АВТОР: Insvit_F.D.
ПЕЙРИНГ: SS/HP
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance
КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Гарри Поттер женился, но это не мешает ему по прежнему любить Северуса.
ОТРЕЧЕНИЕ: Как обычно, ничего не мое, ни на что не претендую, и вообще - моя хата с краю. Герои - Роулинг, извраты - мои.
РАЗМЕЩЕНИЕ: Если на это кто-то польстится - пожалуйста, только предупредите.

…Пришла зима в мои края

Пришла зима в мои края

Пришла зима в мои края

Читаю книгу сидя у огня

И подогретое вино

И подогретое вино

И подогретое вино

Напомнит дни ушедшие давно…

(The Dartz)

Дверь паба распахнулась и на улицу вывалился молодой человек в дорогой одежде и криво сидящем пальто. Он остановился, повиснув на двери и вцепившись в ручку, помотал головой, словно стараясь прояснить сознание, а потом плюнул, смирившись. Ноги заплетались, он с трудом мог представить, как ему удастся аппарировать, но он был обязан вернуться домой. Его ждали.

"- Герми, это не то, что ты думаешь…

- Обещаю, этого больше не повторится…

- Ты же герой! Человек, на которого едва не молится весь магический мир! Что, если тебя увидят в таком состоянии?

- А не валяешься в канаве, как последний пьяница…

- Прости…

- Герми…

- Да, Гарри. Я привыкла. Именно этого я и боюсь. Привычки видеть тебя… таким".

Гарри пошатнулся и с ужасом представил скандал, который ему грозил. Впрочем, это было неправдой. Гермиона Поттер никогда не закатывала скандалов. Она просто не умела. Она могла призывать его к порядку, могла объяснять глупость его поступков, но никогда… никогда не ругала. И только в последние месяцы Гарри стал с ужасом осознавать, что она не делает даже этого. Гермиона внимательно смотрела, как на нетвердых ногах Гарольд Джеймс Поттер входит в гостиную, бросает пальто, не всегда попадая на вешалку, и уходит к себе. В свою комнату. И только потом, когда муж удалялся, она позволяла эмоциям взять верх, и плакала. Гарри знал это, но не мог ничего сделать. В такие минуты утешать ее казалось и смешно, и глупо одновременно, особенно учитывая тот факт, что сам он едва мог связать пару слов.

Выпрямившись, Гарри сделал несколько шагов и остановился. Ночь была восхитительной: в воздухе пахло весной, и даже запах бензина и пыли не мог победить этот будоражащий аромат. Несмотря на фонари которыми кишел Лондон, небо мерцало мириадами звезд, и краем глаза он заметил, как одна из них сорвалась с небосклона, скатившись за дома. Наверное, он успел бы загадать желание, если бы не был так пьян. И если бы это желание могло хоть когда-нибудь исполнится…

"- Гарри, ну почему ты не хочешь рассказать мне?

- Не пойму чего? Того, что взгляды, которые ты на него бросаешь, совсем не похожи на ненависть? Я же не слепая!

- Замолчи!

- Это не любовь. Это все, что угодно, но не…

- Гарри…Мы достаточно взрослые люди, чтобы говорить откровенно. Это не ненависть. Не жажда мести и не презрение. Так не смотрят, когда презирают.

- Ты любишь его.

- Глупо.

- Это просто желание.

- Подумай, о ком ты говоришь. Нет, я вовсе не хочу его оскорбить! Но испытывать влечение именно к нему? Я не поверю, Гарри. Просто так возжелать? Немыслимо. Он не красавец. У него отвратительный характер. Он на протяжении нескольких лет изводил тебя и ты хочешь сказать, что это просто похоть? Нет. Это… это, наверное, настоящая любовь.

- Вполне. Я должна была это услышать.

- И что теперь?

- Почему?

- Я слишком тебя люблю".

Миновав ближайший фонарь, Гарри поморщился. Мерлин всемогущий! Неужели, человеку может быть так плохо? Лучше не медлить. Идти по инерции и все будет в порядке. Потому что если он остановится, то наверняка упадет. Господи, как давно он так не надирался!

Пока он двигался к переулку, чтобы незаметно аппарировать, попутно размышляя о собственной глупости, на асфальте обозначилась четкая тень и Гарри непроизвольно напрягся. Владелец тени вот-вот должен был появиться из-за угла, а Гарри вдруг стало страшно. Инстинкты аврора взяли верх, он потянулся за палочкой, но нащупал ее не сразу: нетвердая рука сперва скользнула в один карман, потом - в другой, и этого времени хватило, чтобы ощутить толчок в плечо, ставший тем самым пресловутым перышком из поговорки, что сломало спину верблюда. Иначе говоря, Гарри Поттер рухнул бы на землю, сбитый с ног, если бы в последний момент его не поддержали.

Дернувшись, он чудом устоял, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Количество адреналина в крови пошло на спад, когда Гарри осознал, что воображение сыграло с ним дурную шутку, но опьянение мешало связно изложить радость по этому поводу, поэтому он только неуверенно пробормотал "спасибо", ощущая непривычную беспомощность, и вцепившись в незнакомца. Гарри чувствовал себя жалким и окончательно сломленным, да еще тот факт, что его очки свалились, пока он пытался удержать равновесие, совсем не способствовал приливу положительных эмоций.

Под ботинком громко хрустнуло, стоило ему отступить, зато теперь он точно знал, куда подевались его очки. Гарри охватила досада. Придется ждать, пока виновник его неудачи уберется, чтобы произнести заклинание, но тот не спешил уходить. Гарри начал злиться. Он повел плечом, сбрасывая руку незнакомца, и поднял голову, собираясь еще раз поблагодарить, а затем ненавязчиво попросить оставить его в одиночестве, и потерял дар речи.

Поручиться за собственное зрение Гарри не мог, да и алкоголь не способствовал его прояснению. Несколько секунд молодой человек молчал, а потом неуверенно зажмурился, чтобы, вновь открыв глаза, убедиться, что галлюцинация не исчезла. Лицо хоть и казалось размытым, но знакомые черты Гарри узнал с поразительной быстротой. Только что делать Северусу Снейпу в маггловском Лондоне в пол третьего ночи? Или утра?

- Профессор? - Решил он уточнить на всякий случай, и снова пошатнулся, но на этот раз его никто не удержал, и Гарри благополучно растянулся на асфальте, больно ударившись бедром и плечом. Минуту ничего не происходило и он успел проникнуться презрением к самому себе, а потом начал медленно подниматься, но руки ослабли и он упал обратно, едва не ткнувшись носом в ботинок Снейпа.

- Мистер Поттер? - За два года голос профессора не претерпел никаких изменений, зато в данный момент в нем слышалось предельное отвращение, оттененное изумлением. - Так вот как проводит свободное время герой волшебного мира?

Гарри даже удивился, что Снейп не попытался перевернуть его носком ботинка: в сочетании с интонациями этот жест был бы идеальным выражением его отношения к валяющемуся под ногами вусмерть пьяному молодому человеку. Впрочем, Снейп был не прав. Гарри не так уж часто позволял себе подобное. Только тогда, когда держаться уже не было сил, поступки казались бессмысленными, а существование - затянувшейся агонией.

- Вы собираетесь подниматься?

- Нет. - Отозвался Гарри и усмехнулся, а через несколько секунд смех перерос в хохот, так что начал отдаваться болью в плече. Кажется, он все-таки успел загадать желание, учитывая, что Снейп сейчас здесь, дожидается, когда тот самый герой придет в себя. Только исполнилось оно как-то криво. Как и все в его жизни. Совершенно точно, они должны были встретиться не так…

Понимая, что дожидаться вразумительного ответа от пьяного Поттера бессмысленно, Снейп наклонился и подхватил Гарри под мышки. Он почти поставил юношу на ноги, но тот продолжал хохотать, а подкашивающиеся колени не позволяли ему стоять прямо.

- Вы жалки, Поттер! - Прорычал Снейп, надеясь, что это приведет парня в чувство, но тот лишь покачал головой:

- Я… всегда жалок! Вы говорили мне это… на протяжении семи лет и, кажется, сумели убедить.

Он помолчал, осознавая сказанное, и многозначительно добавил:

- Вот.

А потом повис на Снейпе, обхватив его за плечи, и закусив губу, чтобы не расплакаться. Почему-то он не почувствовал боли и ощутил ее только после того, как во рту появился солоноватый привкус крови. Он радовался, что не может видеть лица профессора, потому что меньше всего хотел наблюдать, как его презрение сменяется омерзением.

Снейп извлек палочку, пробормотал "репаро" и призвал восстановленные очки Гарри, убрав их в карман.

- Только не начинайте жалеть себя. В кои-то веки вы соизволили прислушаться к правде. - Сообщил он минуту спустя и попытался сделать шаг, поддерживая Поттера, но тот вцепился в него намертво. В душе разливался такой холод, что Гарри показалось, стоит Снейпу оттолкнуть его, и ему не останется ничего иного, как свернуться здесь же на асфальте и умереть.

- Зачем Вы делаете это, Поттер? - Сухо поинтересовался Снейп, но Гарри ничего не ответил. - Хорошо. Вы невменяемы, я это заметил. Мне никогда не приносило удовольствия быть Вам нянькой, так что соизвольте хотя бы сообщить, куда Вас доставить.

- Никуда. - Выдохнул Гарри борясь с очередным помутнением сознания. Кажется, последний бокал виски был лишним. Или предпоследний? Он сбился со счета. Ему даже было весело, пока он не ступил за порог паба. На время боль отпустила, а теперь по какой-то нелепой случайности он наткнулся на Снейпа и - все с начала. - Я хочу остаться здесь.

- Не думайте, что дождетесь от меня сочувствия. Вы этого не заслуживаете.

- И Вы совершенно правы… - Констатировал Поттер, после чего окончательно потерял координацию движений и стал сползать вниз, цепляясь за одежду профессора, рискуя снова оказаться на асфальте, если бы Снейп не подхватил его на руки. Гарри застонал - перед глазами все поплыло, и он предпочел закрыть их, но стало только хуже. Да, так он не напивался еще ни разу…

- Профессор… - Прохрипел он, но Снейп уже направился обратно, завернув за угол, и Гарри осталось только обнять его за шею, чтобы рука не болталась, а за одно придавая иллюзию устойчивости своему сомнительному положению. - О, Мерлин… Простите… Это отвратительное зрелище… Я не хочу, чтобы Вы видели… Я не всегда…

- Заткнитесь! - Приглушенно приказал Снейп. - Мне только Ваших пьяных извинений не хватало!

- Сэр, я…

- Вы давно не мой студент и можете делать, что Вам заблагорассудится. А я вовсе не обязан приводить Вас в чувства!

Дальнейшие события Гарри помнил с трудом. Они все-таки аппарировали, а он продолжал нести какую-то чушь о том, что не хотел выглядеть так отвратительно в глазах Снейпа, о том, как ценит его мнение и как ему плохо, потому что его, кажется, сейчас вырвет…

Снейп слушал сбивающуюся речь Поттера, проклиная все на свете, и только когда почти дотащил Гарри до подземелий, тот угомонился. Северус вздохнул с облегчением: слушать пьяный бред Гарри Поттера было скверным развлечением, вдобавок парень оказался тяжелым, и зельевар был неизмеримо счастлив, когда получил наконец-то возможность положить Поттера на кровать. Пусть и на свою собственную. Он до сих пор ругал себя за сентиментальность - нужно было воспользоваться заклятьем, а не тащить мальчишку через весь Хогвартс, но сделать этого в Лондоне Снейп не мог, а потом было уже поздно.

Зельевар выпрямился, бросив неодобрительный взгляд на Гарри, и хотел уже уйти, чтобы запереть входную дверь, наложить чары на которую так и не удосужился, пока возился с Поттером, но тот вдруг очнулся и, обхватив подушку, что-то приглушенно пробормотал.

- В чем дело, Поттер? Вам плохо?

Снейп чуть склонился над кроватью, стараясь разобрать слова, но Гарри только замотал головой, и попросил:

- Не выгоняйте меня…

Снейп резко отстранился и нахмурился, но Поттер больше не проронил ни слова, поэтому профессор сам нарушил тишину:

- Хотел бы, да не получится, болван!

Несколько минут он простоял рядом с кроватью, борясь с противоречивыми чувствами, а потом тяжело вздохнул и принялся стаскивать с Поттера одежду. В конце концов, это его кровать, и он вовсе не собирается заботиться о мальчишке, а вот позволить тому валяться в грязной одежде на чистом белье - веская причина для подобных действий.

Гарри никак не реагировал на то, что лишился пальто, ботинок, носков, джемпера, а затем и рубашки с брюками. Он больше походил на труп, чем на живого человека, только часто дышал запрокинув голову, и Снейп заметил обветрившуюся ранку на губе.

- Безмозглый сукин сын! - Выругался профессор, вычистив заклятьем вещи Поттера и сложив их на тумбочку. Пальто пришлось повесить на спинку кресла, и оно несказанно раздражало Снейпа, но относить его в гостиную профессор не собирался. Утром Поттер проснется, заберет свои вещи и уберется из его спальни, а если у него хватит ума, то он сделает это молча. И унесет с собой все свои надуманные проблемы.

Накрыв Гарри одеялом, Снейп вышел из спальни и притворил дверь. Нещадно болела голова, но он предпочитал об этом не думать. Избавившись от верхней одежды, он устало опустился в кресло и задумался, непроизвольно постукивая пальцами по подлокотнику. День не задался с самого начала, это он уже понял. С самой полуночи, если быть точнее, когда головная боль стала нестерпимой, и бороться с ней не было никакой возможности. Выпить обезболивающее Снейп не решился - с недавних пор организм неадекватно на него реагировал, вызывая ухудшение состояния, и профессор пришел к выводу, что у него развилась аллергия на один из компонентов. Несколько дней он пытался выяснить, на какой именно, но сегодня сдался и в два часа пополуночи аппарировал в Лондон. При всем своем недоверии к маггловским средствам, он заметил, что их аспирин помогает не хуже, и, пока он будет выяснять причину ухудшения действия зелья собственного изготовления, маггловское средство вполне способно его заменить.

До аптеки он так и не добрался, зато нашел новый повод для подтверждения отвратительного начала дня. И этот повод сейчас валялся в его постели, измученный и жалкий, но оттого не менее притягательный. Черт! Снейп принялся массировать виски пальцами, отгоняя навязчивое воспоминание о почти обнаженном Поттере, с которого он самолично снимал одежду. Кажется, это должно было пройти уже давно. Он старался всеми силами забыть о Гарри, едва тот оказался за Порогом Хогвартса, и, как ему казалось, справился с этим, но теперь мучения возобновились.

Ненавидеть Поттера было просто. Взбалмошный, несдержанный, весь в отца, он, черт возьми, мог довести до белого каления кого угодно, и с успехом это делал. Но на ненависть накладывались другие чувства и Снейп усердно прятал их даже от себя. Гарри почти двадцать, но он так и остался мальчишкой. Беспомощным, едва ли самостоятельным, и таким же доверчивым. И это после победы над Вольдемортом, после всех смертей, что ему довелось увидеть и после его проклятой свадьбы.

Откинувшись на спинку кресла, Снейп опустил руки и замер. Он никогда не думал, что известие о скорой женитьбе Гарри Поттера причинит ему такую боль. Возможно, он на что-то надеялся, сам не веря в удачу, но когда газеты начали пестреть заголовками о помолвке Победителя Вольдеморта, профессор окончательно сдался. Он не видел Поттера все это время, не читал статьи, написанные о нем, не знал, что с ним происходит. И теперь, подобрав на улице, был готов проклинать себя за жалость. Возможно, он привык присматривать за ним. Может, в этом вся причина. Просто знать, что с Поттером все в порядке. Но тогда почему он уже два года ощущает собственную ненужность? Только тот факт, что идти ему некуда, заставлял профессора оставаться на своей должности: это было не лучше, но и не хуже других возможных занятий. У него достаточно денег, чтобы бросить преподавание и посвятить себя исследованиям, но в Хогвартсе была жизнь. Та жизнь, от которой он привык скрываться в стенах своего подземелья, и, тем не менее, в любой момент мог покинуть их, чтобы ощутить, что кто-то еще на этом свете может наслаждаться своим существованием. В отличие от него. А теперь старая рана засаднила, и Снейп снова ощущал собственную неполноценность и никчемность.

Отчаявшись как следует отдохнуть, Северус хотел было плеснуть себе виски и успокоить нервы, но сразу вспомнил о Поттере, и решил, что будет лучше, если завтра мальчишка в одиночестве будет страдать похмельем. Желание выпить пропало начисто и профессор ограничился тем, что призвал плед из подсобки, и укутался в него. Несмотря на растопленный четвертью часа ранее камин, в комнатах было по-прежнему холодно. Здесь всегда холодно.

В шесть часов Снейп очнулся от дремы, и, проклиная все на свете, выбрался из кресла. Мышцы затекли от долгой неподвижности, но он пересилил себя, принял душ и переоделся. Расхаживать по Хогвартсу в маггловской одежде он бы себе не позволил, к тому же, Снейп недолюбливал подобные вещи, предпочитая привычные брюки, сюртук и мантию. Так он чувствовал себя защищенным и был абсолютно уверен, что не выглядит глупо.

Поттер все еще спал, разметавшись поверх одеяла и продолжая прижимать к себе подушку, и Снейп сразу же закрыл дверь в спальню, едва убедился, что с мальчишкой все в порядке. Чуть помедлив, он вернулся в гостиную, взял с полки флакон, накапал несколько капель антипохмельного зелья в стакан и, разбавив водой, поставил его на тумбочку в изголовье кровати, занятой Поттером. Посчитав на этом свои обязанности выполненными, он подоткнул свесившийся до пола угол одеяла и ушел.

Гарри проснулся только после полудня, но открывать глаза не спешил. Он вообще старался не шевелиться, потому что первая попытка приподняться была встречена его организмом резким протестом. Некоторое время он просто лежал, вспоминая, что произошло несколькими часами ранее, и отчего ему настолько плохо, но в голове был сплошной сумбур. Последнее, что помнил юноша, это собственный выход из паба и холодный асфальт. Дальше была пустота.

Он заворочался и наконец сумел привстать, вытянув руку а попытке нащупать стакан с водой. Обычно после подобных вечеринок, после того, как Гермиона заканчивала высказывать ему свои претензии, она снисходила до того, чтобы оставить страждущему герою воды, зная, каково ему придется с утра. К счастью, стакан был на месте, и Гарри, стиснув его непослушными пальцами и едва не уронив, поднес к губам. На вкус вода оказалась премерзкой и Гарри закашлялся, но было уже поздно - отвратительное пойло проскользнуло в желудок. Резко распахнув глаза от неожиданности, он еще некоторое время боролся с круговертью, в которую превратился окружающий мир, а потом медленно сел, продолжая сжимать стакан.

Спальня была чужой. Кровать, на которой он спал, не могла принадлежать ему, хотя бы потому, что у него никогда не было зеленых простыней, как и другого постельного белья подобного цвета. Не говоря уж о том, что эта спальня была значительно больше его собственной. Дрожащей рукой Гарри вернул стакан на место, нащупал очки, и только водрузив их на нос откинулся на подушку. Первое, что ему пришло в голову, это мысль о странном сне, который ему до сих пор снится, но он чувствовал себя проснувшимся. Более того, его желудок перестал бунтовать, а в голове прояснилось, но данный факт никак не мог объяснить, что Гарри Поттер делает в чужой постели. "Мерлин всемогущий, неужели я допился до того, что переспал с кем-то? Нет… НЕТ!!! О, Господи!"

Выждав еще несколько минут, Гарри спустил ноги с кровати и с хриплым стоном уселся на краю, наконец осознав, что из одежды на нем только трусы. Чертовски хотелось в туалет, но куда идти он не знал, и чувствовал себя не самым лучшим образом. Настроение подняла обнаруженная стопка одежды и Гарри с радостью бросился к ней, но на втором шаге остановился, схватившись руками за голову: все-таки он поспешил. Дальнейшие движения юноши были менее резкими. Он даже сумел разобрать свои вещи и одеться, не испытывая больше приступов слабости. И только потом отважился приоткрыть дверь.

Увиденное сбило его с толку окончательно. Просторная гостиная, заставленная книжными шкафами, полками со склянками и банками темного стекла, ковер на полу, небольшой диван и рядом - кресло. Гарри мог поклясться, что не бывал здесь раньше, и в душу начали закрадываться сомнения относительно его рассудка, но через мгновение все встало на свои места, когда незаметная дверь в конце комнаты распахнулась и на пороге возник Северус Снейп:

- Очнулись, мистер Поттер? Надеюсь, Вы чувствуете себя достаточно скверно, чтобы не повторять таких ошибок в дальнейшем.

Гарри застыл, приоткрыв рот и пытаясь вспомнить, как мог попасть в Хогвартс, но память отказала окончательно.

- Однако, Поттер! Я и забыл, как выглядит мыслительный процесс, отражаясь на Вашем лице. - Съязвил профессор и направился к полке, на которую водрузил стопку бумаг, не замеченных ранее Гарри.

- Профессор? - Прошептал юноша и привалился к стене, с ужасом предположив, что, скорее всего, он допился до белой горячки и сам явился к Снейпу ночью.

- Именно, мистер Поттер. - Снейп резко развернулся, так что полы его мантии всколыхнулись, и вперился пронзительным взглядом в Гарри. - Кажется, разум к Вам возвращается. Это хороший знак.

- Что я здесь делаю?

- Не имею представления. - Скривился профессор. - Мне известен лишь тот факт, что четверть часа назад Вы спали беспробудным сном праведника.

- Нет… - Прервал его Гарри. - Я только… я хотел знать, как я здесь оказался.

О, Мерлин! И это он, Гарри Поттер, лучший аврор министерства, ставший размазней при одном взгляде на Снейпа? Гарри ужаснулся. Впрочем, нет. Одним взглядом дело не обошлось. Скорее его состояние было вызвано тем фактом, что юноша совершенно не имел представления о собственных поступках, пока находился под действием алкоголя.

- Господи… Что я Вам наговорил? - Прошептал он.

- Вы, Поттер? - Бровь Снейпа приподнялась, отражая его недоумение. - Боюсь Вы были не в том состоянии, чтобы говорить что-то осмысленное. Но если Вас интересует, я могу ответить. Вы сетовали, что выглядите жалко и, поверьте, я подобрал бы более подходящее слово к Вашему недавнему состоянию. Помимо этого Вы клялись, что данное состояние для Вас не характерно, и однообразно извинялись, пока, к счастью, не соизволили отключиться. Этого достаточно?

- Господи… - Повторил Гарри, закрывая лицо руками.

Снейп с пренебрежением смотрел на Поттера и хотел было добить его последней фразой, услышанной перед тем, как Гарри уснул, но почему-то промолчал.

- Теперь Вы, надеюсь, достаточно отдохнули, чтобы избавить меня от Вашего присутствия?

- Конечно… Я сейчас же…

- Не сомневаюсь.

Гарри сжался, вдруг снова ощутив себя учеником под пристальным взглядом Снейпа, и поежился. Только теперь к исконному ужасу перед злобным профессором зельеварения примешивался страх. Он боялся собственных эмоций и ничего не мог с этим поделать, а, зная Снейпа, тому не составит труда прочесть по выражению лица все чувства, испытываемые жертвой.

Некоторое время Северус внимательно разглядывал Гарри, а потом насмешливо сообщил:

- Вам не кажется, что Ваша супруга будет беспокоиться?

Гарри промолчал, справившись с внезапной болью в груди, и, только минуту спустя, ответил:

- Я не ожидал, что задержусь так долго.

- Не сомневаюсь. Вы вообще не думаете, Поттер.

Вот теперь юноша был совершенно уверен, что Гермиона сотрет его в порошок. Их отношения и без того были достаточно сложными, но Герми наверняка волнуется. Он никогда не опаздывал настолько, и теперь, весьма вероятно, его жена поставила на уши всех, до кого смогла добраться, едва сообразила, что к утру муж возвращаться не собирается.

- Надеюсь, Вы сумеете сочинить благовидный предлог? - С издевкой поинтересовался Снейп.

- Не беспокойтесь. У меня их запасено достаточно. - Отозвался Гарри. - Вы ведь и не сомневались?

- Отчего же… Ваша изобретательность у меня вообще вызывает сомнения.

- Лестный отзыв, ничего не скажешь. - Гарри криво усмехнулся и огляделся. - Могу я воспользоваться Вашей ванной?

- Естественно, Поттер. Вы же не думаете, что я позволю Победителю Вольдеморта выйти отсюда в подобном виде?

О каком именно виде говорил Снейп, Гарри понял только когда увидел собственное отражение в зеркале. Картина и в самом деле была плачевной. Открыв кран, он помедлил, прислушиваясь к звуку льющейся воды, а потом принялся умываться. Признаться, ему хотелось бы принять душ, но одна мысль об этом вызывала неловкость. Черт с ней, с ванной. Через несколько минут он аппарирует домой и все вернется на свои места. Никакого похмелья, никакого Снейпа… Стоп. Похмелье? Гарри выпрямился, не обращая внимания, что вода с лица стекает ему на одежду, и нахмурился. Значит, Снейп оставил ему зелье… Ладно, данный факт можно списать на нежелание профессора и дальше наблюдать Гарри Поттера в жалком состоянии. Но, честно говоря, юноша полагал, что Снейпу будет приятно увидеть его мучения…

- Можете воспользоваться полотенцем, которое на полке перед Вашим носом, Поттер. - Послышался голос из-за двери. - Если понадобится халат, то он в шкафу.

Гарри прислушался к удаляющимся шагам и снова посмотрел в зеркало. Значит, на душ дали добро. Не так уж и плохо, учитывая, как ему сейчас хотелось оказаться под струями горячей воды, смывая остатки опьянения и воспоминания о собственной глупости.

Снейп расхаживал по гостиной, бесцельно переставляя предметы. Почему-то сейчас казалось важным, чтобы подсвечник стоял именно на каминной полке, а не на столе, коробка с новыми пробирками оказалась в шкафу с алхимической утварью, а бутылка виски в серванте. Глупые мелочи, которые позволяли чувствовать себя спокойно. Остановившись посреди комнаты, профессор огляделся и нахмурился. Оказывается, идеальный порядок может с такой же легкостью вывести из себя, как и бардак, потому что применить силы больше некуда. Зарывшись пальцами в волосы, он постоял еще с минуту, прислушиваясь к звукам льющейся в ванной воды, и уселся на диван. Все было глупо и безнадежно с самого начала. Он так избегал Поттера, что почти забыл о его существовании. Это было сложно, но он смог.

Пальцы Северуса сжались, едва не выдрав клок волос, и только боль отрезвила его. Нет. Он не может любить. Это такой же обман, как и вся его жизнь. Признаться, какое-то время он думал, что ему просто не хватает близости, что потребность в ком-то, присутствующем рядом и приносящем тепло, дает себя знать, но это естественное человеческое желание, и не нужно путать его с любовью. Потому что любовь, это знание, что без одного единственного человека ты не можешь представить собственную жизнь. А он мог. Он прекрасно справлялся с этим и жил, отдавая старые долги, выполняя то, на что лучше всего годился - обучал лоботрясов обращаться с зельями. Он прекрасно… существовал. Но было ли это жизнью?

Только в те дни, когда Поттер был в Хогвартсе, Северус мог поручиться, что испытывал некий подъем эмоций. Да, он получал удовольствие, снимая с Гриффиндора баллы и третируя Поттера, но сейчас не чувствовал даже этого. В сущности, ему было безразлично, оскорбит ли кого-то из учеников подобное обращение. А изводить Поттера, видеть, как в его зеленых глазах зажигается огонь - то ярости, то отчаяния, то жажды справедливости - было приятно. Знать, что его работа у Лорда, чтоб ему земля стала трясиной, имеет смысл, и чувствовать, что этим он помогает Поттеру протянуть еще какое-то время, было правильно.

Он всегда измерял собственную жизнь странными критериями. Он мечтал покинуть Упивающихся, и почти сделал это. Сперва Снейпу казалось, что он выполняет приказы Лорда для Дамблдора, отвечая за собственные необдуманные поступки в молодости и компенсируя этим причиненный своей глупостью вред. Но с этим можно было смириться. Потом он понял, что делает это ради Поттера и возненавидел его. Рисковать жизнью, участвовать в сомнительных проектах Лорда было опасно и отвратительно, и все эти мучения - ради мальчишки. А затем он нашел в этом себя. Он успокаивал себя мыслью, что очередная грязь, в которой ему доводилось вываляться, оправдывалась тем фактом, что Поттер все еще жив. И будет жить, а для этого нужно быть рядом с Вольдемортом и подчиняться. Поттер стал его оправданием, и это оправдание работало. Он был готов идти на что угодно, лишь бы безмозглый, отчаянный, не боящийся смерти мальчишка жил, и это стало его мантрой. Поттер должен жить, и Поттер выжил, а Вольдеморт - нет. И все кончилось.

Снейп уронил руку на колено и опустил голову. Жизнь была пустой. Тогда их судьбы были связаны, хоть Гарри и не знал об этом, а сейчас все вернулось на свои места. И когда Поттер, покидая Хогвартс, пожимал руки преподавателям, Снейп с ужасом осознавал, что скоро настанет его очередь. Это прощание было окончательным и бесповоротным, отдавая тоской и горечью несбывшегося. Юношеская ладонь в его руке, подрагивающие пальцы, чуть более долгое, чем положено, прикосновение, и отчаянный взгляд зеленых глаз. А потом мир раскололся на миллион осколков и рухнул в одночасье.

Профессор усмехнулся. Воистину, все возвращается на круги своя, но иначе. В одну реку дважды не войти, и теперь он воочию в этом убедился, но сдаваться… сдаваться почему-то не собирался. Он слишком хорошо помнил, как приятно ощущалась тяжесть Поттера, когда он нес его на руках. Как голова юноши покоилась на его плече, а сам Гарри обнимал его за шею, тесно прижавшись. Это было слишком!

Вариантов развития дальнейших событий имелось всего два. Либо он отрицает собственные эмоции и выставляет парня, оставив у того самые скверные воспоминания о встрече с бывшим профессором, либо делает все, чтобы получить причитающееся себе. А именно - Гарри Поттера. И никакая Грейнджер ему не помешает. Черт! Грейнджер больше нет. Есть Гермиона Поттер, и ей придется убраться с его пути, потому что он собирается заполучить Гарри, чего бы ему это не стоило. И одной ночи или мимолетных отношений ему не нужно. Ему нужно все.

Гарри вышел из ванной, кутаясь в темно-синий махровый халат, и бросил на Снейпа неуверенный взгляд:

- Я скоро уйду. - На всякий случай сообщил он. - Еще раз спасибо, что не позволили мне валяться под дверью паба.

- И часто с Вами такое случается? - Сухо поинтересовался Снейп, не в силах избавиться от привычных саркастических интонаций.

- Не особенно. Работа не позволяет. - Признался Гарри. - Я могу присесть?

Он кивнул в сторону кресла и плотнее запахнул полы халата.

- Естественно. Если, конечно, Вам не доставляет удовольствия стоять у меня над душой.

Гарри сел в кресло и принялся внимательно разглядывать обстановку гостиной. Наконец он решился снова заговорить:

- Не подскажете, который сейчас час?

Ему было неловко под взглядом Снейпа, но тот, видимо, не собирался проявлять деликатность.

- Половина второго, Поттер.

- Черт! - Гарри подумал о Гермионе и снова представил ожидающуюся выволочку.

- Не беспокойтесь. Я послал сову Вашей жене. - Насмешливо сообщил Снейп.

- Спасибо.

- Тяжела участь подкаблучника? - Поинтересовался профессор. - Да, не ожидал, что Вы позволите кому-либо так с собой обращаться.

- Да что Вы понимаете?! - Взвился Гарри, резко выпрямляясь, но Снейп только скривился:

- Прекратите, Поттер. Ваш гонор успел достать меня за семь лет.

- Вы не имеете права судить о наших отношениях.

- Естественно.

Несколько минут они молчали, а потом Гарри поинтересовался, словно извиняясь за вспышку ярости:

- Как дела в Хогвартсе?

- Спросите у Дамблдора.

- Я говорил с ним пару недель назад по каминной сети…

- Вы полагаете, что за две недели здесь многое изменилось?

- Нет. - Признался юноша. - Я имел в виду, как…

Он хотел спросить, как дела у самого Снейпа, но не решился.

- Все по-прежнему Поттер. - Профессор словно понял сомнения Гарри, и ухмыльнулся. - Попытки сделать из идиотов мыслящих людей терпят крах, но со времени Вашего ухода здесь стало заметно тише. Никто не пытается сунуть нос в Тайную Комнату, никого не похищают, никто не бродит ночами в мантии-невидимке. Вы это хотели узнать?

- Да…

- Довольны?

- А Вы?

- Вполне. - Более резко, чем хотелось бы, ответил Снейп и снова замолчал.

Гарри поежился. В подземельях действительно было холодно. И как Снейп обитает здесь? Наверное, всему виной его врожденный аскетизм. Хотя, глядя на обустройство спальни, юноша не мог не признаться, что Снейпу не чуждо понятие удобства.

- Хотите чая? - Вопрос застал Гарри врасплох и он, не задумываясь, ответил:

- Если можно, то я предпочел бы чего-нибудь посущественнее…

И только потом прикусил язык. Но профессор лишь вскинул бровь:

- Вас дома не кормят, Поттер? - Поинтересовался он.

- Нет, сэр. Но, если Вы не в курсе, я вчера весь день провел в аврорате и мне некогда было перекусить.

- Несомненно. Все хотят внимания Героя, и ему некогда даже поесть, уступая просьбам неуемных просителей…

Гарри вздохнул. За прошедшее время Снейп так и не изменился. Разве что теперь он не сможет снять с него баллы за непочтительное обращение. Зато сможет выгнать, а этого Гарри не хотел.

- Что Вы сообщили в письме? - Спросил он, пока Снейп вызывал домовых эльфов и отдавал им приказания. К сожалению, Добби не появился, а Гарри так хотел снова увидеть его, но не сказал ни слова. Возможно потом, когда соберется с силами, он заглянет на кухню.

- В каком?

- В том, что отправили Герми…

- Не беспокойтесь. Я не стал сообщать, в каком жалком состоянии Вы у меня очутились.

- Но все же, хотелось бы поточнее…

- Я написал, что Вы находитесь в Хогвартсе по неотложному делу.

- И… как Вы подписались?

- Не будьте идиотом, Поттер! - Снейп резко встал и сделал шаг к креслу, занятому юношей. - Вы полагаете, что я стану подписываться от имени Дамблдора? Или, возможно, Хагрида? Или у Вашей жены ко мне проснулась более острая ненависть, чем была ранее? Возможно, ей передались худшие качества рода Поттеров, когда она принимала Вашу фамилию?

- Нет, сэр… - Пробормотал Гарри, а сам старательно отводил взгляд. Мерлин! Что подумает Гермиона? После всех их разговоров, она решит, что он помчался к Снейпу, выставил себя полным идиотом, и…

- В таком случае, отчего это беспокойство?

- Я должен был сам предупредить ее.

- Боюсь, Вы находились не в том состоянии, чтобы удержать перо, не говоря уж о связной речи.

Разговор прервался, но Снейп продолжал с прежним вниманием разглядывать Гарри.

- Вам хорошо бы привести себя в порядок. - Наконец сообщил он.

- Но я…

- Синяки, Поттер. Вы не можете явиться домой в подобном виде.

- Не впервой. - Глухо отозвался юноша.

- Вы так часто вытираете собой асфальт?

- Нет, профессор. - Гарри сам не заметил, что снова назвал Снейпа профессором, но это было так естественно, что даже не показалось странным. - Моя работа предполагает некоторые… повреждения.

Он чуть покраснел и сильнее закутался в халат, не позволяя Снейпу убедиться в своей правоте. Помимо явного фингала на скуле, на его плече, ребрах и бедре синели не менее живописные пятна.

- Однако мне не хотелось бы, чтобы Ваша жена интересовалась, что именно случилось в Хогвартсе, что заставило Вас столь самоотверженно пожертвовать собственным телом.

Гарри покраснел сильнее, но не ответил, а Снейп, скривившись, исчез за ближайшей дверью. Юноша услышал звук открываемой склянки, звон стекла, и через несколько минут снова мог лицезреть профессора, вернувшегося с баночкой, в которой бултыхалась жидкость красно-коричневого цвета.

- Что это? - Спросил он.

- Несомненно, Поттер, я не должен повторять Вам, что зелье, устраняющее синяки, вы проходили на втором курсе, но все же напомню: вы его завалили, как и многое другое. И если бы Вам пришлось его готовить самостоятельно, боюсь, Вы угробили бы себя или свою жертву.

- Простите, сэр… - Гарри опустил голову под пристальным взглядом Снейпа.

- И как таких олухов берут в авроры? - Скорее у себя, чем у Поттера спросил профессор. - Раздевайтесь.

- Раз… что?

Гарри поперхнулся и с ужасом посмотрел на Снейпа.

- Как Вы полагаете, мне следует наносить зелье поверх халата? Но у него нет синяков, Поттер, в отличие от Вас.

- Я… я в порядке. - Попытался возмутиться Гарри. - Только лицо поцарапал. И… плечо.

- С Вами все ясно. Повернитесь ко мне.

Гарри вздрогнул, стоило Снейпу приблизился, и приподнял голову, похолодев, когда сухие, чуть шершавые от зелий пальцы профессора коснулись его подбородка. Некоторое время Снейп разглядывал фингал, а потом обмакнул пальцы в зелье и принялся наносить прохладную жидкость на скулу Поттера. Гарри прикрыл глаза, стараясь не выдать волнение, но через мгновение вздрогнул:

- А Вы не можете осторожнее?

- Вы так уверены, что это заслужили?

- Мне больно.

- Как-нибудь переживете. Если у Вас хватило ума напиваться в стельку, за последствия придется отвечать.

Наконец Снейп отстранился и Гарри взметнул руку, прикасаясь к щеке. Боль почти не ощущалась и припухлость сошла, даже царапины почти не чувствовались.

- То зелье, что у Мадам Помфри, действует дольше. - Признал он.

- Не сомневаюсь. А теперь снимите халат.

Гарри помедлил и неохотно повел плечами, высвобождаясь из рукавов и открывая торс взгляду Снейпа. Тот обошел кресло, встал сбоку и, плеснув на ладонь немного зелья, принялся растирать его по плечу юноши. Гарри зажмурился. Ощущения от прикосновений были фантастическими, такими, какие и в самом приятном сне не приснятся. Теперь ему не было больно, только жарко, и ласковые поглаживания лишь усиливали это ощущение.

Ладонь Снейпа медленно переместилась выше, потом вперед, скользнув по ключице, и Гарри был готов поклясться, что эти прикосновения сведут его с ума. Все было бы хорошо, если бы движения руки Снейпа не были такими… интимными. Мерлин! Неужели, он это подумал? Но как еще можно назвать чувственную ласку, не предназначенную для того, чтобы втереть зелье, а, скорее, чтобы лишить последнего самообладания Гарри Поттера.

- Я уже в норме… - Хрипло пробормотал он, но Снейп не остановился:

- Мне лучше знать. - Сообщил профессор, и когда его пальцы задели чувствительный сосок, Гарри едва не застонал, жестоко прикусив губу. Мерлин! Он этого не переживет… Он умрет от наслаждения.

Юноша уже чувствовал возбуждение, и боялся посмотреть вниз, чтобы не увидеть, как топорщится халат между его ног. Господи, только бы Снейп этого не заметил. Пусть он смотрит куда угодно, только не туда.

А Северус продолжал ласкающими движениями разминать мышцы Гарри, не в силах прекратить это занятие. Гладкая кожа, такая шелковистая, горячая, не позволяла прервать прикосновения, а прикрытые глаза Гарри только распаляли воображение. Снейп не удержался и снова провел рукой по груди Гарри, почувствовав под ладонью твердый сосок, и юноша вздрогнул:

- Хватит. - Прошептал он. - Теперь я точно уверен, что синяков не останется. Дайте мне зелье.

Снейп убрал руку и Гарри наконец-то отважился открыть глаза. Он потянулся за склянкой и Снейп отдал ее, не возражая. Подхватив полы халата, удерживая в другой руке банку, Гарри вскочил с кресла и ринулся к ванной. Захлопнув за собой дверь, он перевел дыхание и посмотрел на себя в зеркало. Боже! Неужели, Снейп видел его таким? Раскрасневшиеся щеки, затуманенный взгляд и капелька пота на лбу, выдающая напряжение, с которым Гарри боролся.

Забыв о зелье, он поставил склянку на раковину и скинул халат, потянувшись к возбужденному члену. Несколько движений, и он безмолвно застонал, выгнувшись и выплескивая семя себе в ладонь. Снейп никогда не прикасался к нему так. Да за что же такое наказанье? Что же с ним происходит, если стоило профессору до него дотронуться, и он уже возбужден до крайней степени?

Часто дыша, юноша снова встретился взглядом с собственным отражением. По-прежнему шальной блеск в глазах, прикушенная губа и бисеринки пота на лбу. А на мраморе пола жемчужные капли, свидетельство его несдержанности… Гарри зажмурился, глубоко вздохнул и постарался успокоиться. Наверное, это и был его личный Ад - Северус Снейп в пределах досягаемости и невозможность прикоснуться к нему. Невозможность испытать все то же самое, но сильнее, гораздо сильнее…

Гарри открыл кран, взял губку и, намочив ее, стер следы "преступления", оставив мрамор по-прежнему чистым и незапятнанным. Успокоившись, он добрался до склянки, смазал синяк на бедре, вымыл руки и снова закутался в халат, чувствуя слабость и усталость.

Когда он вышел из ванной, Снейп безразлично пролистывал "Ежедневный Пророк", а на низком столике стоял обед и пара чашек с чаем. Гарри снова уселся в кресло и поставил банку с зельем на стол:

- Оно отлично действует. - Признал юноша, потянувшись дрожащей рукой за вилкой и со второй попытки насадив на нее ломтик бекона. Чай казался безвкусным, мясо - тоже, только соус, которым юноша изрядно сдобрил еду, был слишком острым. Его Гарри почувствовал и поперхнулся.

- Вы не собираетесь обедать? - Наконец спросил он.

- В отличие от Вас, Поттер, я успел это сделать значительно раньше. - Отозвался Снейп, но газету отложил.

- Так это - только из-за меня? - Удивился Гарри.

- Определитесь, наконец! Вы хотели пообедать - вот Ваш обед. Или Вы уже сомневаетесь?

- Нет, просто…

Гарри предпочел не договаривать. Все было слишком странно, чтобы выразить это словами. Сидеть в комнате Снейпа, наблюдать, как он просматривает газету и спокойно есть, как будто эта ситуация была самой естественной на свете. Словно, они уже много времени проводят именно так: Гарри в одном халате, устроившийся в кресле, и Снейп, из-под ресниц наблюдающий за ним. У юноши пропал аппетит. Еще некоторое время он ковырялся вилкой в тарелке, а потом сообщил:

- Мне пора… Я действительно не хотел Вас побеспокоить.

- Естественно. Вы были слишком пьяны, чтобы сделать это преднамеренно. Надеюсь, Вы не потеряли собственную одежду?

Когда Гарри оказался дома, там царила тишина. Гермионы не было, юноша сбросил пальто и сразу же прошел в сою комнату, где растянулся на кровати. Напряжение все еще не отпускало его, но как бороться с подобными эмоциями, Гарри не представлял. Ситуация казалась абсурдной. Снейп не выгнал его, не осмеял… Вернее, осмеял, но вполне привычно, так что это не вызывало желания убить его на месте. Зато было другое желание. Усесться ему на колени, пока тот невозмутимо пролистывает прессу, прижаться, и посмотреть, что сделает обычно хладнокровный зельевар. Гарри застонал. Он ведь почти справился с подобными мыслями, и достаточно давно. Так почему они снова посещают его?

Он не заметил, как вернулась Гермиона, только услышал шаги на лестнице и принял вертикальное положение. Выйдя в коридор, он столкнулся к ней нос к носу и не заметил привычного раздражения в ее взгляде:

- Что-то в Хогвартсе? - Озабоченно поинтересовалась она, едва завидев мужа.

- Так, мелочи. - Соврал Гарри. - Ты очень беспокоилась?

- Нет. Я знаю, что ты лоботряс, но способен о себе позаботиться.

На сердце у Гарри потеплело. Он приобнял Гермиону и вздохнул:

- Герми, кажется, моя жизнь в очередной раз катится к чертям…

Девушка насторожилась и, освободившись из объятия Гарри, серьезно посмотрела на Поттера:

- Ты виделся с ним?

- Да.

- И… что?

- Ничего. Прости, я не должен был об этом говорить…

- Гарри… Ну почему ты так себя мучаешь? В Хогвартс мог отправиться кто-нибудь другой!

- Так получилось.

Плечи Гермионы поникли и юноша протянул было руку, чтобы погладить девушку по плечу, но остановился.

- Я не хотел там оказаться. Я собирался домой, но…

- Я знаю. Я получила письмо от Снейпа.

- Он сказал, что предупредил тебя.

- Как Дамблдор?

- Нормально. - Снова покривил душой Гарри. Признаваться в том, что он даже не видел старика, не хотелось.

- Хорошо. Наверное, нужно наведаться туда на днях. Я тоже слишком давно не навещала его…

Они помолчали, а потом Гарри вдруг резко притянул ее к себе и крепко обнял:

- Герми, прости. Мне кажется, я только и создан для того, чтобы портить жизнь окружающим, но я не хочу, чтобы ты страдала.

- Перестань! Я вполне могу о себе позаботиться, и я отнюдь не мучаюсь, как ты можешь подумать. - Девушка опустила голову ему на плечо и вздохнула. - Просто мне больно видеть тебя в таком состоянии.

- И все-таки я виноват.

- Не так сильно, как ты думаешь.

Наконец Гарри выпустил девушку и улыбнулся:

- Ты куда-то ездила?

- К родителям. Они просили, чтобы я помогла им настроить антенну - телевизор стал барахлить. Знаешь, я ее просто заколдовала, и теперь у них больше полусотни каналов, причем совсем бесплатно. Кстати, они очень жалели, что ты не приехал вместе со мной…

- Как-нибудь в другой раз, хорошо?

Гермиона грустно улыбнулась:

- Когда еще будет этот другой раз?

- Может, на следующей неделе?

- Смотри у меня. - Погрозила она пальцем. - На следующей неделе мы поедем к ним вместе. Обещаешь?

- Обещаю.

Время тянулось слишком медленно. Гермиона обосновалась в библиотеке, подготавливая курсовую работу, а Гарри слонялся по своей комнате, в кои-то веки оставшись без дела. Возможно, именно потому, что никаких планов на выходные у него не предвиделось, он и решил вчера так напиться. Он вполне успел бы протрезветь, выспаться, и привести себя в надлежащее состояние, но теперь, когда приближался вечер, а он себя великолепно чувствовал и не нуждался в дополнительном отдыхе, юноша начал хандрить.

Не отдавая себе отчета в собственных действиях, он достал фотографии, разместился в кресле и принялся их пролистывать. Первый раз в жизни он пожалел, что не учился в Слизерине. На общей фотографии выпускного курса была только МакГонагалл со своими студентами, а вот у Слизеринцев на ее месте стоял Снейп. С равнодушным, чуть презрительным выражением лица, но на магической фотографии можно было видеть, как он высокомерно вскидывает бровь и усмехается. Гарри Поттер не мог видеть даже этого.

Сникнув, юноша отложил альбом и откинулся на спинку кресла. Впереди были целые сутки, и он не знал, чем займет их. Часы на стене тикали слишком громко, заставляя считать секунды, но текли они так неспешно, что Гарри ощутил ненависть ко времени за то, что оно не может бежать быстрее. Лучше бы этих выходных и вовсе не было…

Вернуться к реальности его заставили голоса внизу. Он никого не ждал и Гермиона, насколько Гарри было известно, тоже, поэтому юноша сорвался с места и, распахнув дверь, сбежал по лестнице, через минуту оказавшись в гостиной. И встретился взглядом со Снейпом. Рядом с профессором стояла Гермиона, несколько настороженная, но старающаяся выглядеть радушной.

- Профессор? - Внезапно охрипшим голосом поинтересовался Гарри, побелевшими пальцами вцепившись в перила.

- Поттер, Вы, как всегда, бестолковы. Как Вы полагаете, мне следовало оставить Ваш шарф на память? В таком случае, я не вижу на нем автографа.

Гарри опешил, но в глазах Снейпа читалась лишь насмешка и ничего больше. Ни ярости, ни презрения. И только теперь он перевел взгляд на предмет в руке профессора. Это действительно был его шарф. Гарри так стремился покинуть подземелья, что потеря шарфа оказалась незамеченной, но фраза, которой Снейп напомнил Поттеру о его рассеянности, заставила юношу покраснеть. Наверное, так можно было бы сформулировать фразу, если бы у них… если бы между ними что-то было, и теперь… О, Мерлин! Он снова запутался.

- Вы… могли бы прислать его совой. - Проговорил Гарри, придя в себя.

- Чтобы Вы снова его потеряли и обвинили меня в том, что я коллекционирую вещи Победителя Вольдеморта? - Снейп насмешливо поднял бровь и обернулся к Гермионе:

- Было очень приятно встретиться с Вами, мисс… Прошу прощения, миссис Поттер.

Фраза прозвучала достаточно холодно и в меру язвительно, но девушка нашла в себе силы улыбнуться:

- Я рада, что Вы заглянули к нам, профессор.

- Поверьте, по своей воле я вряд ли сделал бы это.

Снейп снова взглянул на Гарри и Гермиона предпочла ретироваться:

- Мне придется Вас оставить, завтра предварительный просмотр курсовой работы и я…

- Конечно, я не стану Вас задерживать. - Кивнул Снейп и снова перевел взгляд на Гарри.

Юноша медленно спустился вниз, оказавшись рядом с профессором. Он протянул руку, намереваясь забрать собственный шарф и боясь даже представить, о чем могла подумать Гермиона, но Снейп не спешил расставаться с предметом его одежды. Их пальцы соприкоснулись и Гарри снова задрожал, потонув в бездонных черных глазах, не в силах отвернуться. Профессор, казалось, выжидал, пока Гарри придет в себя, но когда это случилось, снова ошеломил юношу, перехватив его запястье и заставив выпустить шарф. Гарри подчинился и Снейп легко набросил шарф на плечи юноши, насмешливо наблюдая за тем, как меняется выражение лица Гарри.

- Вы могли не приходить… - Пробормотал юноша.

- Ну почему же. Это не столь обременительно, как Вы думаете.

Снейп поднял руку и коснулся щеки Гарри, заставив юношу испытать шок, за которым последовала жаркая волна предвкушения, распространившаяся по всему телу, но профессор только провел пальцем по скуле юноши и заметил:

- Вы перемазались в пыли, Поттер. Впрочем, я никогда не удивлялся Вашей способности извозиться во всякой гадости.

- Это Вы о зельях? - Не остался в долгу Гарри, удивляясь тому, что ему в голову вообще пришла какая-то мысль. - Придется Вас огорчить - большая часть взорванных котлов была все-таки на совести Невилла…

Он сражался с дрожью, но Снейп не торопился убирать руку. Сотря пятно, он провел пальцем чуть ниже и коснулся уголка губ Гарри:

- Вы плохо себя чувствуете?

- Нет… - Выдохнул юноша.

- Вы дрожите.

"О, Мерлин! Он издевается надо мной!" - Пронеслось в голове Гарри, но он нашел в себе силы отстраниться:

- Наверное, простудился.

- Вполне вероятно. С Вашими-то способностями попадать в неприятности.

Снейп опустил руку, а потом его губы скривились в усмешке:

- Что-то мне подсказывает, что мое присутствие не доставляет Вам удовольствия, поэтому…

- Нет! - Быстро ответил Гарри и запнулся.

Господи, ну что он говорит? Стоять здесь, напротив Снейпа и смотреть на него ТАК, это уже неприлично, не говоря уж о том, что он неоднозначно отреагировал на какое-то мимолетное прикосновение, но ведь профессор никогда не делал так. Он шарахался от Поттера, словно от чумного, а теперь…

А Снейп продолжал изучать Гарри пристальным взглядом, теряясь в догадках. Юноша был обеспокоен. Более того, подобный румянец профессор уже видел на его щеках, как раз тогда, когда наносил исцеляющее зелье. Значит ли это хоть что-нибудь? И Снейп решил рискнуть:

- Вы так торопились, Поттер, когда покидали Хогвартс… Мне показалось, что Вас должны ждать неотложные дела, а вместо этого Вы бездельничаете в собственном доме, и, как мне кажется, отнюдь не против моей компании, я прав?

- Дела оказались не такими важными, как я думал… - Пробормотал юноша и нервно сглотнул.

Снейп был слишком близко, а потом склонился еще ниже, так что между их губами осталось совсем небольшое расстояние, и поинтересовался:

- Или Вы так испугались меня? Я похож на человека, который испытывает непростительные проклятья на бывших студентах?

Гарри дернулся, но рука Снейпа уже легла на его плечо и юноша почувствовал, что его ноги подкашиваются.

- Отпустите меня… - Попросил он, хоть и знал, что может отступить сам, только сил на это не оставалось. Ладонь Снейпа жгла сквозь одежду и Гарри невольно облизнул губы, ощутив, что они вдруг пересохли.

- Разве я держу Вас? - Насмешливо поинтересовался профессор, а потом резко притянул Гарри к себе:

- Вот теперь можете просить меня выпустить Вас. Ну что же?

Юноша задохнулся, чувствуя, как их тела соприкоснулись, и потерял последнее преставление о месте и времени, в котором все это происходило. Он спит. Он совершенно точно спит, потому что на самом деле этого не может случиться. И даже если сейчас вернется Герми, ему будет все равно, потому что во сне можно все. Гарри высвободил руку и приобнял Снейпа, неотрывно глядя в его глаза, и лишь благодаря этому заметил мелькнувшее в них недоумение, но было уже поздно. Видимо, Снейп все решил для себя, потому что его усмешка стала хищной и Гарри покрылся потом от одной мысли, что это может означать - сила и власть, бушующая в этом человеке, не позволяла оставаться равнодушным.

- Что Вы сделаете, Поттер, если я решу Вас поцеловать? - Поинтересовался Снейп, прижав Гарри еще сильнее и коснувшись губами его уха.

- Ничего… - Пораженно ответил Гарри, зарываясь пальцами в волосы профессора.

Боже, как же было хорошо стоять так рядом с ним и ощущать близость, сильнее которой нет ничего на свете. Только страсть, которая закипала в крови.

- В таком случае, я оставлю Вас. - Усмехнулся Снейп и предпринял попытку высвободиться из объятий, но Гарри был уже не в том состоянии, чтобы отпустить его:

- Почему Вы снова издеваетесь надо мной? Вы узнали, да? И теперь решили отыграться?

- Узнал что, Поттер? - Настороженно поинтересовался профессор, но юноша только замотал головой:

- Нет. Ничего. Вы… Вы действительно поставили меня в глупое положение. Теперь Вы довольны?

- Не совсем. Только если Вы передумаете относительно своего ответа.

- О чем Вы? - Гарри недоумевающе воззрился на Снейпа. А тот лишь фыркнул:

- Вся беда в том, Поттер, что Вам лень напрягать собственные мозги. Голова всегда была Вашим слабым местом…

Гарри дернулся, но Снейп удержал его и юноша замер, чувствуя, как рука профессора спускается чуть ниже его талии.

- Зачем? - Выдохнул он.

- Я все еще жду, когда Вы передумаете. Мне повторить вопрос?

Гарри уже не понимал, о чем идет речь, но согласно кивнул. Ласковые поглаживания, лишавшие его воли к сопротивлению, были слишком сильной приманкой, чтобы отказаться от них. По крайней мере сейчас.

- Так что Вы сделаете, мистер Поттер, если я поцелую Вас?

- И какого ответа Вы ждете? - Собравшись с духом спросил Гарри.

- Полагаю, мне хотелось бы, чтобы Ваша реакция была далека от "ничего".

- То есть…

- Подумайте, Поттер. Если Вы еще на это способны.

- Хорошо. Если Вы меня поцелуете, я… я Вам отвечу…

Несколько секунд они смотрели друг на друга, а потом Снейп внезапно притянул Гарри к себе и юноша ощутил, как их губы соприкоснулись. Едва не постанывая, Гарри позволял целовать себя, пока не понял, что если разомкнет губы, будет только слаще, и когда язык Снейпа проник в его рот, ответил на ласку, жадно посасывая его язык, скользя губами по его губам, впитывая вкус поцелуя и невероятные ощущения, зарождающиеся в истосковавшемся по страсти теле.

Северус целовал припухшие губы юноши, не понимая, как был способен обходиться без их сладости, и не мог остановиться. Когда они оба начали задыхаться, он оторвался ото рта юноши и принялся покрывать поцелуями его лицо, спускаясь ниже, а Гарри запрокинул голову, часто дыша и подставляя шею под новые ласки, которые не заставили себя ждать. Снейп хотел владеть им, хотел стереть все воспоминания о том, что Гарри делил постель с кем-то еще, и запечатлеть свою власть на каждой клеточке его тела.

- Остановись… Пожалуйста… - Хриплый стон Гарри заставил его опомниться.

- Тебе не нравится?

- Нет… О, Мерлин! Мне… мне хорошо. Но…

Юноша вырвался из объятий Снейпа и с ужасом огляделся, словно ожидал внезапного появления Гермионы.

- Мы не можем…

В одно мгновение Снейп напрягся и на его лицо вернулось прежнее равнодушие:

- Естественно, как же я мог об этом забыть! - Презрительно поморщился он, сумев побороть отчаяние пополам с досадой на собственную глупость. - Великий Гарри Поттер не позволит себя скомпрометировать…

Профессор резко развернулся, чтобы направиться к двери, но его удержали. Гарри метнулся к нему прежде, чем Снейп успел сделать шаг и прижался к его спине, обхватив руками и уткнувшись лицом в шею:

- Нет! - Повторил он. - Просто…

Снейп чувствовал, как колотится сердце юноши, точно так же, как ощущал дрожь, волнами прокатывающуюся по собственному телу. Держать в руках Гарри и лишиться его, было слишком больно.

- Не здесь… - Тихо добавил юноша. Его ладони скользнули по груди Снейпа, и профессор перехватил запястья Поттера, прежде, чем тот успел опомниться:

- А твоя жена?

- Потом… Все потом.

Они аппарировали сразу же, но пока добрались до подземелий от опушки Запретного Леса, прошло достаточно времени, чтобы Гарри успел прийти в себя. Что он творит? Эта мысль не покидала его, и он не мог отделаться от ощущения, что все происходящее - глупая шутка. Издевательство, затеянное с целью в очередной раз унизить его. Но когда они оказались в покоях Снейпа, последние подозрения вылетели из его головы. Они целовались, словно это был последний поцелуй в жизни, и Гарри не протестовал, когда Снейп принялся раздевать его. Юноша и сам пытался освободить любовника от одежды, но ему это удавалось куда медленнее, потому что ласки, которые дарил ему Северус были слишком восхитительны, чтобы отвлекаться на что-то еще.

- Ты уверен? - Голос Снейпа был приглушенным, но Гарри расслышал слова и сильнее прижался к мужчине, не в силах ответить, и хоть таким образом давая понять, что согласен на все.

Частое дыхание срывалось с его губ и он не понимал, как еще стоит на ногах. Новый поцелуй заставил его забыть обо всем, отвечая на неспешные ласки Северуса, Гарри таял в его объятиях, подчиняясь сильным рукам, поглаживающим его обнаженную спину, вызывая волны удовольствия. Он приоткрыл рот, беззастенчиво впустив язык любовника, постанывая, отдаваясь желанию и не пытаясь с ним справиться. Ему казалось, что вкус этого поцелуя он запомнит навсегда, как и сладость запретных, но таких желанных прикосновений. Северус отстранился, позволив Гарри отдышаться, а тот растерянно смотрел на него, до сих пор не осознавая, что все происходит по-настоящему, и Снейп не удержался: он снова припал к его губам, лаская нежно, чувственно и неторопливо, прихватывая каждую, дразня языком, но не углубляя поцелуя, и Гарри не выдержал. Выгнувшись в руках любовника, он плотнее прижался к нему бедрами и застонал в голос.

- Возьми меня… - Прошептал он, едва смог вспомнить нужные слова. Юноша чувствовал, как краска заливает его лицо, и подался вперед, уткнувшись лбом в плечо Снейпа, услышав, как тот усмехнулся:

- Ты всегда так быстро запрыгиваешь в чужую постель, или для меня решил сделать исключение?

Гарри вздрогнул, но тут же снова застонал - слова Снейпа не имели ничего общего с его действиями, и если в его голосе слышалась явная издевка, то его руки продолжали ласкать тело юноши, и на этот раз Гарри почувствовал ладони мужчины на своих ягодицах, и даже ткань джинсов не могла препятствовать ощущениям. Снейп уверенно сжал упругие полушария, притягивая Гарри еще ближе, а потом его пальцы с нажимом провели по ткани джинсов между ягодицами и Гарри вскрикнул. Его член уже был болезненно напряжен, и юноша едва не кончил от одного этого недвусмысленного жеста, всхлипывая и пытаясь еще плотнее приникнуть к мужчине:

- Я… нет… я никогда… - Бормотал он, вцепляясь в плечи Северуса и с трудом подбирая слова. - У меня никого не было… Я ни разу…

- Замолчи. - Снейп отлично понял, что парень на грани и поразился силе его эмоций, несдерживаемых и бесконтрольно рвущихся на свободу. - Это я уже понял.

Мужчина подхватил Гарри, так что тому, чтобы удержаться, пришлось обвить талию Северуса ногами, и понес в спальню. Почувствовав под собой мягкую постель, Гарри потянул Снейпа на себя, и они упали на кровать.

- Ты не собираешься меня отпустить? - Насмешливо поинтересовался Снейп, глядя в глаза юноши, потемневшие и затуманенные страстью. Сняв с него очки, мужчина снова поцеловал Гарри, пока тот медленно развел ноги, но стоило юноше скользнуть рукой вниз, желая прикоснуться к собственной возбужденной плоти, чтобы хоть как-то заглушить опаляющий его жар, его запястья оказались перехвачены и заведены за голову:

- Тише, Гарри… Сейчас все будет…

Юноша беспомощно застонал, теряя остатки разума от одной этой фразы. Снейп никогда не называл его так, никогда в его голосе Гарри не слышал столько страсти и нежности одновременно.

- Пожалуйста… - Прошептал он, и услышал, как Северус усмехнулся, а потом почувствовал, как расстегивают его джинсы, снимают с него остатки одежды, и закрыл глаза, вцепившись пальцами в подушку. Прохладный воздух остужал разгоряченное тело, но привести его в чувства не мог: Гарри отлично представлял, как он должен смотреться - голый, возбужденный до неприличия всего лишь незначительными ласками, с торчащим членом, и снова застонал на этот раз от стыда и мысли о собственной порочности.

- Не смотри на меня… - Попросил он.

- Почему? - Голос Северуса был бархатистым, сводящим с ума своими многозначительными интонациями. - Мне нравится на тебя смотреть. Я не собираюсь заниматься с тобой любовью с закрытыми глазами…

Его слова могли бы показаться насмешкой, если бы не скрываемое желание, сквозившее в них. Гарри услышал шорох одежды и через минуту почувствовал, как Северус опустился рядом, прижавшись к юноше и скользнув ладонью по его животу. Он уже избавился от одежды и юноша судорожно вздохнул, чувствуя близость обнаженного тела.

- Посмотри на меня… - Попросил Снейп, обняв юношу и касаясь губами его плеча.

Гарри послушно открыл глаза и судорожно вздохнул, когда встретился взглядом с мужчиной. В черных глазах отражалась страсть и неутоленная жажда, перед которой Гарри не мог устоять. Он поднял руки и, обвив плечи Северуса, зарылся пальцами в его волосы, привлекая ближе. Их губы снова встретились и Гарри потонул в сладостных ощущениях, уже не сопротивляясь, когда руки Снейпа скользнули вдоль его тела, поглаживая бедра и живот. Только ощутив прикосновение к своему члену, юноша вздрогнул, но Снейп углубил поцелуй и юноше пришлось смириться, позволяя любовнику изучать свое тело, потому что протестовать сейчас, когда Снейп ласкал языком его рот, даря восхитительные ощущения, он не мог. Мог только постанывать и выгибаться навстречу рукам мужчины, исследующим его тело, касающимся в самых сокровенных местах, внизу живота, между бедер, пока Северус не подхватил ногу Гарри, забрасывая себе на бедро, и юноша напрягся, почувствовав прикосновение твердого члена любовника к своему животу.

Снейп прервал поцелуй, принявшись ласкать губами шею Гарри, прихватывая нежную кожу губами, слегка прикусывая и тут же дразня языком.

- Не надо… Ох.. Ты меня с ума сведешь… - Гарри извивался в его руках, пока не почувствовал жаркое дыхание на впадинке у горла, и вскрикнул, едва его самые сладкие мечты осуществились - Северус коснулся языком чувствительного места, скользнув ниже, прочертив влажную дорожку из поцелуев.

- Северус… - Голос уже не подчинялся ему, в сознании бушевала настоящая буря эмоций, и юноша сдался. Он повел бедрами, желая усилить контакт, откинул назад голову и вскрикнул:

- Возьми меня! Сейчас! Я не выдержу больше… Сделай же что-нибудь… Ох, Мерлин! Пожалуйста! О, да…

Он задохнулся, когда губы Снейпа сомкнулись на его соске, и в следующую секунду ощутил, как пальцы уверенно коснулись его члена, поглаживая и скользя вдоль его поверхности, вызывая самые восхитительные ощущения. Он никогда такого не испытывал. Никогда в жизни ему не было так хорошо, как в этот момент. Гарри хотел, чтобы Северус почувствовал то же, что и он сам, но не мог заставить себя остановить любовника, только касался руками его плеч, спины, чувствуя под кожей напряженные мышцы, и изнемогал от обрушившихся на него ласк.

Снейп медленно отстранился, и Гарри почувствовал, как пальцы коснулись его тесного входа, лаская плотное кольцо мышц. Закусив губу, он напрягся, ожидая боли, но ничего подобного не было. Только ласковые прикосновения, и насмешливый взгляд непроницаемо-черных глаз, под которым Гарри снова покраснел. Он знал, как это происходит между мужчинами, и теперь боялся, что не сможет справиться с болью и Снейп решит, что он настолько жалок, что даже в постели ни на что не годится, но Северус, вопреки его страхам, только осторожно поглаживал его вход, а потом чуть надавил, проникая внутрь медленно, прислушиваясь, как реагирует тело любовника на это вторжение.

- Все хорошо, Гарри… - Северус склонился к юноше, ласково поцеловал его в губы и Гарри поверил. Он прикрыл глаза, позволяя мужчине владеть своим телом, позволяя прикасаться так, как он хочет, и даже не заметил, как к первому пальцу добавился второй. Юноша непроизвольно задержал дыхание, когда почувствовал, как его осторожно подготавливают, растягивая, но неудобства он не испытывал, только желание, чтобы ощущения продлились, чтобы он наконец мог почувствовать внутри что-то более значительное, и едва слышно застонал.

Его тело непроизвольно отзывалось на эти прикосновения, и тогда Гарри подался вперед, насаживаясь на ласкающие его пальцы:

- Возьми меня… - Прошептал он. - Я не сдержусь… Я хочу, чтобы ты был внутри, когда… ох…

Он выгнулся, ощутив всплеск наслаждения, и протяжно застонал, сильнее вцепляясь в плечи Северуса, но тот уже отодвинулся и Гарри ощутил пустоту и неудовлетворенное желание, разгоревшееся еще сильнее.

- Еще… пожалуйста… - Попросил он, кусая губы, сквозь туман, застилающий сознание, услышав, как Снейп призвал смазку, а потом прохладные влажные пальцы снова коснулись его входа, однако Гарри уже было знакомо это ощущение. Он покорно расслабился, позволяя проникнуть внутрь, но на этот раз движение было резче и он снова вскрикнул.

Северус осторожно отвел ногу Гарри в сторону, едва справляясь с собственным желанием, видя распростертого под собой, изнемогающего от страсти юношу, и, еще немного помассировав его внутри, принялся наносить смазку на собственный член. Прерывисто дыша, Гарри наблюдал за его действиями, поражаясь, каким чудом ему еще удается сдерживаться, и когда через минуту Северус навис над ним, опираясь на локти, Гарри только кивнул, и чуть приподнял бедра.

- Не бойся, я буду очень осторожен… - Прошептал ему на ухо Северус, и юноша неуверенно положил руки ему на плечи, не притягивая, но и не отталкивая.

- Я знаю… - Хрипло ответил он. - Сделай это, пожалуйста… Сейчас… Я готов.

Снейп ласково поцеловал юношу, а потом Гарри почувствовал, как член Северуса прижался к его входу и начал медленно погружаться внутрь. Юноша прикусил губу, непроизвольно напрягаясь, и почти сразу же почувствовал, как умелые пальцы охватили его член, двигаясь вдоль него, изредка задевая чувствительную головку. Гарри застонал сквозь стиснутые зубы, но боль уже не ощущалась, только нарастающее желание, оттененное легким неудобством. Это было слишком хорошо. Это было… правильно, чувствовать Северуса так, уверенно входящего в него, слышать его прерывистое дыхание, видеть бисеринки пота на его лбу, и Гарри сильнее прижался к мужчине, одним движением заставив его погрузиться до конца. Резкая боль оказалась едва заметной по сравнению с блаженством, внезапно обрушившимся на него. От какой-то точки внутри оно распространилось по всему телу, яркая вспышка наслаждения заставила Гарри выгнуться, вжимаясь в бедра любовника, он вскрикнул, выплескиваясь на живот Северусу, забрызгав его пальцы молочно-белыми каплями, и рухнул на постель, задыхаясь от пережитого удовольствия.

- О, боже… - Пробормотал Гарри, продолжая обнимать мужчину. - Я… прости, я…

- Тихо, тихо, мой мальчик. - Северус прижал юношу к себе, а потом подался назад, но Гарри обхватил его бедра ногами и Снейп застонал, снова погрузившись в вожделенное тело.

- Я хочу, чтобы тебе было хорошо… - Шептал Гарри, обнимая любовника. - Пожалуйста, не оставляй меня…

Чувствовать заполненность внутри было так хорошо… Гарри ни за что не желал расставаться с этим ощущением, и медленно двинулся навстречу Северусу, сжав мышцы, плотнее охватывая его член и насладился отрывистым стоном, сорвавшимся с губ любовника.

- Еще… - Попросил он, уже зная, что прежнее возбуждение не исчезло бесследно. Наверное, его тело так истосковалось по любви, что теперь было готово отзываться на любое прикосновение. - Не останавливайся…

- Если тебе неприятно…

- О, Мерлин! Но я хочу!

Несколько мгновений они смотрели друг на друга, а потом Северус впился в его губы жадным поцелуем и Гарри ответил, переместив руки чуть ниже, поглаживая спину Снейпа и спускаясь к его ягодицам.

- Я заметил… - Криво усмехнулся Северус, когда поцелуй оборвался, и медленно провел пальцами вдоль начавшего снова подниматься члена Гарри.

А потом он стал медленно двигаться, и Гарри запрокинул голову, наслаждаясь ощущениями, чувствуя, как по телу разливается тепло желания. Он еще раз приподнял бедра и застонал, снова пережив всплеск наслаждения. Ладонь Северуса продолжала ласкать его член, и юноша постанывал, уловив ритм движений и последовав ему. Гарри чувствовал напряжение любовника, одна рука Северуса продолжала стискивать плечо юноши, и Гарри потерся о его пальцы щекой, прикрыв глаза, изнемогая от неторопливых движений внутри.

- Сильнее… - Наконец попросил он, а Северус словно ждал этого.

Он резко вышел из тесного отверстия, а потом снова подался вперед и Гарри вскрикнул от нахлынувших ощущений. Сжав бедра мужчины ногами, он ответил на это движение, но новый рывок снова заставил его закричать, не сдерживая эмоции.

- Еще… - Простонал он, и Снейп принялся двигаться яростно, входя до конца, с его губ срывались хриплые стоны и Гарри ловил их, скользя губами по губам любовника. Короткие поцелуи сменились продолжительным, и Гарри выгнулся, находясь на пике наслаждения, когда горячая влага выплеснулась у него внутри. Забившись, он кончил, и беспомощно рухнул на постель, чувствуя тяжесть тела Северуса. Тот прерывисто дышал, прижимая к себе юношу, а потом мягко поцеловал его в висок и отстранился, устраиваясь рядом. Гарри пристроился у него на плече и обнял мужчину непроизвольно закинув ногу ему на бедро:

- Я люблю тебя… - Прошептал он, уткнувшись ему в шею.

- Не валяй дурака. - Вопреки резкости сказанного, Снейп прижал юношу, зарываясь лицом в его волосы. Свободной рукой он потянулся за волшебной палочкой, пробормотал очистительное заклинание и снова обратил свое внимание на Гарри.

- Я очень сомневаюсь, что за два дня ты успел проникнуться какими бы то ни было чувствами.

- За два дня? - Гарри сонно улыбнулся. - Конечно, нет. За два года…

Северус напрягся и приподнялся, вглядываясь в лицо юноши.

- Ты всем своим любовникам рассказываешь такие сказки? - Насмешливо поинтересовался он.

- Северус… - Гарри вздохнул, понимая, что ляпнул глупость, но исправлять ее было поздно. - Я знаю, что безразличен тебе. Считай, что я ничего не говорил. Просто… Если ты захочешь, чтобы мы встретились…

- Идиот! - Снейп откинулся на покрывале, закрыв глаза. Он уже был готов возненавидеть Поттера за эту шутку. Как он мог польститься на мальчишку, который… Нет, в этом Северус не мог признаться даже самому себе. Он ведь сам затащил его в постель и был счастлив обладать им, а теперь удивляется, что ему это удалось с такой легкостью. Видимо, шляться по чужим постелям парню не в новинку. И он, Северус Снейп, для него - такое же мимолетное увлечение, но насмешек он прощать не собирался.

- Убирайся. - Отчетливо проговорил он.

Гарри выпрямился, ища, что бы накинуть на себя, но вся их одежда была разбросана по комнате и за ней было нужно подниматься.

- Ты выгоняешь меня? - Гарри похолодел и сердце болезненно кольнуло.

- У тебя всегда был заторможенный мыслительный процесс, Поттер. Да. Я тебя выгоняю.

Гарри закрыл лицо руками и проговорил:

- Если это из-за того, что я сказал… Пожалуйста! Я больше никогда этого не повторю. Разреши мне остаться.

- Зачем? Считаешь, в этом есть смысл? Тебя пол магического мира согласится трахнуть и без разговоров о любви, так что не стоит себя недооценивать.

Гарри опустил руки и в его глазах полыхнула ярость:

- Ты… Ты думаешь, что я полез к тебе в постель потому, что никого другого не подвернулось? Ублюдок!

Он сорвался с места, оседлав бедра Снейпа, и схватил его за плечи:

- Я говорил тебе, что у меня не было любовников! Это ты пришел в мой дом, и…

- И что, Поттер? - Мужчина перехватил руки Гарри, но тот уже не отдавал себе отчета в действиях. Все было так хорошо… Мерлин всемогущий, он был счастлив! Все это время, несколько часов с момента пробуждения он был счастлив до безумия, а теперь…

- Ты… чертов ублюдок!

- Повторяетесь, Поттер.

- Хочешь знать правду? Да у меня вообще никого не было! Ты трахнул девственника, доволен? Мне почти двадцать, и первым, с кем я оказался в постели, был чертов Упивающийся, который ненавидел меня на протяжении многих лет и решил отомстить таким образом! Можешь радоваться! Я и в самом деле чувствую себя полным дерьмом, но ты - не лучше.

- Ты себе льстишь, Поттер. - Снейп легко сбросил Гарри, но тот так и остался лежать на постели, не предпринимая никаких попыток к дальнейшим действиям. - После двух лет супружеской жизни из тебя сомнительный девственник. Может, Грейнджер некогда было думать о постели? Или она пообещала тебе первую брачную ночь, когда закончит университет, в виде бонуса?

- Заткнись! Не смей так о ней говорить!

- О, несомненно, Поттер. Теперь ты вспомнил о собственной жене. Что будет дальше? Начнешь мучаться укорами совести?

- Мне не за что испытывать муки совести. У нас с ней ничего нет и никогда не было. Это…

Гарри замолчал, а Снейп наоборот насторожился, подавшись к Гарри, и нахмурившись:

- Что ты несешь?

- Не веришь? - Гарри горько усмехнулся, но не отвел глаз. - Это был брак по расчету. Мы договорились, и сразу после Бала…

- Зачем?

Северус был окончательно сбит с толку.

- Мы… Я говорил ей о… своих чувствах к одному человеку, но не знал, что за колонной стоит Малфой. Этот чертов хорек… Он все узнал…

Гарри развернулся и уткнулся в подушку, заново переживая отчаяние, испытанное двумя годами раньше.

"- Герми, что мне делать?

- Нет, ты не понимаешь! Я не должен был…

- Забудь. Малфой просто пытался вывести тебя из равновесия.

- Мы не позволим ему.

- И что ты предлагаешь? Стереть ему память?

- Тогда что?!

- Нужно сделать так, чтобы никто ему не поверил.

- Скандала не будет, Гарри, если ты немедленно не объявишь о помолвке.

- С кем? Я не хочу связывать себя ни с одной из этих бестолковых девиц! Им нужен герой и победитель Вольдеморта, а я просто хочу жить. Я никогда не смогу полюбить свою жену. Это будет ад. Ты не понимаешь, что предлагаешь!

- Не ожидал от тебя подобной циничности…

- Это не циничность, Гарри. Я люблю тебя, и не позволю Малфою разрушить твою жизнь.

- Мы успеем.

- Мы?

- Ты хочешь сказать, что согласна угробить два года своей жизни ради того, чтобы спасти мою чертову репутацию?!

- Репутацию? Вовсе нет. Твое сердце, Гарри.

- Он подождет. Я ему ничего не обещала, и ему рано строить какие-либо планы.

- Но мы ему скажем?

- Естественно. Ему и… моим родителям. Хорошо? Больше никто не узнает правды."

- И ты…

- Мы. Мы объявили о помолвке в тот же день. Знало всего несколько человек: Рон и родители Гермионы. Ей пришлось тяжело и все из-за меня. Из-за моей глупости и бестолковой любви. Ты это хотел услышать? Я боялся, что твое имя всплывет в прессе, что ты окончательно возненавидишь меня, что я тебя потеряю окончательно и бесповоротно…

- Гарри…

- Не трогай меня!

Юноша закусил губу, но вместо того, чтобы отстраниться, вдруг прижался к Северусу, а мужчина обнял его, целуя спутанные волосы и нежно поглаживая спину.

- Прости… Я не знал. Я не мог поверить… Если бы ты сказал…

- Ты выгнал бы меня. Не знаю, почему сегодня тебе пришло в голову, что Гарри Поттер - удачный выбор. Не подумай, что я обвиняю тебя - кто я, чтобы лезть в твою жизнь…

- Гарри, я не стал бы…

Снейп замолчал, подбирая слова. Говорить такие вещи он не умел. Если бы приходилось когда-то раньше открывать свои чувства, он, несомненно, справился бы, но такого с ним не случалось.

- Гарри, я думал, ты любишь ее. Эти два чертовых года… Я даже не просматривал в газетах страницы светской жизни, чтобы в очередной раз не наткнуться на твою фотографию, где ты под руку с Грейнджер. Я не мог этого видеть. И сегодня не смог удержаться.

Юноша приподнял голову и Снейп заметил, что у него на ресницах блестят слезы:

- Так это была не случайность?

- Конечно нет, болван! Или ты думаешь, что мое любимое развлечение - затаскивать в постель бывших учеников? - Вопреки резкости слов, он ласково стер слезинку, уже прочертившую дорожку по щеке юноши, и поцеловал его в уголок губ.

- Я люблю тебя, глупый мальчишка.

Услышав это, Гарри прижался к Северусу еще теснее и крепко обнял его:

- И я могу остаться с тобой?

- Здесь?

- А почему нет?

- А твоя работа?

- Не думаю, что смогу еще долго находиться там. Меня ведь ничего не держит в аврорате. Да я никогда и не хотел по-настоящему быть аврором. Я… не люблю убивать и было ошибкой возвращаться в ту грязь, из которой я вылез после победы. Просто… Я надеялся оказаться подальше от тебя, занять свое время, чтобы не оставить ни свободной минутки. Наверное, некоторое время мне это даже удавалось. А теперь… Может, если я попрошу директора, он согласится принять меня… Ну, хоть первогодок учить летать на метлах.

- Забудь. - Северус ласково гладил Гарри по волосам и не мог поверить, что происходящее случилось с ним на самом деле. Все слишком невероятно, чтобы быть правдой. - Дамблдор с удовольствием отдаст тебе должность преподавателя ЗОТИ.

- А как же нынешний?

- Он уходит после окончания учебного года.

- А ты? Ты всегда хотел занять это место.

- Переживу. Не один год обхожусь без нее, к тому же у меня намечается интересное исследование…

Гарри хмыкнул.

- Мне кажется, ты никогда по-настоящему не хотел преподавать ЗОТИ. Я не представляю тебя без твоих зелий, отвратительных снадобий, котлов и склянок…

- Я тоже. - Минуту помедлив, отозвался Северус, а потом неуверенно добавил:

- Ты подашь на развод?

- Сегодня же.

Они немного помолчали, и Гарри наслаждался внезапным блаженством от близости любимого, от прикосновений к своим волосам, от легких поглаживаний, когда ладонь Снейпа скользила вдоль его спины, принося успокоение.

- Нет… - Наконец проговорил он. - Не сегодня. Завтра. Сегодня я останусь здесь, если ты не против…

- Совершенно не против. - Отозвался Северус и поцеловал Гарри прямо в улыбающиеся губы.