Семья для СС.
Часть 4.

Глава 11.

Северус изводил себя воспоминаниями. Но не думать он просто не мог. Такое. Сказать. Ребенку. В голове снова и снова всплывал разъяренный Гарри. Но сердце твердило: это не может быть он. А разум опять выдавал ужасающую картинку. Время от времени мужчине казалось, что он растворяется в безумии. Жестокие слова снова и снова. Джеймс не заслужил этого. Как Гарри мог. Возможно, следовало наорать на юношу там, в парке… Но это мало что изменило бы. В том состоянии он был не способен слушать. Да и Джеймс находился рядом большую часть времени. А наедине… Те короткие десять минут обсуждался совсем другой вопрос. И Северус понятия не имел, что же сейчас твориться в голове Гарри. Возможно, юноша окончательно решил расстаться. И из-за чего? Из-за выходки Джеймса. Да, безрассудный поступок. Да, следовало мальчика наказать. Но так? Возможно, Джеймс и сейчас не может уснуть, мечется в истерике.
Мысли совершенно беспорядочно метались от одного вопроса к другому. Да и еще этот пресловутый договор с Малфоем. Причем, Гарри давал Драко на что-то время. О чем могла идти речь? От чего можно было бы оттолкнуться? Драко спас Джеймса. Значит, Гарри теперь его должник. Так почему же Драко должен успеть что-то сделать за два часа? Ведь это Гарри должен Драко, а не наоборот. Что бы могло быть? Так… Драко должен открыть счет, куда ему переведут деньги? Нет. Глупо. Судя по словам Люциуса, финансовое состояние Поттера для него не секрет. Да и Драко вряд ли нужны деньги. Что еще?.. Быть может, у них оговорено место, где лежит что-то ценное. И на два часа Гарри снимал с этого места защиту, чтобы Драко мог забрать содержимое? Тоже не совсем логично. Если в этом месте несколько ценных вещей, то следовало проводить Малфоя лично. Хотя, это же Гарри. О чем тут думать? А вообще… Что может у Поттера быть такое, что не сможет позволить себе Малфой? Ни-че-го. К тому же, вид у Драко был совершенно непобедоносный. Ну, не выглядят так люди, выигравшие у извечного врага. Мысли неумолимо заходили в тупик.
А ближе к утру пришло чувство вины. За то, что Джеймс вообще пошел туда. И это ж нужно было до такого додуматься! В неполные десять лет. А, ведь, это вполне можно было предвидеть. Джеймс достаточно самостоятельный, не в меру любопытный и, разумеется, по-детски безрассудный. Как только этот ребенок более-менее отходил от очередного кошмара, он тут же становился «супергероем». По принципу: я могу все узнать и восстановить справедливость. Мальчику не давал покоя вопрос о… том, что было в газетах. Несколько раз он лазил во взрослый отдел библиотеки. Правда, тогда ему посчастливилось не попасться. И вот сейчас он вбил себе в голову, что необходимо отомстить за Северуса. Мерлин! Да, за что тут можно было мстить? За то, что Малфой рассказал правду? Северусу захотелось устроить мальчику грандиозную взбучку. Но, учитывая «воспитание» Гарри, подобные мысли исчезали. Зато снова всплывало чувство вины. Следовало предвидеть подобные вещи и поговорить с Джеймсом заранее. Чтобы тот никогда не делал подобных глупостей.
В общем, до самого утра Северус так и не заснул. Зато основательно решил поговорить с Джеймсом на счет необдуманных поступков. И с Гарри. По поводу воспитания сына, которое не должно превращаться в моральное уничтожение ребенка. А заодно по поводу их договора с Малфоем и излишней доверчивости. Но Северус сильно сомневался, что при разговоре на две последних темы добьется успеха.
В девять Северус заставил себя оторваться от депрессивных мыслей. Проторчав под душем минут двадцать, мужчина закапал в глаза капли от покраснения и выпил тонизирующего зелья, чтобы не клевать носом после обеда. Критически окинув себя довольно длительным взглядом в зеркале и не имея ни физических, ни моральных сил улыбнуться, Северус аппарировал к гостинице Гарри.
Для Снейпа – любого Снейпа – было странно стоять перед дверью и не решаться позвонить. Но Северус не мог заставить себя прикоснуться к небольшой кнопке маггловского звонка. Он не знал, прервет ли Гарри с ним отношения. К тому же тот вполне мог даже не захотеть толком поговорить. Что-нибудь вроде «я все же решил расстаться так будет лучше; прости». А мог вообще не пустить на порог. Хотя, мог ли так поступить гриффиндорец? Но в свете последних событий, Северус очень сомневался, что в Гарри остались истинно гриффиндорские качества. Плюнув на подобные рассуждения, он нажал на кнопку звонка.
Дверь открыл Блек. Мужчины замерли, старательно стирая с лиц маски отвращения и ненависти. В конце концов, Блек изволил заговорить. И это было самое странное приветствие в жизни Северуса. Блек сказал все одним тоном, как будто выдавая стандартную фразу: «Темнеет. Пора домой». Ровный размеренный тон.
-Заставишь моего крестника страдать хоть на секунду - придушу. Проходи.
Северус переступил порог. И зачем здесь вшивая псина? Чтобы Гарри было проще разрывать отношения? Вряд ли, вот уж это Гарри точно был способен сделать самостоятельно. К тому же Северуса впустили в квартиру. И проводили в комнату…
Снейп застыл на пороге, не в силе сделать и шага. Там, вместе с Джейми на полу сидел малыш лет трех. Темный маггловский комбинезончик довольно забавно смотрелся на пухлом тельце. Ручки пытались поймать игрушечного человечка, которого Джеймс дразнящее вертел перед носом малыша.
-Ну, Же-е-ейми! Отдай сеча-а-сжи-и-и, - капризно простонал мальчик, просто великолепно произнося слова, особенно если учесть, что некоторые только к трем годам начинают говорить.
-Неа, неа, неа, - Джеймс снова отдернул руку, вызвав недовольный вой.
-Ну, Жейми, рыцарь должен быть тут, - мальчик ткнул пухлым пальчиком по странному сооружению из конструктора, которое, вероятно, было крепостью.
-Так, парни, - в дверях, отстранив Северуса материализовался довольный Блек, - вы здороваться-то собираетесь?
-Мистер Снейп, здравствуйте! – Джеймс поднял голову от конструктора и улыбнулся. Северус кивнул.
-Джейми, не хочешь познакомить Рафи со своим, - Блек не смог удержаться от презрительного смешка, - другом.
-Запросто! – Джеймс поднялся и потянул с собой малыша, - мистер Снейп, это мой названный братик Рафи, - Северус непонимающе изогнул бровь, чтобы Джеймс снизошел до объяснения, - Это Рафаэль Блек, сын моего крестного. А значит, мой названный брат.
О, должно быть, лицо Северуса в этот момент было действительно неподражаемо. Блек, изображавший до этого относительное равнодушие, вылетел из комнаты, давясь диким хохотом.
-Что это с крестным? – непонимающе моргнул Джеймс.
Северус проигнорировал этот вопрос, изучая радостные ярко-синие глаза на детском личике. Вот, уж кому было совершенно все равно, что происходит вокруг. Но… это ребенок Блека! В его возрасте решиться завести ребенка. Это не была столь большая редкость, особенно в мире волшебников. Но после всех ранений, отравлений, после Азкабана. Ребенка нужно еще и воспитать. А… мать? Ответ на этот вопрос не заставил себя долго ждать. Из кухни, где резко оборвался гогот Блека донесся довольно приятный женский голос. Голос, который отчитывал своего мужа за безнравственно поведение. Северус решил воспользоваться этой задержкой.
-Джеймс, сколько ему лет?
-Я сам скажу! Ладно? Сам! Я уже знаю! – заныл малыш, дергая Джеймса за рукав.
-Говори, говори, - согласился Джеймс, закатывая глаза, - зануда маленькая.
-Мне ровно три года! – гордо выдал малыш и не забыл добавить, - А Лили сказала, что с тобой играть не будет.
Северус оттянул один уголок губ, изображая улыбку. Еще одна маленькая злюка. Но все оказалось не так уж и плохо. Положение, как ни странно, спас Блек. Точнее спасла.
-Рафи, а ты хотел бы играть с мистером Снейпом?
-Я – да. А он со мной?
Но вошедшая в комнату женщина только улыбнулась к сыну и повернулась к Северусу.
-Анна Блек, - и протянула руку.
-Очень приятно, - Северус коснулся губами тыльной стороны ладони. Женщина казалась… невесомой. Во многом похожа на мужа. Темнее волосы, голубые глаза. Но утонченные черты лица. И настолько тоненькая. Северус бросил короткий взгляд на Блека. Ему казалось, что тот должен был начать выдавать первые признаки ревности. Но, похоже, они оба повзрослели. Блек и не думал устраивать сцен, а у Северуса не возникло ни малейшего желания его достать.
-Надеюсь, вы не слишком обиделись на поведение Сириуса? – улыбнулась Анна.
-Нет, что вы. Я к этому давно привык.
-Даже так? Вы, случайно, знакомы с ним не по Хогвартсу? Просто мне хотелось выяснить одну вещь…
-Стоп! Стоп! – Блек шутливо зажал жене рот, - Милая, мы им мешаем. Пойдем?
Женщина согласно кивнула. Блек осторожно отнял руку от ее рта.
-Все равно я это выясню, дорогой мой Сириус, - выдала Анна, чмокнув мужа в щеку, - пойду выговорю Гарри. Неприлично же даже не поздороваться с гостем.
Северус проводил взглядом стройную фигурку. Он обнаружил еще одну схожесть с Блеком его жены. Даже во время шуток немного грустные глаза, как у людей, прошедших через боль. Северус решил, что не хочет знать ничего о ее прошлом. Проблем у него и так хватало. И одна из них сейчас крепко обнимала своего крестного, договариваясь о следующей встрече.
Северус понял, что начал завидовать Блеку. Он мечтал именно о такой семье, какую создал тот. Понимающая жена… в его случае, конечно, супруг. Милые шутки и игры. Всякая бессмыслица приятная сердцу. И еще он сам ни за что не смог вот так беззаботно подхватить Джеймса и начать кружиться по комнате. И дело было не только в привитых с детства манерах. Просто Северус не был уверен в себе настолько, чтобы позволить что-то подобное. Ему иногда даже не хотелось оставаться с Джеймсом наедине, казалось, что мальчику с ним будет скучно. Ну, в самом деле, что он мог предложить ребенку? Только науку о зельях – и все. По крайней мере, так ему постоянно казалось. Но каждый раз, оставаясь с мальчиком вдвоем, находились и темя для разговора, и шутки. Но неуверенность и… своего рода страх все равно оставались.
-Папа, папа! – заныл Раф, дергая Блека за подол мантии, - а я могу пригласить моего нового друга на праздник? Он хороший. И Жейми нравится. Ну, пожа-а-алйста-ааа!
-Конечно, можно, Раф. Это же твой праздник. Вот только говори «Джейми» правильно.
Замечание о правильности речи малыш проигнорировал полностью. Сразу же подбежал к Северусу и выдал заученное наизусть приглашение, не забыв добавить: «Ты придешь?». А он не знал, что ответить. Просто стоял и смотрел на Рафи сверху вниз, удивляясь, как же Блек решился завести ребенка. Ведь вероятность того, что ребенок окажется болен невероятно велика. Даже при вмешательстве врачей. Была же война. Азкабан, заклинания, яды.
И как этой крохе ответить? Сказать «не приду»? Начнутся новые вопросы и капризы. Но и идти он не собирался. И снова миссис Блек появилась в нужную минуту. Она отвлекла малыша вопросом про воздушные шары и забрала в прихожую, чтобы обуть.
Северус прошел в глубь комнаты и уставился в окно. В небольшой прихожей сейчас была давка. Семейство Блеков собиралось отчаливать. По этому поводу из кухни вышел Гарри. Трое взрослых и двое детей на два квадратных метра пространства. От окна был виден небольшой кусочек около двери, в котором постоянно возникали обнимающиеся и целующиеся родственники. Северус даже не сомневался, что Гарри их всех считает своей семьей. Их. Не его.
Возможно, именно поэтому он хмыкнул и, скорчив гримасу отвращения, снова отвернулся к окну. Вот почему, они, прощаясь, могут не только улыбнуться и пожать руку? Джеймс снова висит на крестном, как гирлянда на елке. А Гарри сжал в объятиях миссис Блек. С Северусом же и наедине прощание происходит более скромно. А уж если при посторонних. Быть может, действительно стоит прекратить эту дурацкую игру «пойми Поттера»? Это же невозможно. Только сейчас Северус отчетливо понял, что отсутствие рядом с Гарри Уизли-Грейнджер-Блеков вовсе не означает их отсутствия в жизни юноши. Сегодня он идет на день рождения Рафи Блека. Почти каждый день наведывается к Уизли. Туда же постоянно приезжают его школьные друзья. Северус грустно усмехнулся. А он-то так наивно полагал, что Гарри уделяет ему больше внимания, чем им. Бред полнейший! Может, он и рассказывает им те же тайны, спрашивает совета. В ушах загудело. Какой смысл оставаться здесь, пытаться что-то исправить? Гарри с ним хорошо, но не лучше чем с ними. Что он может дать любимому? Совет, молчаливое понимание, любовь… Все тоже могут дать и другие. Наверно… Кроме секса. Уголок губы пополз вверх. Даже секс они могут дать. Просто пока лишь немногие знают, что Гарри согласен и на мужа. Северус направился к двери, намереваясь уйти. Там все еще прощались родственники.
-И еще фееверки! – довольно заявил маленький Рафи Джеймсу, - их Флед и Жордж принесут.
-Раф, - Гарри наклонился к малышу, - если ты будешь говорить неправильно, то близнецы снова дадут тебе мыльных конфет, и ты будешь пускать пузыри.
-Нет, - недовольно буркнул тот.
-Тогда скажи «Фред и Джордж», - настаивал Гарри.
-Они не могут слышать! – заявил Рафи.
-Могут, могут, - встрял Джеймс, - скажи их имена правильно.
-Они нас не слышат, - уже менее уверенно сказал малыш.
-Могут, - настаивал Джеймс.
-Каждый раз, когда ты говоришь неправильно, - Анна присела около сына и надела на него темно-синюю панамку, - они слышат.
Блек фыркнул и решил принять участие в дискуссии.
-Милая, хватит забивать ребенку голову всякой ерундой. К тому же нам пора.
Обнимания и поцелуи начались по второму кругу. На этот раз Блек не выдержал.
-Эни, милая, нам ДЕЙСТВИТЕЛЬНО пора.
Блеки вышли за дверь, и Северус сделал было несколько шагов следом. Но тут слизеринская натура решила заткнуть приступ депрессии. В конце концов, раз уж пришел, следует поговорить.
Северус перевел взгляд на Гарри.
-Привет, - улыбнулся юноша.
Северус выгнул левую бровь. Можно подумать, последние пять минут он тут не стоял, слушая бессмысленную болтовню.
-Ну, здравствуй.
-Джеймс, на стол накроешь?
-Ага.
Едва мальчик скрылся за поворотом, Гарри сделал шаг и коснулся приоткрытыми губами плотно сжатых губ Северуса.
-Это следует расценивать, как факт моей дальнейшей пригодности?
Гарри нахмурился.
-Ты действительно считаешь, что я с тобой играю?
Снейп фыркнул. Тут же вспомнился язвительный тон хогвартских времен.
-Мы расстаемся сейчас же! Ах, прости, я передумал, зайди завтра утром.
Зеленые глаза опустились к полу. Северус сделал шаг вперед, крепко сжимая плечи юноши. И собирался стоять так, пока не получит ответов на все свои вопросы.
-Я не игрушка, Гарри.
-Я… - гриффиндорец поднял печальные глаза, - я хотел бы быть с тобой, но я не могу.
Столько сожаления. И безысходная тоска. Ну, что можно такое придумать, чтобы лишить себя радости?
-Почему?
-Завтрак подан! – донеслось с кухни, и Северус вынужден был отпустить Гарри. Не время. Сейчас - не время. Но этот дурацкий Поттер с его дурацкими, даже не гриффиндорскими выкрутасами… На завтрак была целая гора блинов и несколько видов начинок. Джеймс сразу же умудрился испачкаться вареньем и влезть в творог рукавом.
При этом, он непрерывно болтал:
-Это русский рецепт. Эни просто здорово знает всякие рецепты!
-Она профессиональный повар, - прокомментировал Гарри, - до замужества. Сейчас домохозяйка.
-А когда мы с папой делали такие сами, то они постоянно рвались и слипались в комки.
-И завтрак был выброшен. Поэтому Эни теперь контролирует любое мое начинание.
-Мистер Снейп, возьмите клубниченку, - Джеймс осторожно подцепил ягоду из варенья. Рука дрогнула, выбросив содержимое ложки на край блина, и мальчик под смех взрослых закатил ее в центр. Плохое настроение было забыто, особенно когда Джеймс начал время от времени вместо «мистер Снейп» вставлять «Северус».
Минут через двадцать Джеймс стоял около раковины и мыл посуду. Взрослые продолжали пить чай. Северусу это казалось… неприемлемым. Но спорить он не стал.
-А вы знаете, что Эни – маггла? – даже не оборачиваясь, сказал Джеймс.
Северус перевел вопросительный взгляд на Гарри. Тот согласно кивнул:
-Они познакомились давно, когда Сириус с отцом навещали мою маму в маггловском районе. Еще в школе.
-Они познакомились давным-давно, - похоже, из-за шума воды мальчик взрослых не слышал, - и она так полюбила крестного, что ждала пока он не вернется из тюрьмы. Джинни говорит, что это очень романтично.
Гарри поморщился:
-Полуправда для детей. Она ждала его пару месяцев, как приятного парня. Она же ничего вообще о нем не знала, - Гарри грустно хмыкнул, - она тогда понятия о волшебниках не имела. Уехал, так уехал. Вышла замуж, родила троих детей. А потом взрыв газа в квартире. С Сириусом они встретились случайно. Ни один из них возобновлять юношеский роман не хотел. Посидели, вспомнили прошлое. И как-то затянулись в разговор. Через месяц он рассказал ей о магах. Через год – свадьба. Через пять лет решились завести ребенка.
Северус этого знать совсем не хотел. Грудь заполнялась самыми различными чувствами, которые прежде были надежно запрятаны и не давали о себе знать. И откуда столько сентиментальности? Но на следующую реплику Джеймса он попросил сменить тему, уверив мальчика, что против магглов ничего не имеет, и на жене Блека жениться не собирается. Джеймс надулся и замолчал. Гарри продолжал пить чай, а Северус вслушивался в шум воды.
Эту сову он совсем не ждал. К тому же здесь, в квартире Гарри. Пометки срочно на конверте не стояло, стало быть, сова должна была долететь до поместья. Эльфы отпускали сов, отвязав послание или посылку. Но, чтобы так… Северус вообще решил сначала, что это для Гарри. Но едва юноша отвязал пергамент от лапы птицы, тут же протянул через стол. Джеймс принялся с интересом оглядываться, но не подходил, вспомнив приличия.
Слизеринец удивленно изучал Министерскую печать. Перевел взгляд на собственное имя в графе «получатель». Вздрогнул при виде надписи «Отправитель: отдел расследований». Что они на этот раз придумали? Пересмотр дел всех бывших Упивающихся? Вроде бы был закон об их дальнейшей неприкосновенности в связи с прошлым. Теперь понятно только как сова примчалась сюда. Вся министерская корреспонденция по умолчанию идет с пометкой «срочно».
Глубокий вдох, медленный выдох. Они не могут начать расследование сейчас. Тогда уж точно можно забыть о Гарри. Почему-то эта мысль прибавила уверенности в собственных силах.
Северус развернул пергамент. С середины документа строчки стали разбегаться. Смысл написанного был… был… Это что, шутка? Очень неудачно. Да, с каких, собственно, пор?.. Вот только добраться до шутника. Какой-нибудь Уизли… Два в одном. Магазин приколов в Хогсмиде. Нет, быть не может. У них мозгов хватило бы воздержаться от подобного. Но… тогда почему? Это же не может быть и правдой. Просто… потому что ложь!
-Позволишь? – Гарри потянул пергамент из опустившейся от потрясения руки.
Гарри пробежался взглядом по строкам.
-По-моему, это неплохо, - спокойно сказал юноша и как бы невзначай заметил, - Ты утренние газеты не читал?
-Что? – выдохнул Северус.
-Я принесу, - Джеймс вылетел в прихожую и через секунду протянул газету отцу.
До того, как Гарри ее развернул, Северус успел заметить на титульном листе портрет Люциуса Малфоя и подпись «Арест неуловимого Упивающегося».
-Вот. Читай, - Гарри протянул газету, указав один из абзацев.
«…К списку вышеперечисленных лиц обычно добавлялось и имя Снейпа. Многие из этого рода были замечены в пристрастиях к черной магии. Поэтому ни у кого не возникло сомнений в подлинности обвинений в адрес Северуса Снейпа, бывшего преподавателя Хогвартса. Сейчас, несмотря на позднее время, идет пересмотр его дела. Скорее всего, ранее выдвинутые обвинения будут сняты. А все дело в том, что в поместье Малфоев были найдены улики, указывающие, что Северус Снейп действовал не по собственной воли. Более подробные сведения по этому вопросу Министерство отказывается разглашать. Более десяти лет он обвинялся в том, чего не совершал…»
Извинения и соболезнования по поводу «ложности» обвинения не укладывались в голове. Гарри снова ловко подхватил выскользнувшую из рук газету.
-Мне почему-то кажется, что это очень даже хорошо, - с легкой улыбкой заметил юноша.
-Гарри… - Северус запнулся, уставившись на довольную физиономию Джеймса. Не при ребенке же разговаривать на столь серьезные темы!
-Сынок, ты подарок упаковал? – проследил взгляд Северуса Гарри.
-О, нет! – мальчик вылетел из кухни.
-И не забудь переодеться! – крикнул вдогонку Гарри.
Потом юноша развернул министерское письмо и зачитал вслух, вставляя совершенно нелепые комментарии.
«Многоуважаемый мистер Снейп!»
-Ты уже многоуважаемый, видишь, как все в жизни меняется? Раньше был… неважно.
«На данный момент Министерство получило неопровержимые улики Вашей непричастности к событиям…»
-Я не буду зачитывать всю эту бурду… так… «по статьям»… так… «подробная информация не разглашается в тайнах следствия»… опять не то… Уже интереснее.
«Теперь для Вас снято ограничение на занимаемые должности, наложенное постановлением суда номер 38 от 10 августа…»
-Это бред! – Северус выхватил пергамент из рук Гарри, - Это полнейший бред! Какие у них могут быть улики?
-Ну, - Гарри откинулся на спинку стула, отчего тот жалобно скрипнул, - например, полный набор артефактов для ритуала подчинения, включая твои волосы, куклу с твоим лицом, твою мантию…
-Гарри, это же полнейшая чушь! – Северус тряхнул пергаментом, - и этот обряд – чушь! Я всегда – слышишь? – ВСЕГДА…
На миг он замер. Совершенно безумная мысль. Не говорить правды. Пусть Гарри думает, что Северус действительно не виновен. Ведь, это же такой хороший способ удержать его. Гарри даже не сможет аргументировать свой отказ с помощью прошлого… вдруг он боялся брака именно из-за прошлого Северуса… нет! Никакой лжи. НИКАКОЙ ЛЖИ. -… выполнял их приказы добровольно. По крайней мере, до тех пор, как перешел на сторону Дамблдора. Но за последующие грехи меня никто никогда не судил.
Слова Северуса к концу предложения постепенно стихали. До него, наконец, в полной мере дошел смыл только что произнесенной Гарри речи. Ведь аврор в отпуске не мог производить обыск в доме арестованного. И как следствие не мог знать скрытой в целях следствия информации, если не выяснял это намеренно. Но, узнав все из утренней прессы времени связаться со следственной группой не было…
-Что?.. Что ты сказал про улики? Откуда…
-Считай это благодарностью Джеймса за свое спасение. Его поймали уже после того, как он подбросил твои волосы и поменял метами все остальное. Надеюсь, у тебя хватит ума не хвалить Джеймса за этот поступок. Я не знаю, что сделаю, повторись подобное еще раз, - Гарри поднялся и уже от двери бросил, - Теперь ты действительно можешь вернуться в Хогвартс. Ты же хотел быть с Джеймсом.
Северус не двигался и не шевелился. Его буквально разрывали чувства. Никогда еще он не испытывал такого. Круговорот мыслей. «Ты хотел быть с Джеймсом». Хогвартс. Но с Гарри ему хотелось быть намного больше. Сын – да. Но оставить ради этого любимого?.. Мысли… и чувства. Полнейшая неразбериха.
Бесконечная благодарность. Джеймс пошел на это ради него. Рисковал ради НЕГО. Мальчик подтвердил свою любовь. Он сделал то, что способен не каждый.
Гордость. Джеймс практически полностью осуществил свой план. Отомстил. Причем, нужно было обладать немалой сообразительностью, чтобы не только пробраться к Малфоям, но и верно разобраться с найденными вещами. Северус давно знал, что Люциус однажды раздобыл его мантию и изготовил фигурку. Малфой хотел управлять им. Вот только достать волос не смог. Точнее, смог, но это оказалось бесполезно. Волосы Северуса были пропитаны составом, не позволяющим с ними колдовать. Когда же Джеймс… Возможно, когда в последний раз Северус стригся после мытья… Тогда волосы не были обработаны… Джеймс как раз жил с ним… К тому же, наверняка тот не собирался имитировать именно этот ритуал, просто взял волосы Северуса на всякий случай. И откуда Джеймс столько знает про черную магию?
Гнев на мальчика. Нашел ради кого рисковать. И пошел к Малфою. Малфою!! К этому скоту, убийце… что б его… Джеймс, должно быть, понял, как Северус скучает по Хогвартсу. Да пропади пропадом эта школа, если пострадает мальчик!
Страх. Гарри упомянул Хогвартс с намеком, что им лучше расстаться? Дементор его задери. Неужели, нельзя разговаривать без этих дурацких двоякозначных оборотов? Либо «мы расстаемся», либо вообще не упоминать обстоятельств, при которых придется исключить встречи.
-Северус, ты уснул? – в дверях показался Гарри, - Идем.
-Куда?
-На день рождения Рафи.
-Издеваешься? – Северус раздраженно поднялся и спрятал министерское письмо в карман мантии, - Как ты представляешь меня на празднике ребенка?
-Вы не хотите идти, мистер Снейп? – около отца возник Джеймс с огромной подарочной коробкой.
О, Мерлин! Северус закрыл глаза, стараясь не сорваться. Слишком много всего сразу. И больше всего его раздражали чувства. И необходимость кому-то что-то объяснять и с кем-то общаться.
-Джеймс, - Северус посмотрел мальчику в глаза, стараясь быть более убедительным, - у меня нет подарка, к тому же я знаю малыша всего пару часов.
-Ну, Северус! – заныл Джеймс, скорчив жалостливую мину, - подарок необязателен, а знать Рафа вообще необязательно, ведь ты же знаешь нас!
-В самом, деле, Северус, - улыбнулся Гарри, - Это традиция. На праздник детей всегда приходят и взрослые. Не волнуйся, подарка от тебя не требуется, дети будут от нас отдельно, и носить цветной колпачок тебя не заставят. Пошли. Сириус уже, наверно, заждался.
-При чем здесь Блек?
-Мы договорились встретиться в коридоре, - улыбнулся Джеймс, - Крестный живет в соседней квартире. Не всегда, конечно. У них еще есть дом за городом. Но сегодня там идут приготовления к празднику.
-Так, давайте я на вас посмотрю, - Гарри сдвинул брови и задумчиво почесал подбородок, - Осталось только цветы для Эни взять.
Гарри скрылся в своей спальне. Северус вообще ничего не понимал.
-Слушай, Джеймс… день рождения только у сына Блека или еще и у его жены?
-Только у Рафи.
-Но тогда при чем здесь цветы для Эни?
Джеймс лучезарно улыбнулся.
-Но, ведь, такие как Раф рождаются редко. Не чаще, чем раз в год.
Северус улыбнулся в ответ. Хорошая традиция поздравлять родителей в день рождения ребенка. Он никогда о такой не слышал. И было что-то притягательное в том, чтобы почувствовать себя нормальным человеком. Не отшельником, не замкнувшимся в себе шпионом. К тому же… это жизнь Гарри. Нужно узнать юношу как можно лучше, чтобы понять, чего тот ждет от жизни. Прятаться от знакомых и друзей Поттеров – не выход. Северус протянул руку и взъерошил Джеймсу волосы. Тут же появилась неуверенность, что это, возможно, была ошибка. Но мальчик только широко улыбнулся, подняв на миг лицо, и спиной облокотился на Северуса, как на отца. Через мгновенье на пороге спальни возник Гарри с огромным букетом лилий и кивнул в сторону выхода.