БЕГЛЕЦ

Название: Беглец
Категория: слэш, ООС, АУ
Рейтинг: местами NC-17
Пейринг: СС/ГП, РЛ/СС
Жанр: юмор/стеб/пародия/поэзия
Дисклаймер: всё принадлежит Роулинг, за исключением того, что принадлежит Успенскому и классикам русской поэзии, от автора - только бред)
Саммари: Действие происходит после ГП-6 (когда этот текст и был написан), сразу после убийства Снейпом Дамблдора. Ввиду некоего спонтанного колдовства в экстремальных ситуациях, планы героев катастрофически рушатся, что не мешает, однако, счастливому окончанию истории.
Предупреждение: поклонники Вольдеморта и Тонкс могут остаться очень недовольны.

***

А Снейп бежал быстрее лани,
Как взнузданный горячий конь,
Бежал, сжимая в нервной длани
Младого Малфоя ладонь.

Остался замок за спиною
И озера зеркальный блеск,
Под бледнолицею луною
Пред ними встал Запретный Лес.
Скулит щенком несчастный Драко --
Он перепуган, он устал,
Но в глубине лесного мрака
Их ждет спасительный портал.
И Снейп решительно и жестко,
Как камикадзе в смертный бой,
Несется в чащу, и подростка
Чуть не волочит за собой.
Ужасных тварей вой загробный --
Вот-вот набросятся, сожрут!..
Но мы не будем здесь подробно
Писать про беглецов маршрут.
Их Ива не прибила насмерть,
Не забодал единорог,
Уже портал вблизи, на счастье,
(Весьма поношенный сапог).
Коснись его -- куда уж проще! --
Чтоб сразу в стан УпСов попасть,
Но тут выходит волк из рощи
И нагло разевает пасть.

«О нет!» -- и прямо в лапы зверю
Толкнул декана наш юнец,
А сам к порталу мчит. «Не верю! --
Подумал Снейп. -- Такой конец
И для меня, пожалуй, слишком,
С учетом всех грехов моих.
Ведь ради этого мальчишки
Я предал Дамблдора, псих…»
Вервольф обрадован добычей.
Но Снейп опомнился – и вот
Взлетает вверх с победным кличем
И быстрой ножкой в рожу бьет…
Не думай, о читатель милый,
Что Снейп давно владел кунг-фу:
Опасность наделяет силой
(И строчки просятся в строфу) --
Ведь не сдаваться же без боя?
Волк был слегка ошеломлен:
Обед на вид хорош собою,
Но не похоже, что силен…
Снейп чувствует: не все пропало!
Еще раз пнул и, трепеща,
Метнулся в сторону портала,
Но ухватил за край плаща
Его вервольф. Обидно, право.
Упал профессор на песок
И волк для трапезы кровавой
Его в кустарник поволок.
Не вырваться, не встать, ни шагу
Шагнуть…уж далеко портал…
Снейп раньше не был анимагом,
Но тут вдруг с перепугу стал.

Волк глянул – и завыл утробно,
Аж сок в желудке забродил:
Был человек, вполне съедобный, --
И вдруг какой-то крокодил!
В рептилии немного толку,
Коль к человечине привык…
Тут крокодил зубами щелкнул
И нагло показал язык.
В звериной шкуре думать туго,
Тут просто шкура дорога.
С большим трудом они друг друга
(Или, точнее, враг врага)
Признали.
-- Римус, это ты ли?
-- Как, Северус, ты – анимаг?!
Разинув рты, они застыли
И долго простояли так.
-- Поспорим, кто кого зубастей?
-- А смысл? Имею перевес
Я в скорости. Ведь тут, на счастье,
Не водоем, а дикий лес.

Волк прыгнул. С видимым усильем
Снейп отбивается хвостом.
Неловко в шкуре крокодильей
Скакать, когда к земле пластом
Придавлен весом своей туши,
Неповоротлив, как бревно.
Вервольф проворнее на суше,
Но и вервольфу все равно
Не победить. Уж больно грубый
И жесткий этот крокодил!
В попытках сгрызть врага все зубы
Наш Люпин чуть не повредил…

В конце концов, они устали.
Вервольф, скуля, пополз домой,
А Снейп, мечтая о портале,
Вернуть пытался облик свой --
Но только все безрезультатно.
Животным сделал его стресс
И страх. А как теперь обратный,
Скажите, запустить, процесс?
Он думал долго и упорно,
Но ничего решить не смог,
И, плача, (чисто рефлекторно)
Сжевал спасительный сапог…

Закончив сей печальный ужин,
Подумал Снейп: «Что за напасть?
Кому теперь такой я нужен?
Эх, хоть бы к озеру попасть --
Его спасительные воды
Омоют раны, как бальзам,
Я буду там дитя природы
И волю дать смогу слезам
Всяк раз, когда русалки нежной
Я откушу нежнейший хвост…
Забуду ль я о жизни прежней?
Смогу ль подняться в полный рост
С земли, чтоб отомстить… Кому же?
Ой… я немножко все забыл,
Немножко память, как… О ужас,
Я ж не верблюд! Я крокодил!
Я должен мыслями своими,
Как человек, повелевать,
Всю память сохранить, и имя
Свое нельзя мне забывать!
Меня зовут… Хотя неважно.
Никто, похоже, не зовет.
Лишь ветер, ласковый и влажный,
Мне сил немного придает…».

Так думал Снейп, и еле-еле
Полз наугад и напролом,
Меж сосен, лиственниц и елей,
Через кусты и бурелом.
И ветер бушевал над бором,
И с гор ручьи, и дождь с небес…
И в этот час ночным дозором
Профессор Хагрид вышел в лес.
Идет-бредет, ругаясь матом.
Тулуп, фонарь, и верный Клык.
А в бороде его косматой
Застрял несъеденный шашлык.
(В недобрый час он сел за ужин,
Как разнеслась лихая весть --
И ужин сразу стал не нужен).
Не мог уж Хагрид пить и есть,
Узнав о смерти Дамблдора,
Поклялся лично отомстить,
Поймать убийцу и с позором
К доске позорной пригвоздить.
Он бросился с Клыком по следу,
Но дождь смывает все следы --
Маршрут предателя неведом,
Напрасны муки и труды.
Уж битый час бродил по чаще,
Но все следов не находил.
Вдруг видит: в луже настоящий
Лежит и плачет крокодил!
«Ах, крокодилушко, голубчик!
И кто ж занес его сюды?
Возьму-ка я тебя на ручки
Да донесу-ка до воды…».

Взял Хагрид Снейпа. Дома в бочку
Пустил его и подлечил,
Любил, как сына или дочку,
Из рук есть рыбу приучил,
Но видит: крокодил в неволе
Тоскует. Сжалился до слез,
И, хоть разлукой недоволен,
На озеро его отнес.
«Тут хоть не Нил, но все ж приличный,
По местным меркам, водоем.
Чтоб плавалось тебе отлично --
Как там? -- Семь футов под килем!».

Вот мой профессор на свободе
(Хотя профессором его
Теперь назвать неловко вроде).
Короче, это существо
Не без проблем к воде озерной
На очень средней широте
Привыкло. Лишь тоскою черной
Сжималось сердце в темноте,
Когда в отчаянной надежде
Он выползал в прибрежный ил:
Кто он и где он? Кем был прежде?
Каким стеченьем высших сил
Или случайностей, быть может,
Он оказался здесь, на дне?
И почему так душу гложет
Вид башен замка при луне?
Расплата ждет его иль милость,
И все ль уже предрешено?..
Но тут к нему на нос садилась
Ночная птица, за бревно
Приняв, - и вновь инстинкт животный,
Глуша сознанье, выпирал:
Снейп цапал жертву и охотно,
Соля слезою, пожирал.

Так дни летели и недели,
На лето Хогвартс опустел,
Лишь Хагрид, как всегда, при деле -
Возделывает свой удел.
Тут приезжает Поттер -- силы
Набрать пред битвой роковой,
Почтить директора могилу
И дух настроить боевой.
Ну, Хагрид, ясно, рад парнишке:
С ним Дамблдора помянул,
При том хватил изрядно лишку
И между тыквами уснул.
У Гарри тоже все кружится
Перед глазами -- быть беде!
Решил мальчишка освежиться
В прохладной озера воде.
На берег вышел, прыгнул в лодку,
Гребет -- а в голове гудит…
Эх, кабы он не пил бы водку,
То оценил бы этот вид:
Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой!
А он, мятежный, со всей дури,
Пренебрегая красотой
(И безопасностью), ка-а-а-ак прыгнет!
Взметая ввысь фонтаны брызг.
То ручкой бьет, то ножкой дрыгнет.
А сам при этом пьяный вдрызг.

Нырнул. А хмель все не проходит.
В ушах звенит, в глазах темно,
А тут еще и ногу сводит --
Схватился Поттер за «бревно»,
Дрейфующее недалече…
Да, парню явно повезло:
Иной финал бы был у встречи,
Когда б профессор гриндилоу
Не переваривал в желудке --
Какой при этом аппетит?
Но, между тем, довольно жуткий
На парня глаз с бревна глядит.
«Ну, и допился» -- вздрогнул Гарри.
Сперва решил, что это глюк.
Но, приглядевшись к грозной твари,
Внезапный ощутил испуг.
Он был не трус, но тут, признаться, --
Без палочки, почти нагой,
С нарушенной координацией,
Да со сведенною ногой…

Пропала, в общем, вся отвага,
Когда «бревно» раскрыло пасть.
Нет, Гарик не был анимагом,
Но та же самая напасть,
Что Снейпа превратила в гада,
Сыграла шутку с пареньком --
Он стал животным. Путь до града
Бобруйска всякому знаком?
Вот так, весьма метафорично
Злой автор, наточив перо,
Свой интерес выводит личный
К героям мамы Дж. К. Ро.
Герои эти нас достали --
Но все равно фандом манит,
Покуда Роулинг все детали
Нам наконец не разъяснит.
А что потом? Пусть Снейп развенчан
В финале будет до конца,
Найдется все ж немало женщин,
Что оправдают подлеца…

Но что загадывать, подружки?
Вернемся к нашим… хм, к орлам.
Нет, не мышонком, не лягушкой
Стал Гарри Поттер, пьяный в хлам!
Глазами Северуса надо
Его сейчас воспринимать:
Снейп, даже в оболочке гада,
Вдруг вспомнил детство, вспомнил мать,
Игрушки старые из плюша --
И нежно вздрогнула душа.
Как трогательны эти уши!
Что за глаза у малыша!
Стал Гарри Поттер Чебурашкой.
Сидит у Снейпа на спине
И вспомнить силится, бедняжка,
Зачем готовился к войне…

А Снейп плывет. Он держит курс на
Уединенный островок.
«Зверек, возможно, очень вкусный,
Да мяса -- на один зубок,
Не хватит закусить на тризне
За упокой души его…
Нет, это весть из прошлой жизни,
В зверьке таится волшебство.
Нас с ним объединяло что-то…
Вагон катился голубой?
Иль с голубого вертолета
Мы как-то связаны судьбой?
Не помню… Думается туго --
Но был ли я таким всегда?
Довериться б ему, как другу --
Да, это друг, а не еда!».

Приплыли. Гарик громко плачет,
Не объясняя почему,
А Снейп на задних лапках скачет,
Лишь только б угодить ему:
Пойдет направо -- песнь заводит,
Налево -- сказку говорит…
Вдруг чует: сок в желудке бродит,
Не обострился бы гастрит.
Бросать детеныша негоже,
Взяв добровольно няньки роль,
Но это лучше будет все же,
Чем, потеряв самоконтроль,
Съесть Чебурашку, словно галку.
Нет, надо в озеро нырнуть,
Добыть там свежую русалку
Или еще кого-нибудь.

Соорудивши неумело
В кустах подобие норы,
Снейп отправляется на дело.
Его оставим до поры.
Опишем лучше этот остров:
Довольно тихий уголок,
Тестралов или соплохвостов
Здесь не заметит зоолОг,
Охотники за крупной дичью,
На острове поставив крест,
Давно уж в поисках добычи
Не посещали этих мест,
И даже ветреных влюбленных
Не манят здешние красы:
Тут много гусениц зеленых,
И лезут муравьи в трусы.

Но, коль заплыть сюда с востока,
То есть с обратной стороны,
Узришь: примятая осока,
На ветке сушатся штаны,
Над костерком дымок витает,
Вдали виднеется шалаш...
Что за турист здесь обитает?
А это, братцы, Люпин наш
Скрывается от Нимфадоры
С ее навязчивой мечтой,
От романтического вздора
И бабской болтовни пустой.
Весь день по острову ходил он,
Копал для удочек червей,
И, кстати, танец крокодила
Он наблюдал из-за ветвей...

Но что при этом думал Люпин --
Не знаем. Целых два часа
Он был нам как бы недоступен:
Мы засмотрелись в небеса --
Там неким фоновым узором
Шли кучевые облака
(И автор, к своему позору,
При этом задремал слегка)…

Но чу!.. Не ведая кошмара,
Снейп выползает на песок,
В зубах гигантского кальмара
Несет он маленький кусок
Зверьку на ужин. Но -- о, ужас! --
Нет Гарри. Снейп по всем кустам
Искал и даже, поднатужась,
Залезть пытался на платан,
Чтоб обозреть всю панораму --
Да только падал всякий раз,
Нелестно поминая маму --
Аж искры сыпались из глаз.
Он проклинал себя нещадно,
Что бросил крошку одного…
Вдруг зверь какой-то плотоядный
Как раз сейчас жует его?
Рисуя жуткие картины
В воображении своем,
Он пер сквозь заросли малины
Вглубь острова и напролом…
И, наконец, упал в бессилье
С немым страданием в глазах,
Причем глаза не в крокодильих,
А в человеческих слезах...

Ох, неспроста катились слезы:
Страх за другое существо
В нем произвел метаморфозу
И облик изменил его.
Он стал опять таким, как прежде.
Но тяготы и жизнь в воде
Сказались на его одежде
И на отросшей бороде.
Одежды там осталось малость --
Пожалуй, только башмаки.
Все остальное истрепалось
И развалилось на куски,
Когда, придя в себя немного,
Профессор на ноги привстал
И вспомнил темную дорогу,
Коварство Драко и портал…

В его мозгу воспоминанья,
Как электрический разряд,
Будили прежнее сознанье,
Но не выстраивались в ряд
Логический. Кругом провалы.
Он помнил назубок предмет
Что в Хогвартсе преподавал он
На протяженье многих лет,
Он мог сейчас любого зелья
Любой назвать ингредиент,
Он помнил ночи в подземелье
И то, что он -- двойной агент,
И то, что клятву дал Нарциссе,
И что ее, увы, сдержал,
Что Петтигрю, противной крысе,
Пора бы в бок вонзить кинжал,
Что Беллатрикс -- совсем не дура,
Что Игорь, в общем, парень свой…
Но вот какая-то фигура
Во всем должна быть ключевой…
Но кто? Кого он ненавидел
Всем сердцем? Или же любил?
В ком знак судьбы своей предвидел?
За кем следил?.. Забыл, дебил…

Но дивный образ Чебурашки
Томил и как звезда сиял -
Аж по спине ползли мурашки
(Видать, недаром Снейп стоял
На муравейнике). «Как странно, -
Он думал, -- что за существо?..»
Но мы, как принято в романах,
В минуту злую для него
Оставим Снейпа разбираться
В нюансах вновь возникших чувств,
Пройдем сквозь заросли акаций,
Шиповника минуем куст
И дальше, потайной тропою,
До шалаша на бережок.
Посмотрим, что же с перепою
Профессор Люпин там отжег.

Да, это Римус Чебурашку,
Лишь удалился крокодил,
Нашел ревущим средь ромашек
И в свою сумку посадил.
Нет, не узнал он в крошке Гарри --
Исследовательский интерес
Им двигал. О волшебных тварях
Он ведал все, но -- вот эксцесс! --
Сию неведому зверушку
Классифицировать не смог:
У эльфов не такие ушки
И не такая форма ног...
А если помесь с клобкопухом?
Или мутировавший гном?
Загадка… Но не падать духом!..
Гибрид шиншиллы со слоном?..

При этом здесь заметить надо,
Что Люпин бледен был как мел:
Он за свою робинзонаду
Ни разу досыта не ел,
И, если б интерес научный
Не оказался так силен,
Сварил бы он благополучно
Себе в тот день мясной бульон.
О, если б Роулинг чебурашку
Включила б хоть в одну из книг --
Что ждало бы тогда бедняжку?
Боюсь, недолгим был бы фик.

Принес в шалаш находку Римус.
Да, он опишет новый вид -
Amplitootus anonimus -
И мир научный удивит!
Он нечто наподобье клетки,
Свистя под нос, соорудил,
Сплетая ивовые ветки,
И вспоминал, как крокодил
Плясал в несвойственной манере.
Однако Римус позабыл,
Как с ним боролся в бытность зверем,
И кем сей аллигатор был,
Но догадался, что зеленый
Всплывет из вод наверняка
И, раз уж он такой смышленый,
Отправится искать зверька.
Для крокодила путь неблизкий,
Но надобно расставить сеть.
Взбодриться, что ли, огневиски?
Но чтоб не так, что окосеть…

А что же Гарри? Сидя в клетке,
Весьма похожей на манеж
Для неразумной мелкой детки,
Ел апельсины цвета беж.
Откуда, спросим, апельсинки?
Да их тут, братцы, до хрена
На днях созрело на осинке.
(Когда-то ведьмочка одна,
С родною матерью поспорив,
Заклятье наложила здесь).
Аллергик Люпин же, на горе,
Не мог сам апельсины есть,
Но для неведомой зверушки
Корзину полную нарвал,
И Гарик, растопырив ушки,
Весьма при этом ликовал.
А Римус в качестве приманки
Поставил с Чебурашкой клеть
И натянул вокруг полянки
Почти невидимую сеть,
И сам с заветною бутылью
Да с палочкой наперевес
Стал взглядом рожу крокодилью
Искать, обозревая лес.
Вот захрустели рядом сучья,
Споткнулся кто-то и упал --
Но не какой-то гад ползучий,
А целый Снейп в силок попал!
Да, был бы он не обнаженным --
Смерть встретил бы наверняка,
Авадой вражеской сраженный,
Но что-то дрогнула рука
У Люпина. При виде тела,
Открытого во всех местах,
Так овладеть им захотел он,
Вот прямо здесь, сейчас, в кустах…

Срывает он с себя рубашку
И усмехается в усы -
А Снейп глядит на Чебурашку.
Вот Люпин брюки снял, трусы,
И, огневиски выдыхая,
Над Снейпом голову склонил:
-- Отдашься так, без ступефая?
Иль я тебе совсем не мил?
-- Развратник! Трус неблагородный!
Когда бы палочка моя
Была б со мной, ты так свободно
Себя б не вел, уверен я.
Я смерти не боюсь и боли,
А уж тебя -- наверняка.
Но… отпусти меня на волю
Ты ради этого зверька!
Поверь, что в нем сокрыта тайна,
И что я повстречался с ним
Не просто так и не случайно,
Духовной жаждою томим…

О. Вам описывать ли надо,
Как был прелестен Снейпа взгляд,
Когда он жаркую тираду
Произносил? И сладкий яд
Очарованья только крепче
К нему Люпина привлекал --
Вот он целует шею, плечи,
Сосок, живот… Страстей накал
Все выше. Снейп уж не уверен,
Что Римус так ему не люб.
Лежит он, попросту потерян,
Прикосновеньем жарких губ
Введен в преддверие экстаза
(У Чебурашки на глазах)
«От одного, возможно, раза
Не будет криминала?.. ах!»…

-- Что ж, Римус. Сексом на опушке
Заняться можно, только чтоб
Уйти подальше от зверушки,
И я в позиции он-топ…
А Люпин сладко шепчет:
-- Что там
Стесняться? Это ж просто зверь.
И ты у нас типичный боттом --
Тебе понравится, поверь.

Ты пленник мой -- силок мой прочен,
Не разорвет его и тигр.
Не говори, что непорочен,
Что не знавал подобных игр
И что не радуешься встрече…
Чем дрыгать попусту ногой --
Закинь-ка их ко мне на плечи,
И расслабляйся, дорогой…

Но нет желанья, если честно,
У автора писать эн-це.
Гораздо боле интересно
Узнать, что будет там, в конце.
Перенесемся в чисто поле --
И видим: средь УпСовских морд
Ждать Поттера не в силах боле
Готовый к схватке Вольдеморт.
Согласно его плану, Гарри
Проведал кое-что вчера
И в героическом угаре
Был должен с самого утра
(Ну, в крайнем случае, к обеду)
Внезапно появиться тут…
Ужели все же он проведал,
Что тут его с засадой ждут?
Где был прокол? Немного толка
В помощниках. А Снейп-хитрец,
Увы, давно уж в пасти волка
Обрел безвременный конец…
Так думал Вольдеморт. Пытался
Проникнуть к Гарику в мозги --
Но, как при этом не старался,
Не смог там разобрать ни зги.

Зато внезапно ощутил он,
Что где-то Снейп, вполне живой…
Попробовал собраться с силой,
Но распрощался с головой:
Как это можно возродиться,
Восстать из волчьих нечистот?
Хоркрукс? Где мог он научиться?!.
Лорд вызвал Снейпа, только тот,
Отвязным Люпином плененный
(Двусмысленность уместна тут)
Лежал смятенный, распаленный,
И вырваться не мог из пут,
Хоть метка на руке зудела,
Не с прежней силой, но вполне
Чувствительно: зовут на дело.
А Люпин тут:
-- Отдайся мне,
О-о, какие ягодицы,
Не зажимайся, не балуй…
Ты должен, должен возбудиться…
Расслабься…
Жаркий поцелуй
И пальцы, что ползут нахально,
И упирающийся член…
Но рядом с битвой эпохальной
Все это - суета и тлен.
-- Ты, Люпин, пьян! Взгляни на метку
Мою! Сейчас Сам-Знаешь-Кто
Придет сюда!.. Спрячь лучше клетку,
Спаси зверька, и я за то,
Поверь, добром тебе отвечу!
А то ж не сносишь головы!
Но Люпин никакие речи
Не мог воспринимать, увы…

А Вольдеморт уж в раздраженье:
Пошто нейдет на зов агент?
Он Снейпа местоположенье
По метке вычислил в момент:
«Ах, дезертир! Да я те просто…
Да, чтоб те, суке, облысеть…» --
Лорд аппарирует на остров.
… Читатель не забыл про сеть,
Что по периметру поляны
Никем не снята до сих пор?
Как вышел Волдик из тумана --
Судьбы свершился приговор:
Запутался. Упав некстати,
Посеял палочку во мху…
И на чистейшем русском мате
Лорд выразил свою имху.

Снейп вздрогнул: «Люпин, стоп! О, ужас!
Тут тебе, знаешь, не кровать…
Мы не одни!» А тот, поглубже
Входя, лишь шепчет: «А плевать».

Лорд, разглядев получше это
Сплетенье рук, сплетенье ног
(Как сказано одним поэтом),
Весьма не в шутку занемог:
«Так вот в чем замысел их гнусный!
Все просчитали наперед.
Ловить по одному. Боюсь, но
За Снейпом будет мой черед.
Но я разрушу эти планы,
Что завещал им Дамблдор:
Звать в помощь остальных не стану,
Нехай им видеть мой позор…»

И Лорд, оставив все усилья
На тему вырваться из пут,
Решил готовиться к насилью,
Какому подвергают тут,
Свой дух настраивать морально
На предстоящий телу акт:
Чтоб и анально, и орально,
И так, и эдак, и вот так…
Уж распалился. Уж неймется.
Скорей бы, что ли, запихал…
А Люпин все не оторвется
От Снейпа, этакий нахал.

Да, прямо скажем, в этот вечер
Ужасно Римусу свезло.
Но и расплата недалече.
Развратника настигло зло
В лице гражданки Нимфадоры,
Что вдруг возникла меж осин.
За неименьем помидора
Она швыряет апельсин.
Да, эта прямо на поляну
Перенеслась, минуя сеть:
-- Ах, вот ты где? И снова пьяный.
Ну, надо ж этак окосеть!
Ты, извращенец, что устроил?
Какой-такой БДСМ?
Нет слов, как ты меня расстроил,
А я ж тебя любила, Рем…
Я помню сладкий час, когда мы
Внимали трелям соловья…
Да встань же! Пред тобою дама!
Слезай же ты с него, свинья!
Хоть посмотрю, кого ты трахал
С самозабвеньем петуха…
О нет!.. И с этим, что ли, прахом?!!
Избави Мерлин от греха! --
Вскричала Тонкс, узревши Лорда,
Что томно возлежал в кустах
С безносой эротичной мордой,
С тупой улыбкой на устах.
-- Ну, Римус, у тебя замашки!
Ужель и с этим кайф словил?
Да ты, - (увидев Чебурашку), -
Еще и педозоофил?!!

А Рем:
-- Ну, что ты разоралась?!!
Пришла, поставила синяк…
Мне оставалась только малость,
И Снейп практически обмяк --
Дала бы кончить нам хотя бы,
А там могла б повыступать!
Ну, что за дуры эти бабы?
Так впору импотентом стать!
А, Северус? Согласен, милый?
Испортила нам весь экстаз,
Тебе, я вижу, не хватило…
Ну, ладно, в следующий раз…

-- Ах, вот ты как?
И Тонкс, у Гарри
Корзину нагло отобрав,
Приблизилась вплотную к паре
И, молвив «Люпин, ты не прав»,
Как трахнула его корзиной
По забубенной голове! --
И тот упал, и апельсины
Рассыпались в сырой траве.
-- Еще покруче отметелю!
Не жди пощады! Но сперва, --
На Снейпа палочку нацелив,
Она произнесла, -- Ава…

Да. Вот еще бы «да Кедавра» --
Остался б только эпилог,
И пожинай, писатель, лавры! --
Да кто-то сбил девицу с ног…

Кто ж это был? Из чувства долга
Сейчас опишем мы вполне
Эмоции того, кто долго
Был как бы где-то в стороне,
Чьим мнением пренебрегали,
Воспринимали не всерьез…
Да, в виде Чебурашки Гарри
Мог разве что смешить до слез.
Какое брюшко! Что за ушки!
Ест апельсин -- вообще отпад!
Но в том, что стал почти игрушкой,
Был Поттер сам и виноват.
Пить вредно -- сказано не нами.
Факт никого не удивит:
Кто глушит водку стаканАми --
Теряет человечий вид.
И жесточайшее похмелье
В тот час крутило паренька,
Когда пред ним профессор зелий
Плясал на травке трепака,
По крокодильи неуклюжий,
Такой зеленый и большой --
Найти танцора трудно хуже,
Но видно, что плясал с душой…

И Гарик, хоть ревел с испугу,
В душе не смог не сохранить
Связавшую с зеленым другом
В тот миг невидимую нить,
И позже, когда Люпин в клетку
Его зачем-то посадил,
Он понял, КТО попался в сетку --
Конечно, это крокодил!
Пусть не такой уже зеленый
И совершенно без хвоста,
Но тот же самый взгляд влюбленный
И та же, в целом, красота…

Но смысл того, что дальше было,
Наивный Чебураший мозг
Был осознать едва ли в силах,
Но тушка плавилась, как воск.
Нет, это, видимо, не драка!
И, глядя на сплетенье тел,
Смутился Гарик и, однако,
Чего-то тоже захотел.
Вуайеристом поневоле
Став, не смотреть на них не мог --
И изнывал от сладкой боли
Там, где-то меж мохнатых ног.
Когда ж возник еще безносый
(Окрестность огласив имхой) --
То Гарик понял без вопросов,
Что это -- персонаж плохой.
Но все ж опасность исходила
От Тонкс, что вдруг явилась, и
Чуть не убила крокодила --
И, силки все собрав свои,
Метнулся Чебурашка в гневе
(Ведь крокодила жаль до слез!) --
Удар по оборзевшей деве
Уже, став Поттером, нанес.

И вспомнил все. Что Дамблдора
Убил вот этот «крокодил».
Так, может быть, он Нимфадору
Совсем напрасно осадил?

Но нет! Конечно, не напрасно!
Он САМ предателя убьет!
Сейчас… Но этот взгляд прекрасный,
Но эти бедра и живот,
Как хочется его погладить,
Обнять, поцеловать… О черт!
Уж если тут кого авадить --
Пусть это будет Вольдеморт!

Да, Снейпа не убить с размаху,
Коль Снейп при этом обнажен:
Как и Гренуй, что шел на плаху,
Раздетый Снейп -- вооружен.
Весь искушенье и загадка,
Он возбуждает и манит
(Хоть выглядит довольно гадко),
И привлекает, как магнит…

Но перед тем как в омут страсти
Бросаться (подождет кумир),
Решил наш Поттер от напасти
Избавить весь волшебный мир.
Сияя силой и отвагой,
Навис над Лордом паренек…

Нет, Волдик не был анимагом --
И с перепугу стать не смог,
Хоть превратился бы охотно
Хоть в мантикору, хоть в козла --
Да не нашлось среди животных
Аналогов по силе зла.
И вот тебе несчастный случай:
Был все ж мужик, хоть и дохляк
(Точнее, дохлик. Невмиручий) --
А стал старухой Шапокляк!
Со страху превратился в бабу,
Да плюс еще пробрал понос…
Одно лишь утешало слабо:
Что наконец-то вырос нос!
(И что за нос! Снейп нервно курит
В углу, от зависти дрожа
И от некачественной дури
Тихонько шифером шурша…
Да. Автор тут и сам, похоже,
Со Снейпом покурил траву --
С чего б еще такие рожи
Предстали, будто наяву?..
Наверное, пора к финалу
Не медля более в пути,
Гоня усталого Тестрала,
Скорей читателей везти! )

Уже взмахнув волшебной палкой
(Той, что подобрана во мху),
Пацан, при виде бабки жалкой
В жилетке рваной на меху,
В какой-то старомодной шляпке,
Опешил, аж пробрала дрожь:
Ведь в убиенье старой бабки
Геройства нету ни на грош!

Проблему не решить моментом:
Пришлось волочь ее в тюрьму,
Где, кстати, ни один дементор,
Не объясняя почему,
Не смог исполнить со старухой
Ей вынесенный приговор…
Что это -- редкостная пруха
Или немыслимый позор?
Не чаял Лорд такой обиды,
Во сне не снилось ему, что
Настанет день, когда либидо
Его не утолит никто.
И даже Питер, злая крыса,
Что вскоре в Азкабан попал,
Не откликался на Ларису
И на старуху не запал.

Что ж, вероятно, по заслугам
Злодей наказан, мир спасен,
А Гарик обзавелся другом
И чуть не в святцы занесен,
Народ, как водится, ликует,
Триумф в масштабах всей страны…
И лишь Люпин порой тоскует
Под оком бдительным жены.
Да, можно было б долго очень
Тянуть бодягу, как кино:
Дать описанье первой ночи,
Второй и третьей заодно,
Еще такой устроить праздник:
Сваять нехилую строфу
О том, как Люпин – вот проказник! --
У Снейпа ночевал в шкафу,
Таскать из классики цитаты,
Сюжет про Малфоя развить,
И описать массаж простаты,
И Дамблдора оживить
(И Сириуса уж до кучи),
Ввести по ходу Мэри-Сью –
Да Ивою прибить Дракучей,
Чтоб не внесла раздор в семью,
И над какой-то страшной тайной,
Слегка завесу приподнять –
Так, Гарик вызнает случайно,
Что Вольдеморт ему не мать,
А только бабушка немножко,
Пусть в наркотическом бреду
Нам Снейп сыграет на гармошке
У всех прохожих на виду…

Но нет! Закончим этот хаос
Простым финальным волшебством:
Пришел к героям Санта-Клаус
И всех поздравил с Рождеством,
И каждому досталось щасте,
И даже автору чуть-чуть,
Ибо закончен сей ужастик
И Муза может отдохнуть.