнево красного цвета. Замечательно.), и осторожно извлекла твердый, уже немного влажный, член. Гарри облизал губы, жест, который он так хорошо освоил, и почувствовал, как дыхание незнакомца немного участилось. Он поднял голову и слегка улыбнулся, безуспешно пытаясь разглядеть в темноте его лицо. Поняв, что все равно ничего не увидит, Гарри сжал руки вокруг основания толстого члена незнакомца.

Его губы с легкостью обхватили головку члена, и он тихо застонал, почувствовав вкус незнакомца на языке. Затем он начал медленно облизывать член. Каждое движение языка Гарри сопровождалось громкими стонами. В ответ Гарри вобрал член глубже в рот, пробегаясь языком по его нижней стороне, затем опять поднял голову, все время нежно его посасывая. Пальцы гладили по всей длине члена, то сжимаясь, то отпуская, затем слегка поглаживая, до тех пор, пока тщетно сдерживаемые стоны его компаньона вырвались наружу.

Гарри улыбнулся, его рот все еще был сжат вокруг члена незнакомца, и легонько куснул его зубами. Незнакомец застонал на октаву ниже. Гарри уверенным движением сжал его яйца. О-о-о, теперь незнакомец был определенно вне себя от удовольствия. Гарри усилил старания, ритмично и быстро двигая головой вверх и вниз, ожидая, когда первая порция спермы наполнит его рот.

- Нет, - простонал Снейп, погружая руки в волосы юноши, отстраняясь с неохотой. Господи, он действительно знает свое дело... он попытался проигнорировать внутренний голос, который нашептывал ему почему он так умело вытворял все эти вещи ртом. Пошло все к черту, он уже был на полпути в ад, так почему бы ему ни насладиться оставшейся частью пути. Он никогда еще не чувствовал себя таким беспомощным, с ним такого еще не было. Но что-то в абсолютной неправильности этой ситуации, в ее порочности, возбуждало его. Это был предсказуемый результат последних трех месяцев его жизни, наполненных депрессией и внутренним истязанием. Его преследовало ощущение дежа вю, от которого он никак не мог избавиться. Юноша выглядел так знакомо... его растрепанные, высветленные волосы, его лицо в синяках... в темноте он не мог его разглядеть, казалось, юноша специально старался держать свое лицо в тени. Вероятно, он стыдится своих синяков...

Когда он вмешался, чтобы спасти мальчика, у него было подозрение относительно того, кем он был; но он не мог вынести бессмысленной жестокости, больше не мог. Он видел слишком много боли. Как он попал сюда, его член погружен в рот мужчины - проститутки, он не знал. Ему казалось разумным, предложить мальчику деньги, хотя бы для того, чтобы он не выходил на улицу в эту ночь. Затем он решил проводить его до квартиры, на случай, если этот придурок вздумает его преследовать... Далее, предложение зайти на чай.... Затем, в неярком свете квартиры юноша на коленях перед ним, и он был возбужден, и больше не думал ни о чем... Это казалось естественным продолжением, и сейчас... Прошло уже столько времени с тех пор как...

- Нет? - повторил Гарри, вытирая тыльной стороной ладони рот, зная, что он еще больше размазал свой макияж, но его это не волновало. Было темно, в конце концов. Ему было наплевать. Он любил темноту. В любом случае, без контактных линз он плохо видел, и темные, расплывчатые образы устраивали его. Ему не нужно было хорошо видеть, чтобы хорошо делать то, что он делал.

- Чего ты хочешь? - он отстранился, догадываясь, что услышит в ответ. И пытаясь игнорировать незнакомое чувство... возбуждения?... которое сопровождало его вопрос. Какого черта, что с ним случилось?

- Я... - Снейп замолчал, в раздумье. Если он зашел так далеко, то почему не может это сказать вслух. - Я хочу кончить в тебя.

Голос незнакомца ласкал его кожу как шелк. Господи, этот придурок Рон должно быть ударил его сильнее, чем он думал. У Гарри слегка перехватило дыхание и он определенно чувствовал возбуждение. От голоса незнакомца и очертаний его силуэта в темноте? Предположительно темные длинные волосы, высокое мускулистое тело... по какой-то неизвестной извращенной причине впервые за всю его карьеру шлюхи он предвкушал, как они займутся сексом. Его возбуждение пробудило воспоминания о том, как когда-то, давным-давно он получал наслаждение от секса... до того... он постарался отбросить эти мысли. Почему эти воспоминания опять возвращались к нему именно сейчас? Должно быть, это от удара по голове. С усилием Гарри заставил себя вернуться в настоящее. Его клиенту было нужно то, за что он заплатил. Он стянул с себя рубашку через голову и потянулся к пуговицам на рубашке незнакомца.

- Звучит великолепно, - выдохнул он, почти совсем не притворяясь. - Давай снимем с тебя это...

Снейп закрыл глаза и позволил мальчику раздеть его, с трудом подавив стон, когда тот провел кончиками пальцев по соскам. Вскоре он стоял обнаженный и наблюдал за силуэтом мальчика, пока тот снимал с себя оставшуюся одежду. Если бы он не был так возбужден, то вероятно смутился бы. Но Северус уже не думал, он мог только чувствовать... и может эти чувства заставят его забыть...

Определив самые чувствительные места на теле незнакомца, Гарри попытался проигнорировать чувство новизны от своего собственного возбуждения, и прижался своей полу-эрекцией к телу незнакомца. Кожа была горячей, как при лихорадке. Гарри чувствовал руки повсюду, впитывающие его, изучающие, незнакомец застонал, прикоснувшись своим членом к его животу. Господи, почему это было так хорошо? Почти как если бы... внезапно он понял, что он был полностью возбужден, и это всего лишь от рук незнакомца и его голоса. Такого с ним не происходило с... он уже и не мог припомнить с какого времени. Внезапно он понял, что глухой полный желания стон издал он сам.

Тело мальчика подходило ему настолько, что казалось, оно было создано для него... он безуспешно пытался избавиться от предательских мыслей о том, что Гарри Поттер был бы сейчас точно таким же... и именно это побудило Снейпа оплатить время мальчика на ночь. Нечто неуловимое в этом молодом человеке напомнило ему о Мальчике, Который Выжил и Пропал... и сейчас он думал о Гарри, пытаясь вытеснить воспоминания о нем занимаясь сексом со шлюхой. Однако он уже давно перешел ту черту, где еще возможен стыд, а мальчик был у него в руках, прижимаясь к его телу, и он трогал его... он подтолкнул его к шаткой постели, охваченный желанием и... чем-то еще.

Гарри, все еще смущенный несвойственным ему ощущением желания и громким стуком своего сердца, позволил незнакомцу подтолкнуть себя в сторону постели, разводя ноги так, чтобы тот мог поместиться между ними. Ослепленный желанием, он почти забыл схватить пластиковую упаковку с прикроватной тумбочки. Почти. Но некоторые привычки уже стали его второй натурой. Гарри судорожно сжал в руке маленький квадратик пластика, как будто он мог спасти его. Вес незнакомца, лежащего на нем сводил его с ума.

Падая на кровать вместе с мальчиком, Снейп почувствовал, как тот развел бедра для него, и застонал снова. Слишком хорошо, слишком легко, слишком... много.

- Господи... - Он чувствовал твердый член мальчика между ними и вздохнул с облегчением... он не был уверен, что сможет сейчас остановиться. Однако то, что мальчику это тоже нравилось, помогло Снейпу остаться в мире фантазий. Мире, где он занимался сексом с Гарри, и он тоже хотел его в ответ... Мальчик обвил свои ноги вокруг Снейпа и воображаемый Гарри сделал тоже самое. Мысленно Снейп знал - то, что он сейчас делает, неправильно. Он приказал внутренним голосам отвалить.

- Хочу...

- Ты завел меня, милый, - простонал Гарри, пораженный тем, насколько сильно он хотел этого, насколько болезненно его тело желало этого, как его ноги сами собой раздвинулись еще шире, приглашая. До того, как он потерял разум окончательно, он разорвал упаковку зубами и протянул ее незнакомцу.

- Хочешь, чтобы я надел его тебе? - такое предложение обычно душило в зародыше любые возражения клиента, если они у него были.

Снейпу понадобилось целых пять секунд, чтобы понять, что ему говорил мальчик. Потом он понял, что это было необходимо, и был благодарен мальчику за то, что тот знал это. Он схватил упаковку, пробормотав, - Я сам.

- Он уже со смазкой, - заметил мальчик, как бы оправдываясь. Про себя он удивился, почему он чувствовал себя неловко от того, что настоял на использовании презерватива.

Снейп не знал, что ему сказать в ответ на это, вместо этого он сделал вид, что занят одеванием этого кусочка латекса. Наконец он справился с этим и взглянул на мальчика. Ему на миг показалось, что лунный свет отражается в светлых глазах и играет на белых зубах, затем мальчик произнес.

- Как ты хочешь меня?

Как угодно, любым способом, звучало непрерывно у него в голове, перед глазами образ Гарри, разводящего свои ноги для него.

- Так как сейчас. На спине, - было все, что он простонал в ответ, просто потому, что он не мог больше ждать.

Стон незнакомца проник к нему под кожу, и Гарри упал обратно на кровать, разводя ноги и сказал тихо, почти не притворяясь, - Возьми меня.

Если у Снейпа еще оставались какие-либо сомнения о том, что они делали, то голос мальчика отмел их все прочь. Он наклонился вперед, опершись на одну руку. В это время другой рукой он направил свой член, облаченный в презерватив. Как давно он делал это в последний раз. Он уже почти забыл, как это делать, но затем почувствовал давление плоти, расступающейся, чтобы впустить его. Он судорожно вздохнул и надавил сильнее, глубже, вторгаясь внутрь, медленно сходя с ума. В его воображении это был Гарри, только Гарри, в которого он медленно проскальзывал, постепенно погружаясь в него. Сладкое, сводящее с ума, чувство окончательно вытеснило все иные мысли и сомнения у него из головы. Он отдался на волю ощущениям. Он двигался медленно, ощущая себя первооткрывателем, но уверенно.

Гарри еще ни разу не брали так нежно. Он уже почти забыл, что секс - это не обязательно больно. Его твердый и влажный член лежал на животе - очевидное подтверждение того, что все было не так, как обычно. Гарри посмотрел вверх на расплывчатый силуэт, очерченный лунным светом, в глубине души он надеялся... на что, он и сам не знал. Он заметил, что он задержал дыхание, и медленно выдохнул, слегка расслабившись, и внезапно почувствовал, что заполнен полностью. Господи, помоги ему, как это было хорошо. Ему даже хотелось больше.

Это было как вечность, это медленное погружение внутрь, но Снейп наслаждался каждой секундой. Самое трудное - не поддаться импульсу войти быстро, одним толчком. И дело было не только в том, что он не хотел причинять боли (Гарри) мальчику, но и в том, что он не продержится долго. Если он войдет быстро, то он кончит до того, как они начнут. Наконец он погрузился полностью, его яйца касались задницы (Гарри) мальчика. Теснота окружала его, вокруг него, затем он вышел и погрузился вновь, хватая ртом воздух.

Гарри устал ждать, он хотел движения, чувствовать, как этот член скользит внутри него. Поэтому он сжал свои внутренние мускулы, зная, что это сведет незнакомца с ума. И это сработало. В результате своих усилий он почувствовал, как мужчина напрягся и погрузился в него, но недостаточно сильно. Поэтому он повторил движение.

Это наконец заставило Снейпа потерять контроль. Эти мускулы, сжимающие его по всей длине... он погружался в него снова и снова, с каждым разом все глубже, его стоны стали еще громче. Снейп с усилием сжал рот, потому что он знал, что иначе он выкрикнет имя Гарри. Это было так хорошо, так безупречно, так правильно, даже презерватив не смог приглушить силу его ощущений. Снова и снова, и он уже не мог остановиться. Он провел руками вниз по груди (Гарри) мальчика, задев кольцо в соске, затем остановился внизу живота, обхватив его твердый член. Он начал двигать рукой в такт движениям, и (Гарри) мальчик вскрикнул, первый звук, который он издал.

Каждое погружение в него было лучше предыдущего. Гарри уже не думал, почему ему было так хорошо, ему уже было на все наплевать. Когда незнакомец начал дрочить его член, он сделал что-то, чего до этого никогда не случалось: он застонал в голос. Обычно, когда Гарри занимался сексом с клиентами, он выражал свое одобрение словами, если им это нравилось, но все звуки, которые он издавал, были чистой воды притворством. Но не в этот раз, он осознал, что до настоящего момента был очень немногословен. И это было настоящим, никаких притворных стонов, он действительно был близок к климаксу. Этот незнакомец, лица которого он не видел, смутно напоминал ему кого-то. Он пробуждал в нем ощущения, какие никто до него не мог пробудить.

Теперь Снейп уже рычал. Так долго, столько отчаянья, желания, нужды, он выплескивал все это трахая (Гарри) мальчика под ним. Сильнее, сильнее, глубже... он потерял себя и знал, что еще немного и он перешагнет черту. Он начал двигать рукой по члену (Гарри) мальчика сильнее, он хотел, ему было нужно, взять его с собой. Крики (Гарри) мальчика были самой прекрасной музыкой для его ушей.

Гарри выгнулся, пытаясь насадить себя на его член еще глубже, и эта рука, двигающаяся на его члене, и вдруг это случилось, он кончал, как это не было давно, это было так хорошо... он закричал в голос, и его горячее семя выплеснулось ему на живот.

Он почувствовал как (Гарри) мальчик кончил, и его мускулы сжались вокруг него еще крепче, от чего он совсем потерял контроль, тяжело дыша и вздрагивая, наполняя тело под ним. Он был ослеплен, он не мог говорить, и в какой-то момент не мог даже дышать. Он замер, опустошая свое желание, и только вспомнил, что нужно дышать, когда он пытался удержаться, чтобы не упасть ничком на (Гарри) мальчика. Наконец он отстранился, дрожащий и упал на постель рядом с ним. Обняв одной рукой мальчика рядом с ним, Снейп задремал, равномерное дыхание рядом с ним свидетельствовало о том, что мальчик последовал его примеру. Стыд пытался накатиться на него, но он оттолкнул его и погрузился в глубокий сон.

Глава 4.

Он проснулся неожиданно, руки сжаты в кулаки так сильно, что ногти до крови врезались в ладони. На улице было еще темно, Гарри оглянулся вокруг, на мгновение потеряв ориентацию, не помня где он и почему, но затем суровая реальность накатилась на него и он откинулся на спинку кровати, проводя рукой по своим грязным волосам.

Гарри посмотрел себе на грудь, представив, на кого он сейчас похож: весь измазанный уже засохшей спермой, потный, макияж размазан. Просто замечательно. Он скорчил рожу и откинул одеяло, вздрогнув, когда его рука задела что-то горячее и очень похожее на человека. Он с такой скоростью убрал руку, как будто боялся обжечься, затем вылез из постели и включил лампу на тумбочке рядом с кроватью.

Свет упал на лицо незнакомца, но этот неожиданный и слепящий (для сонных глаз Гарри) свет совсем его не беспокоил. Он продолжал спать, уткнувшись лицом в подушку. Гарри все еще не мог четко видеть, но он смог разглядеть иссиня-черные волосы, выделяющиеся на девственно белом фоне подушки. Незнакомец был настолько белокож, что его едва можно было разглядеть среди белых простыней. Гарри уставился на него, на лице застыло болезненное выражение, и ему внезапно отчаянно захотелось забраться обратно в кровать.

Вместо этого Гарри решил принять душ, который, по правде говоря, ему уже давно был необходим, размышляя при этом, нужно ли ему будить своего случайного знакомого, чтобы тот смог уйти. Это было не в его привычках позволять клиентам оставаться у него на ночь. На самом деле он всегда был против этого, но этот незнакомец был так добр с ним, к тому же от простого взгляда на него у Гарри возникали разного рода ощущения, которые он еще не был готов анализировать. Он тихо прикрыл за собой дверь в ванную, чтобы не разбудить человека в постели, затем повернул кран горячей воды на полную мощность. Гарри подставил руку под струю воды и поморщился, вода была обжигающе горячей, он увернул кран.

Гарри удовлетворенно вздохнул, когда горячая вода коснулась его кожи, тысячи мелких струй воды как иголки впивались в него, массируя его кожу. Застонав от удовольствия, он подставил голову под воду, пытаясь в тоже время найти шампунь. Растерев пахучую массу в ладонях, он нанес ее на волосы, массируя пальцами кожу голову, смывая с себя боль, которая до этого ныла у него в висках. Затем он быстро промыл волосы и нанес кондиционер, оставив его на волосах на тридцать секунд, затем опять нырнул головой под душ.

Он чувствовал себя намного лучше. Сперма, липкой массой размазанная по его животу (его собственная сперма, нахмурившись, вспомнил Гарри) смылась легче, чем он думал, и его тело было практически выскоблено до чистоты. Он провел рукой по мокрым волосам, оглянулся вокруг и схватил банное полотенце. Промокнул волосы, затем осторожно смыл с лица остатки макияжа, все время помня о том, что его лицо может еще болеть. Больно не было. Его удивительная и счастливая способность к быстрому исцелению не подвела его. К утру и следа не останется от побоев, и он сможет вернуться к своей работе на следующий день.

Осознание этого факта не принесло ему того облегчения, на которое он надеялся.

Мысли Гарри вернулись к человеку, спящему у него в кровати. Почему его так беспокоило его присутствие? Почему он позволил ему остаться на ночь? Господи, он даже не знает, как его зовут, и наоборот, и Гарри собирался просто вернуться к нему в кровать, как будто ничего необычного не произошло?

Господи, ну и жизнь у меня, размышлял Гарри, выключая воду. Внезапно воцарившаяся тишина резала слух, он взял полотенце и обернул его вокруг талии. Его левый глаз начал болеть и пересох, Гарри наклонился вперед и начал шарить рукой в своей аптечке. Его блуждающая рука столкнула несколько предметов - крем для рук, увлажняющий крем, и... упаковку одноразовых линз. Он совсем про них забыл, ему их бесплатно дали к солнечным очкам, которые он купил месяц назад. Тихонько присвистнув от радости, он открыл упаковку и осторожно сняв старую линзу надел новые. Гарри моргнул, его отражение в зеркале на минуту расплылось, затем взгляд сфокусировался. Он облокотился на раковину, исследуя ущерб, нанесенный его лицу, и улыбнулся, когда обнаружил, что все уже практически прошло. Под глазом осталось едва заметное покраснение, но это было все, что осталось от вчерашней потасовки.

Чистый и немного более довольный миром в целом, Гарри открыл дверь и выключил свет в ванной, откинул полотенце и пошел к кровати. Он осторожно откинул простыню и забрался в постель. Незнакомец все еще спал, и Гарри не хотел его будить, не сейчас, он хотел разглядеть его, убедится, настолько ли он привлекателен, как Гарри его себе представлял. Он повернулся на бок, лицом к спине незнакомца и хотел уже было осторожно перевернуть его, когда незнакомец неожиданно повернулся сам.

Снейп медленно просыпался, неторопливо возвращаясь к реальности. У него было такое ощущение, что он проспал совсем недолго, серый предрассветный сумрак все еще заполнял комнату и все вокруг него. Незнакомую комнату. Его ум отчаянно пытался сложить вместе все детали предыдущей ночи. Голова была как в тумане. Как бы смешно это не звучало, но ему казалось, что в постели должен был быть еще кто-то, но его не было. Внезапно в голове прояснилось, и воспоминания о предыдущей ночи нахлынули на него. Он открыл глаза и огляделся. Кто-то лежал рядом с ним еще совсем недавно. Этот кто-то был сейчас в ванной и по всей вероятности принимал душ. До него доносился шум текущей воды. Кто-то, с кем он переспал. Кто-то, кому он заплатил за секс. Проститутка. Он уставился на грязный потолок над ним и застонал. Вряд ли это подразумевал Дамблдор, когда отправлял его в отпуск.

Снейп не знал, что на него нашло. Он действительно был в плохой форме, хуже, чем он думал. И почему только мальчик позволил ему остаться? Вряд ли это было стандартной процедурой. Не то, чтобы он когда-либо делал что-то подобное. Ощущение пустоты захлестнуло его. Что он делал со своей жизнью? Северус действительно был не в состоянии сейчас преподавать, а ведь это было единственное, что он имел в жизни. Несмотря на то, что временами он ненавидел свою работу и этих неблагодарных идиотов, которых он обучал, преподавание было его жизнью, и, не считая его борьбы против Волдеморта, единственной причиной продолжать жить. Снейп закрыл глаза, отдавшись чувству жалости к самому себе, и почувствовал, как рядом прогнулась кровать. Мальчик вернулся. По какой-то неизвестной причине Снейп еще не хотел вставать, и поэтому он продолжал тихо лежать, пока мальчик пробирался обратно в постель и устраивался рядом с ним. От мальчика пахло шампунем или мылом, он точно не был уверен чем именно, но в запахе присутствовали нотки яблочного аромата, отчего ему внезапно стало грустно. Он надеялся, что ситуация не будет очень неловкой. Надо бы с этим заканчивать. Он открыл глаза и повернулся к мальчику, который в этот момент повернулся к нему лицом.

Снейп почувствовал, как у него остановилось сердце.

Нет.

Нет.

Он не мог поверить своим глазам, это не могло быть правдой. Он закрыл глаза, затем снова открыл их. Но от этого видение перед ним не исчезло. В сером предрассветном свете перед ним был Гарри Поттер, знакомые растрепанные волосы, падающие на изумрудные глаза, чистое лицо без макияжа, изменившееся, но все же узнаваемое, хотя его тело стало более стройном.

НЕТ.

Гарри Поттер.

Он спал с Гарри Поттером.

Он заплатил Гари Поттеру за секс.

Гарри Поттер делал ему минет.

Гарри Поттер был шлюхой.

У него на языке вертелся миллион вопросов, но он не мог вымолвить ни слова. Он столько хотел сказать, но ничто из этого не соответствовало моменту. Ситуация невероятно, до абсурдного «неправильная», она просто не поддавалась описанию. Но он все равно попытался. Хриплым голосом он произнес. -Нет.

Он наблюдал за тем, как выражение шока на лице Гарри медленно сменяется выражением ужаса.

- Нет, - согласился тот, выкарабкиваясь из кровати, схватив с кровати простыню в нелепой попытке прикрыть себя.

- Что, - Снейп не мог произнести ни слова, не говоря уже о том, чтобы задавать какие-то вопросы. Он еще не осознал в полной мере чудовищности того, что они сделали. Невероятное совпадение, какие шутки иногда играет судьба...

- П - профессор? Снейп? - спросил Гарри, он не мог в это поверить. Нет, он узнал человека, который в настоящий момент лежал в его постели, чей член он только что ласкал, с кем он занимался сексом, но ему нужно подтверждение. Он стоял рядом с постелью, уставившись на нее, в голове все смешалось, пока он пытался совместить этих двух людей: незнакомца, который заплатил ему за секс после того, как был так добр к нему, человека, с которым он вспомнил, как это - наслаждаться сексом, и Снейпа. Нет. Жизнь - жестокая штука, но не настолько же.

- Гарри Поттер, - прошептал черноволосый волшебник, пытаясь убедить себя в происходящем.

- Просто Гарри, - поправил тот автоматически.

- Просто Гарри, - мягко повторил за ним Снейп, не заметив, что он произнес это вслух. Уставившись на лицо Гарри безумными глазами, он чувствовал, как в его душе нарастало чувство, похожее на истерию. Гарри Поттер, шрама уже нет, но лицо вполне узнаваемое, стоял не далее как в шести футах от него.

- Это... - Гарри начал говорить, затем прикусил нижнюю губу. - Это действительно Вы, Профессор? Дрожь пробежала по телу Снейпа, так трудно было совместить прошлое с настоящим. Слышать его звание, произнесенное таким тоном, пробуждало слишком много воспоминаний.

- Я собирался спросить то же самое. - Он отчаянно пытался заставить себя улыбнуться, но дальше одной мысли это не ушло. Он был на пределе, слишком возбужден и шокирован, чтобы делать что-нибудь кроме как пристально смотреть на Гарри.

В воздухе повисла неловкая тишина. Гарри нервно переминался с ноги на ногу, глаза опущены на простыню, в которую он пытался закутаться, и Северус не мог заставить себя отвести глаза.

- Почему Вы... здесь? В маггловском Лондоне, - спросил Гарри, все еще не поднимая глаз. Ему было трудно смотреть Снейпу в глаза, особенно после того, как они занимались сексом.

- Дамблдор думает, что я... - Он чуть было не сказал, 'сошел с ума,' но вовремя прикусил язык; такое не говорят просто так практически чужому тебе человеку.

Незнакомцу, которого он знал 7 лет.

- Дамблдор думает, что я слишком много работал в последнее время и приказал мне взять отпуск. Мне не хотелось уезжать из страны, и я никогда не был в маггловском Лондоне сам по себе, поэтому... - Он не закончил предложения, оставляя это на усмотрение Гарри, додумать остальное.

- Я не знал, что Вы были голубым. - Слова слетели с языка Гарри, прежде чем он успел подумать, и его лицо залила краска смущения. - Простите. Я не это имел в виду..

- Я знаю. - Снейп замолчал. - Я и понятия не имел, что... вы были...

- Шлюхой? - Это тоже выскочило, прежде чем Гарри успел остановить это, но он не стал извиняться за это.

- Я собирался сказать, голубой, но то, что вы - проститутка, для меня еще больший сюрприз, - признался Северус.

- Мм, - сказал Гарри. - Мальчик, Который Выжил стал Мальчиком, Который Жил и Лондоне и Трахался с Мужиками за Деньги.

Снейп незаметно вздрогнул, но Поттер казалось не заметил этого. - Вполне понятный шок.

Оба намеренно обходили вниманием тот факт, что они только что провели ночь вместе. Положение и без того была достаточно неловким, они едва оправились от шока, что узнали друг друга... любой намек на сложившуюся ситуацию сделает все только хуже.

Снейп откинулся на спину, уставившись опять в потолок, как будто в заляпанном пластике можно было найти ответы на все вопросы и выпутаться из этой мучительной ситуации. Следует ли ему остаться? Или уйти? Говорить, не глядя на Гарри было намного легче, ему было не так стыдно. Постепенно он начал осознавать, что он сделал.

Гарри старался стоять смирно и не двигаться, дабы не привлекать к себе внимание. Он не знал, сможет ли выдержать жалость, которая наверняка должна была быть в этих темных глазах. Он предпочитал, чтобы эти завораживающие глаза продолжали смотреть на потолок. Внезапно его пронзила мысль, от которой он весь похолодел.

- Вы ведь не собираетесь рассказать об этом Дамблдору. - Это было наполовину утверждение, наполовину вопрос, Гарри и сам не знал, чего в нем было больше. Сама мысль о том, что пожилой волшебник узнает о его падении, была для него хуже, чем самый извращенный секс, которым его когда-либо заставляли заниматься.

Снейп рассмеялся, отрицательно качая головой, и заерзал на постели, медленно осознавая тот факт, что он был весь... липкий.

- Сомневаюсь, что Альбус мог предположить такое, когда отправлял меня в отпуск. Не думаю, что я должен давать ему полный отчет о своих... приключениях.

Гарри вздохнул с облегчением, осторожно присел на краешек кровати, в то же время придерживая простыню, чтобы она не упала. Он не был уверен, почему ему так важно было сейчас соблюдать приличия, в конце концов, большую часть предыдущей ночи его рот или тело были заполнены самыми интимными частями тела Снейпа. Но все это было до того, как он "узнал" кто это был. Каким то образом это все меняло.

- Спасибо.

Северус вздохнул и повернулся на бок, лицом к Гарри. Он заставил себя посмотреть на мальчика. Господи, он выглядел таким юным, беззащитным, и таким прекрасным. Его сердце защемило при мысли, что он должно быть делал все это время.

- Но... Я не могу просто так забыть, что я, хм, видел вас. - Как он мог забыть, когда он теперь знал, что это такое - прикасаться к Гарри, быть в... он остановил себя. Он не мог сейчас думать об этом.

Гарри уставился на него, открыв рот, глаза расширены от удивления, в них застыло выражение паники и тревоги.

- Нет, Вы можете, - он торопливо поправил его. - Вы можете и должны забыть очень быстро о том, что Вы меня видели, забыть про то, кто я сейчас. Для Вас я должен оставаться мертвым.

Он опустил глаза.

- Почему вы стали... - Снейп не мог заставить себя закончить вопрос. Перед его мысленным взором промелькнули прекрасные и гротескные образы Гарри, стоящего в самых неприличных позах, ублажающего клиентов, Гарри, занимающегося сексом с ним, и он нервно сглотнул, пытаясь прогнать их.

- Мне еще предстоит найти ответ на это самому, - закончил фразу Гарри, перекинув край простыни через плечо так, что получилось что-то наподобие саронга. Северус с трудом заставил себя отвести глаза от прекрасной груди Гарри.

- Но, наверное, у вас были альтернативы...? - Северус внезапно понял, что не имел права задавать такие деликатные вопросы Поттеру, но не мог удержаться, они сами по себе вырывались у него.

- А как Вы думаете, - огрызнулся Гарри, не утруждая себя поднять глаза на Снейпа, чтобы не видеть презрения, которое, он был уверен в этом, было там. Он предпочел вместо этого уставиться на узорчатую простыню, которая была обернута у него вокруг талии. - Если бы у меня был выбор, то я бы этого точно не сделал, уж можете быть уверены.

Гарри криво улыбнулся, глядя на простыню. - Ну, и что Вы теперь думаете, после того, как нашли Великого и Падшего Гарри Поттера?

- Я не знаю что и думать, - услышал он в ответ, это было сказано таким мягким голосом, какого Гарри никогда от него не слышал. Почему-то Гарри захотелось поднять глаза и взглянуть на него, попытаться прочесть по выражению лица Снейпа, что изменилось после того, как Снейп узнал теперь о нем все, но более всего ему хотелось увидеть что-то знакомое, за что можно было бы уцепиться, хотя и ненадолго.

- Это говорит само за себя, - прошептал Гарри, вскидывая голову и внутренне вздрогнув, попытался приготовиться встретить выражение жалости и отвращения...

Но его не было. Это смутило его настолько, что на минуту он забыл о своей маске, на его лице было написано полное недоумение. Вместо того, что он ждал, Северус (Снейп, напомнил себе Гарри) смотрел на него с совершенно нейтральным выражением лица, не тронутый его словами, но и не критикующий. Это так поразило его, что от его взгляда Гарри покраснел.

Снейп встретил его взгляд, прямо глядя в изумрудные глаза, которые все время преследовали его. Перед ним стоял невероятно сексуальный юноша, которого он отчаянно хотел защитить, и которым он восхищался. Он хотел узнать его, узнать все про него... но у него не было такого права. Он разрывался на части. Но он не может потерять Гарри опять.


Глава 5.

Северуса многое смущало. Но одно он знал наверняка. Ему нужно было вытащить Гарри из этой ситуации. Он не мог позволить ему вернуться к прежней жизни, особенно после того, что он узнал. После того, как... нет, это больше не повториться, это не должно повториться. Для того, что произошло прошлой ночью У него было оправдание - он на самом деле не знал, что он занимался сексом с Гарри. Несмотря на то, что мысленно он представлял себе именно его. Вероятно, его тело инстинктивно узнало Гарри, потому что он вел себя так, как будто это был Гарри. В чем именно заключалась разница, он не был уверен, но она была. Это была грань, через которую он больше не мог перешагнуть. И не важно как сильно он этого хотел. Он посмотрел на Гарри, и почувствовал, как внутри него как будто все взорвалось. Чувства, которые он испытывал по отношению к своему студенту перемешались с ощущениями, которые вызывало тело под ним, и теперь, когда он знал, кому принадлежало это тело на самом деле... господи, ну и сумятица.

Гарри вызывающе уставился на него. Затем повторил.

- Вы не расскажете Дамблдору.

Это было утверждение. Он сказал это частично, чтобы уверить самого себя.

- Я же уже сказал, - рассеяно сказал Северус, его мысли далеко отсюда. Это будет сложно...

- Нет, Вы не сказали, ну не совсем, - ответил Гарри. Ему нужно было более конкретное подтверждение. У него внезапно возникло неодолимое желание выставить этого человека вон, немедленно, до того, как он сделает какую-нибудь глупость. Он и так уже превысил свой месячный лимит эмоциональности и сейчас не мог трезво думать.

- Может Вам лучше уйти.

Снейп заставил себя посмотреть на Гарри, внимательно. В утреннем свете он выглядел старше, но все равно его внешность не соответствовала его речи. Привлекательный мальчик превратился в красивого юношу, черты лица не нуждаются в макияже, чтобы подчеркнуть их привлекательность. На лице практически не осталось следов, напоминающих о прошлой ночи... это было странно.

- Гарри. Ваше лицо.

Гарри дотронулся рукой до практически исчезнувшего синяка.

- А что с ним? - осторожно спросил он.

- Синяк уже почти не видно. Такое невозможно. - Северус был уверен, что прошлым вечером все выглядело намного хуже.

Пренебрежительно махнув рукой, Гарри ответил, - У меня всегда все заживало очень быстро. Хороший иммунитет.

- Нет. Не настолько же быстро. Это ненормально. - Снейп наклонился поближе, внутри него нарастало возбуждение.

- Многие люди с латентными магическими способностями обладали способностью к быстрому исцелению.

Гарри отвернулся.

- Совпадение.

Он ненавидел, когда ему напоминали о том, что у него больше нет магических способностей. Это была все еще свежая рана.

- Гарри, - продолжил Северус, - Я серьезно. Это очень важно. У вас всегда раны исцеляются так быстро?

Гарри встал к нему спиной, пытаясь удержать простыню, обернутую вокруг него.

- Я думаю, да. Но это еще ничего не значит.

Снейп уставился на обнаженное крепкое тело перед ним. Он на минуту отвлекся, но затем смутное сомнение закралось к нему в душу. Такая гладкая кожа без отметин...

- Гарри. У вас нет шрамов.

- Не напоминайте мне, - он безрадостно рассмеялся.

- Да нет! Я не тот шрам имел в виду. Я хотел сказать, что на вашем теле вообще нигде больше нет шрамов. У большинства людей есть на теле хотя бы мелкие шрамы. Он замолчал на секунду. - А судя по тому, что я видел, - осторожно сказал он, сглотнув, - у вас на теле нет ни одного шрама.

Гарри раздраженно обернулся, позволив простыне соскользнуть немного вниз.

- Говорю Вам, это еще ничего не значит.

Снейп подался вперед. Он хотел встать, но понятия не имел, где он бросил свою одежду.

- Гарри, - с убеждением в голосе произнес он. - Вы не правы, это имеет значение! Это может означать что-то важное! Пожалуйста, возвращайтесь со мной в Хогвартс и мы обязательно выясним, в чем дело!

- Что выясним? Что я какой-то жалкий сквиб? Спасибо, я это уже знаю! - Закричал Гарри в ответ. - Я не вернусь туда. Спасибо, но с меня достаточно вашей жалости.

- Но Альбус может знать кого-нибудь, кто сможет тебе помочь! Специалиста в области распознавания поздних латентных магических способностей! - Северус повысил голос. У Гарри мог быть шанс вернуть все!

- Я не вернусь туда, - твердо повторил Гарри.

Снейп замолчал. На лице у Гарри было упрямое выражение лица. Он очень хорошо понимал, что Гарри будет нелегко переубедить. Да, трудная задача.

- Я хочу помочь, Гарри. Что если мы отправимся в другое место?

Гарри лихорадочно думал. Он должен разубедить Снейпа, заставить его отказаться от того, что Снейп видел как некую благородную миссию по спасению Гарри Поттера. Он не верил, не мог позволить себе поверить, что существовала хоть малейшая возможность того, что у него сохранились магические способности. На этом пути его ждало только разочарование, а их у него и так уже было слишком много. Пожалуй, их хватило бы даже на несколько жизней. Он не сможет вынести этого снова.

- Нет, - с уверенностью ответил Гарри. Он встретил взгляд угольно-черных глаз, в котором горела такая же решимость. У него был только один выход в данной ситуации, в его распоряжении было только одно оружие. Он уронил простыню, в которую он был обернут.

- Может быть мы займемся чем-нибудь другим, Северус? - он понизил голос, намеренно называя профессора по имени. Ему не нужно было притворяться и изображать желание: этот человек выглядел неотразимо в его постели. Волосы цвета воронова крыла на белой коже, завораживающий взгляд и худощавое тело. Он провел рукой по груди, привлекая внимание Снепа, двигаясь вниз по животу в направлении члена. Кровь устремилась туда, и он почувствовал, как возбуждение овладевает им. Еще одна аномальная эрекция, причиной которой был Снейп. Дважды за последние двадцать черыте часа, это был рекорд.

Краска отлила от лица Снейпа, он не мог отвести взгляда от тела мальчика, так неожиданно и восхитительно обнаженного. Часть него сразу разгадала этот отвлекающий маневр, но его тело отреагировало все равно.

- Гарри, - предупреждающе сказал он, но его голосу недоставало убедительности, которую он должен был испытавать. - Мы не можем.

Гарри попытался сдержать победную улыбку. Если и было что-то, что он умел хорошо делать, это был секс. Он провел рукой по своему возбуденному члену несколько раз, затем, испустив искренний стон, опустился на колени на кровать. Он наклонился, все время наблюдая за Снейпом, который выглядел ошеломленным.

- Но мы уже делали это, Северус. - Он наклонился ближе, лицо в нескольких сантиметрах от лица более старшего мужчины. - И тебе было хорошо, правда?

Снейп не мог этого отрицать, его тело с готовностью вспомнило все. Он пытался сопротивляться поднимающейся волне желания, охватывающей его целиком. Он не мог позволить Гарри отвлекать его таким способом... он пожирал глазами обнаженное тело мальчика, возбуждение нарастало в нем против его воли.

- Гарри, - твердо сказал он. - Нет.

Не обращая внимания на протест Снейпа Гарри придвинулся еще ближе. Он пытался убедить себя, что это была игра, но не мог отрицать того, что он действительно хотел почувствовать, каково это - быть с Северусом, все время осознавая с кем он был. Его тело было переполнено незнакомыми ощущениями, и он действитель был в предвкушении секса. Со Снейпом. После этого можно будет опять вернуться к нормальной жизни. Правильно. Он прижался губами к губам другого мужчины. Они были такие мягкие, теплые. Он осторожно провел языком по губам Северуса, требуя впустить его. И как он и ожидал, губы раскрылись для него.

Он может этого делать, не должен, мысли проносились в уме Снейпа пока Гарри целовал его. Но эти мысли были вытеснены нахлынувшими на него воспоминаниями о том, как он мастурбировал, думая о Гарри, затем о прошлой ночи и опьяняющем жаре тела мальчика. Господи, как он хотел, чтобы это повторилось, и его губы расступились, впуская язык Гарри внутрь, он почувствовал вкус мяты и желания, и он ничего больше не хотел в этой жизни, кроме как обладать этим мальчиком.

Гарри углубил поцелуй, зарываясь одной рукой в шелковистых волосах дургого мужчины. Он понял, как сильно он хотел этого на самом деле, как долго он этого ждал, сам того не зная. Снейп отвечал на его поцелуй, и он попытался опрокинуть его на кровать...

Из последних сил собрав всю свою волю Снейп осторожно, нехотя сопротивлялся попыткам Гарри опрокинуть его.

- Нет - сказал он, слегка задыхаясь. - Мы не можем.

Гарри уставился на него, пораженный.

- Ты же хочешь меня, я знаю это! - сказал он, с тревогой отметив жалобный тон своего голоса. Он посмотрел на тело Снейпа и не мог не заметить его возбужденный член, очерченный тонкой простыней. - Ты не можешь отрицать этого.

- Нет, не могу, - согласился с ним Снейп. - Но я могу сопротивляться и не поддаваться своему желанию.

- Почему? - потребовал ответа Гарри, пытаясь не показать своего разочарования. Это было совсем на него не похоже.

- Ты знаешь почему, Гарри, - мягко ответил Северус, медленно обретая уверенность в себе. Он не мог поверить, что он сделал это, смог устоять перед искушением, тем, чего он хотел больше всего в жизни. Ну, не совсем всего. Он понял, что больше всего он хотел помочь Гарри.

- Если есть хоть малейший шанс вернуть твои магические способности, неужели ты не хочешь даже попытаться?

Гарри уставился на него пустым взглядом. Он не мог придумать, что сказать.

- Я не могу ничего обещать, - честно сказал Снейп.

- Но почему бы тебе хотя бы не попробовать? - Гарри молчал, и Снейп продолжил. - Нам не обязательно возвращаться в Хогвартс. У меня есть дом в деревне. Очень уединенный. У меня много времени, а тебе нечего терять, Гарри. Если только тебе действительно не нравится такая жизнь.

Гарри размышлял. Он знал, что не может вести такую жизнь вечно. Рано или поздно ему попадется кто-нибудь слишком жестокий. Настолько, что его не спасет даже его чудесная способность к исцелению, и на этом его «карьера» закончится. Никому не нужна обезображенная шлюха. И если действительно был шанс... В детстве он не исцелялся так быстро, ведь так? На самом деле он никогда об этом не задумывался, он просто считал, что с взрослением его иммунная система стала лучше. Он ни разу не болел. Ни разу. Даже не чихал. Неужели это действительно что-то значило? И жить со Снейпом... почему от этой мысли у него возникали такие странные ощущения в желудке? Одно из ни было желание, но были еще и другие.

Снейп внимательно наблюдал за лицом Гарри. На самом деле, он сам не знал, что он делал. Но должен жы был быть хоть какой-то шанс. Он слышал о случаях, когда магические способности были подавлены... он мог выяснить детали, спросить у Дамблдора, не говоря об этом Гарри... но больше всего он хотел вытащить мальчика отсюда. Мысль о том, что они будут наедине проскользнула у него в голове, но он сказал себе, что он сможет устоять, в конце концов однажды он это уже сделал. Он постарался выкинуть эти мысли из головы. Гарри должен согласиться. Он не примет отказа.

Гарри испытывал противоречивые чувства. Неизвестность пугала его до смерти, он этого больше не выдержит. Но... если действительно был шанс... он всегда может вернуться сюда, он ничего не терял. И он будет вместе со Снейпом... он знал, что это говорят в нем его гормоны, но внезапно ему стало совершенно все равно. Его губы все еще дрожали после поцелуя Северуса и было слабое ощущение чего то еще, чувства, которое он не испытывал уже очень долгое время. Надежда. Он глубоко вздохнул.

- ОК.

После продолжительного завтрака со Снейпом Гарри начал упаковывать свои вещи. И конечно же, во время завтрака они почти не разговаривали между собой, они просто не могли отвести глаз друг от друга, притворяясь, что они совсем не смотряд друг на друга поверх кофе и тостов. Поведение Северуса немного приободрило Гарри, по крайней мере оно означало, что Гарри ему все еще небезразличен, несмотря на то, что он старался держаться от Гарри подальше и пытался игнорировать нарастающее между ними напряжение.

Гарри вздрогнул и засунул пару нижнего белья в чемодан. У него оставалось мало времени для того, чтобы передумать, а он должен передумать и сказать Снейпу, что тот глубоко заблуждается, если думает, что Гарри вот так просто соберется и уедет. Но у него не было ни малейшего желания делать это. На самом дела он хотел уехать, даже если это означало возвращение к своей прежней жизни. Почувствовать, как это - вновь стать Гарри Поттером? Ну да, в его водительских правах было указано Гарольд Джей Поттер, но каково это будет, когда тебя вновь будут принимать за знаменитого Гарри Поттера? Что он будет делать, когда вернет себе свои способности? Если он их вернет. Он вздохнул и с силой захлопнул крышку чемодана.

Это было безумием. Он уезжал, никого не предупредив. Ни своего хозяина. Ни Майка. Ни одной живой души. И все это почти наверняка не сработает (во всяком случае, Гарри пытался уверить себя в этом). И куда он мог потом вернуться? Без квартиры (что случится с его мебелью?) и без... кхм, его работы... Гарри не нравилось заниматься проституцией, это была такая работа, которую так просто не бросишь... и если эта авантюра со Снейпом не сработает, он должен что-то делать, должен как-то зарабатывать деньги, и это должно быть что-то, что он хорошо умеет делать. А вариантов у него было немного.

Позади него послышался шум, Гарри обернулся, он был настолько взвинчен, что не сразу понял, что это Снейп, пока не увидел его: руки в карманах джинсов, свежевымытые волосы. Он вздрогнул.

- Готов, - мягко спросил тот, избегая вгляда Гарри. Гарри посмотрел на чемодан, лежащий на его кровати, наклонился, чтобы застегнуть молнию одним плавным движением с ощущением, что у него нет ничего ценного.

- Ага, только возьму свой бумажник, - поспешно ответил Гарри, проскользнув мимо Северуса в гостинную, чемодан в руке. Он посмотрел на кофейный столик, недовольно вздохнул, его бумажника нигде не было видно.

- Черт, - ругнулся он, роняя чемодан на пол и возвращаясь на кухню.

Он не слышал, как Снейп вошел следом за ним, и вздрогнул от неожиданности, когда тот слегка тронул его плечо.

- Ты оставил это на столике у кровати - сказал он Гарри, повернув его одной рукой к себе лицом, а другой - протягивая ему бумажник. Гарри взял его, бессмысленно уставившись на кожанный бумажник.

- Спасибо, - с отсутствующим видом ответил Гарри. Его плечо покалывало в том месте, где все еще лежала рука Северуса. Рука отпустила его плечо, слегка надавив на него, скользнула вниз по его руке и затем исчезла.

- Я вызову такси, - прошептал Снейп, проходя мимо Гарри, оставляя за собой слабый аромат сухих трав. Гарри с удивлением обнаружил, что ему нравится этот запах.

Наблюдать за Гарри, пока он укладывал вещи и одновременно спорить с собой - это сводило его с ума. Снейпу казалось, что он знает, о чем сейчас думает мальчик. Ну, не совсем, но должно быть он сейчас вспоминал всю свою жизнь, сравнивая ее с неизвестностью и возможной неудачей, ожидавших его впереди. Он понимал, что Гарри должен пройти через это сам, если он действительно решил попробовать. Он пытался держаться от него подальше, но он видел, что мальчик действительно не помнит, что его бумажник лежит около кровати. Когда он взял его, он не мог устоять перед искушением и заглянул внутрь. По какой-то неизвестной причине странная неподвижная фотография Гарри на правах удивила его. Он не смог устоять и слегка дотронулся до нее, сердце забилось чаще.

И вот он сидит в маггловском такси рядом с Гарри, мысли крутятся в голове. Каково это быть вдвоем с Гарри в его доме, доме, который он сам едва знал? С этим домом у него было связано слишком много воспоминаний, о родителях, которые никогда не понимали своего мрачного сына. Он мог бы больше времени проводить там, но с таким же успехом он мог и продать этот дом. Он предпочел ничего не далать, и просто постарался как можно меньше думать о нем. Сейчас это место ему пригодилось, и если там он сможет уберечь Гарри, то оно того стоило.

Короткий визит в его отель за его немногими вещами и они уже на пути в английскую глубинку. К лучшему, или к худшему.

Это был действительно большой дом. Подумал Гарри, прикрывая глаза рукой от солнца. Ему пришлось задрать голову, чтобы увидеть его полностью, даже так он с трудом мог охватить его глазами. Это было не похоже на что-то, что могло принадлежать Снейпу. Он ожидал увидеть какой-нибудь коттедж, возможно даже каменный дом, но это... это был красивое белое поместье с чертовой оградой и террасой. Он был похож на дом из «Унесенных ветром». На его губах заиграла улыбка при этой мысли, пока он шел следом за Снейпом по аллее.

Что его удивило, так это то, что там не было слуг; вероятно время от времени кто-то из друзей Снейпа приезжал и приводил дом в порядок и стриг лужайку. Гарри скривился, вспомнив о своих потерянных способностях, которые он вероятнее всего никогда не вернет, несмотря на все попытки восстановить их. В душе он с легкостью опроверг доводы Северуса. В конце концов, это было очень редко, когда волшебник мог вернуть свои способности, даже если они были всего лишь заблокированны. Дамблдор сам сказал ему, что он родлся сквибом, и теперь Снейп пытается пойти против его авторитета.

И зачем он только приехал сюда? Самым большим преимуществом было то, что избавится от того образа жизни, который он вел до этого. К тому же, чем дальше, тем ему больше нравилось быть вместе со Снейпом. В такси они обсуждали любимые фильмы и книги, и к своему удивлению обнаружили, что их вкусы во многом совпадали. Это была приятная неожиданность - найти что-то, что их объединяло, и он планировал это развить и укрепить.

- Надеюсь, тебе здесь понравится, - сказал Снейп, оглянувшись через плечо на Гарри, который пытался догнать его, так, чтобы они могли идти рядом.

- Уж наверняка. Это, черт побери, самый большой дом из всех, что я видел, - ответил тот с улыбкой, оглядывая возвышающийся перед ним дом.

- Это мое родовое поместье, - ответил ему Снейп, - Я уноследовал его от моего отца, который получил его в свою очередь от своего отца, и так далее. Поместье Снейпов," сказал он, указав на таюличку, которую Гарри сперва не заметил, на ней действительно было написано 'Поместье Снейпов.'

- У тебя есть какие-нибудь родственники? - Спросил Гарри, пытаясь заполнить паузу.

- Двое. Мэдлин и Гарри.

- А. - Гарри не знал, что на это сказать, но в этот момент они как раз подошли к дому, поэтому это уже не имело значения. Он терпеливо ждал, пока Снейп отопрет дверь. - Ты живешь здесь летом?

- Нет, это всего третье мое посещение с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, - прозвучал холодный ответ перед тем, как они вошли внутрь. И то это было в три раза больше, чем надо, добавил Снейп про себя.

Изнутри дом казался еще больше. Несколько корридоров уходили в разные стороны, лестницы с несколькими пролетами, целых две чертовы гостинные по левую сторону, не говоря уже о туалете размером с Гаррину спальню, прихожую и кухню вместе взятые.

- И где, черт побери, расположены спальни? - поинтересовался Гарри, с легким смешком.

- Мои комнаты на третьем этаже, ты можешь расположиться поблизости, - ответил Снейп, забирая из рук Гарри чемодан и следуя в направлении лестницы. Он вздрогнул от непрошенных воспоминаний, которые воскресили эти слова. Опасные мысли.

- Ну, недостаточно близко, - пробормотал Гарри под нос, прежде чем последовать за Снейпом. Он запрыгал по ступенькам, чтобы догнать Снейпа. - Так, говоришь, ты здесь вырос?

- Да. В общем, до десяти лет я жил здесь, а потом приезжал только на лето. - Пауза. - Хогварт, и все такое.

В этот раз Гарри не отреагировал на упоминание о волшебстве, что подняло его в глазах Снейпа. Он молча кивнул и слегка вздохнул, когда они дошли наконец до третьего этажа.

- Твои комнаты в этом направлении, сказал Снейп, поворачивая направо по еще одному (они казались бесконечными) корридору. Гарри послушно двинулся следом.

По мнению Гарри комната была просто огромная. Кровать занимала примерно четверть пространства, в ней также стоял шкаф и стол, несколько безделушек, расставленных по комнате, оставшееся пространство занимал ковер. В комнате даже был камин, что на его взгляд было удивительно, учитывая магическое отопление, или что-то в этом роде согласно словам Снейпа, что он выяснил, пока они ехали сюда. Наверное, это было добавлено для уюта. Снейп наблюдал за Гарри. Это было все, на что он был способен. Видеть его здесь, на фоне его детских воспоминаний было слишком необычно. Он подумает об этом позже.

- Все в порядке? - нетерпеливо спросил он.

Гарри обернулся к нему и ухитрился выдавить из себя улыбку. Северус выглядел действительно озабоченным.

- Все замечательно -уверил его Гарри. - Видел бы ты комнату, где я вырос, - продолжил он, и тут же пожалел о сказанном, увидев, как помрачнел Снейп.

- Где твои комнаты? - задал он вопрос, пытаясь сменить тему. - И есть ли между ними тайный ход? -спросил Гарри шутя.

Снейп вздохнул, затем решил пропустить намек мимо ушей. Если Гарри действительно решил соблазнить его, то он был в беде. После прошлой ночи у него осталось очень мало сил для сопротивления, и он знал об этом. Снейп глубоко вздохнул и ответил, - Почему бы тебе не оставить здесь вещи и я устрою тебе экскурсию?

- Хорошо, улыбнулся Гарри в ответ, и Северус с облегчением выдохнул.

Гарри вышел из комнаты следом за Снейпом.