Дожить до Рождества

Автор: Nyctalus
Бета: Галина
Рейтинг: PG-13
Категория: джен/пре-слэш
Дисклеймер: все роулинговское
Аннотация: помеха - для Вольдеморта, шахматные фигуры - для Дамблдора, шанс выжить - друг для друга.
Примечание: фик написан на Снарри-фест на челлендж "На Рождество Гарри загадывает желание", использована контрольная фраза: "Северус, судьба Гарри была предопределена…".

Слышу, в груди вечерней - солнце, как сердце, колотится
Даже в эти размеренные, сумрачные часы.
Вроде никто и не гонит, а так уходить не хочется,
Век бы сидел и слушал, как дождь за окном частит.
В. Савенков

Накрапывал мелкий и монотонный декабрьский дождь. Я брел по заброшенной грунтовой дороге, теряющейся в тумане. Шорох мелких камешков эхом вторил моим шагам - неуклюжим, неровным, осторожным.

Удивительно светлое небо и запах мокрой опавшей листвы. А по пути - пробивающиеся среди крупного гравия и плотной, слежавшейся глины зеленые травинки. И влажный, успокаивающий воздух, перемешанный с каплями дождя.

Дорога, на которой рано или поздно встретится уютная сельская гостиница с камином, не подключенным к сети, яблочным пирогом и горячим чаем, запахом хвои и корицы и приветливой хозяйкой, верящей в долг по случаю праздника.

Я загадал дожить до Рождества - и могу принимать подарки: рассеянный свет, приветливый дождь и бредущего рядом человека, так же, как и я, пытаюшегося ощутить рождественское утро сразу всем телом.

Три дня назад пропал Поттер. И Метка слабыми толчками давала о себе знать - пока лишь намекая, еще не требуя. Я метался по школе, теребил Дамблдора и пытался понять, есть ли у нас надежда, если "золотой мальчик" умрет.

- Северус, судьба Гарри была предопределена еще до рождения, но не пророчеством. Пророчество - это всего лишь хорошее оформление. Нам нужен был символ. И мы с Николасом создали его. Пришлось повозиться, конечно. Просто нам было нужно время - я давно сделал все, что мог. Наступит момент, когда Риддл потеряет свою силу. До тех пор - Поттера заменит Лонгботтом.

Голос Дамблдора был ровным, слова размеренно падали - это только стратегия, не более того.

Хотел бы я знать, что он говорит за глаза обо мне. Что я - ценная фигура в его игре, но и ферзя можно заменить пешкой? Сколько он даст за мою жизнь саму по себе - без ролей и позиций?

Позавчера меня вызвал Лорд. И вовсе не праздник поимки Поттера стал тому причиной. Лорд не любил быть должен, и долги следовало отдавать в старом году. Он задолжал мне - плату за отступничество. Пожалуй, это слишком много для того, чтобы выжить. Мне столько не нужно, мой Лорд!

- Не нужно, мой Лорд! - слова Поттера эхом вторили моим мыслям, а в глазах я видел отражение собственной жажды - он хотел жить не меньше, чем я. Любой ценой.

Перейти на другую сторону - это ведь и недорого. Я-то в курсе расценок.

"Проверка на преданность" - глупость. Я видел много раз: ничто не способно изменить решение Лорда, а уж оно принималось задолго до всяких проверок. Возврат - дороже перехода, я знаю. Сколько вы хотите, мой Лорд?

Проверка - фарс, но не сейчас. Сейчас, быть может, еще можно что-то сделать? Моя жизнь дороже любой цены, которую мне назовут. Потому что после смерти мне все равно не останется уже ничего. Так что - берите, не жалко!

А я, кажется, та цена, на которую согласен Поттер. Один из нас докажет, что лоялен к Лорду - уплатив жизнью другого. Не задумываясь - только дождавшись движения холеной руки Лорда. Вряд ли мальчишку можно упрекнуть. Просто победить, остальное не важно.

Подстегивающий холодный хохот Лорда и выжидающее молчание моих прежних соратников. Звериное пламя в глазах Поттера - и ярость, поднимающаяся от низа живота, напряжением переливающаяся в пальцы, сужающая внимание до одной-единственной фигуры передо мной, сжимающая зубы, оттачивающая движения, заставляющая забыть о боли - впрочем, забыть обо всем. Победивший - значит, живой…

И несколько часов спустя все такой же холодный хохот Лорда удаляется от двери камеры, в которой ненависть перекатывается из угла в угол: от меня - к Поттеру, от Поттера - ко мне.

Поттер пытается охладить водой обожженную, искалеченную руку -мне таки удалось швырнуть его в камин, он чудом успел опереться на локоть. Идиот! Кто так делает? Я пытаюсь показать ему, что ожог лучше зализать - костяное крошево, оставшееся от моих зубов по его милости, не позволяет мне говорить, кровь пробивается даже сквозь сомкнутые распухшие и непослушные губы.

Поттер указывает глазами на свой карман:

- Возьмите платок, сделайте тампон.

Батистовый платок с вышитой монограммой "GW" мгновенно пропитывается кровью, смешанной со слюной, но он прижмет разбитые десны, и, быть может, остановит кровотечение.

Поттер бесцельно смотрит в стену - раздробленные пальцы не слушаются его.

Я даже не могу метаться по этой крохотной камере, выстланной призрачно тонким слоем соломы, - со сломанной ногой особо не помечешься.

Но я хочу жить. И он - тоже. Любой ценой.

Вчера под вечер нас приходил проведать Лорд.

- Сегодня сочельник. Я загадал дожить до Нового года, - говорит Поттер минутой раньше.

- Завтра, - говорит Лорд. - Завтра и выясним, кому из вас благоволит Санта.

И я загадываю дожить хотя бы до Рождества.

А когда он уходит - я готов рыдать, готов придушить Поттера просто сейчас, если это хоть сколько-нибудь поможет: выходя, Лорд роняет палочку на солому. Раздавленную и вряд ли уже способную на нечто серьезное палочку Поттера. Что, спрашивается, я могу с ней сделать? Ни одному Упивающемуся Метка не дает прикасаться к палочке Лорда - или любой другой палочке с пером феникса, да и не выговорю я сейчас никакого заклинания.

Поттер замечает мой взгляд - и то же бессилие отражается на его лице. Его перебитые пальцы вряд ли удержат и спичку.

Поттер бросает что-то нецензурное, и слава Мерлину, что я не могу ему ответить. Он узнал бы много нового!

Через час Поттер подползает к палочке и тянет ее зубами к себе, пытаясь двигать головой, как рукой, и что-то шептать. Тщетно, разумеется.

Я вспоминаю первое заклинание, которому учила меня мама - мы зажигали свечи на рождественской елке, мама мягко держала мою руку, направляя ее движение, и шептала мне на ухо нужное слово.

Я придвигаюсь и забираю обжигающую ладонь палочку у Поттера - от боли мне бы пришлось сжать зубы, если б они у меня были. А так - я сжимаю платок маленькой Уизли.

Вкладываю палочку в разбитую ладонь Поттера и смыкаю его пальцы. Он шипит и вскрикивает - ничего, ему-то есть что сжимать! Подумаешь, поломанные косточки - переживет! Чувства Поттера интересуют меня сейчас в последнюю очередь. Но я вижу лазейку в заборе, щель, за которой проглядывает жизнь - и уж не Поттеру меня останавливать!

Он понимает, чего я хочу, и движется к двери - я следом, подпрыгивая на здоровой ноге.

Совместная "алохомора" выходит у нас всего с пятого раза, а следующую дверь мы открываем просто со второй попытки.

Дамблдор был прав, чтоб ему Минерва "круцио" доброго утра желала! - Лорд теряет силу, и, думаю, Лонгботтом так и не успеет побыть "надеждой магического мира" - я видел глаза Лорда, в них уже проглядывает усталость, граничащая с измождением.

Это важно? Пожалуй, уже - нет.

У нас есть старая, поросшая травой дорога, по которой мы шли полночи, опираясь друг на друга и глядя на прячущиеся в облачном небе рождественские звезды; гостиница у дороги, где я буду неумело разжигать камин маггловскими спичками, а Поттер - смеяться надо мной; яблочный пирог с корицей, доверенная мне рука с раздробленными пальцами и мое исполненное желание - мы дожили до Рождества.