А?

Название: А?
Автор: Hate_U
Категория: слэш
Рейтинг: R
Пейринг: HP/SS
Жанр: затрудняюсь, если честно. Наверное, романc и немного юмора
Дисклеймер: все – госпоже ДжКР
Саммари: мини-снаррик о курице, логических умозаключениях и неосознанном :) POV Снейпа.
Сиквел к фику “Чашка”
Размещение: с разрешения автора

Фик написан до выхода книги Дж. К. Роулинг «Гарри Поттер и дары Смерти».

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Только вылезаю на свет божий из подвала и сажусь за чашкой чая почитать журнал, как раздается звонок в дверь, резкий и прерывистый. Тяжело вздыхая, сую ноги в тапки и иду открывать. Поттер, как всегда, вихрем проносится мимо меня на кухню, бросает сумку на пол и принимается греметь посудой. Я следую за ним, встаю в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку, и с любопытством наблюдаю за его возней. Мне интересно, когда же он, наконец, обратит свое внимание на сковороду с жареной курицей, стоящую прямо на середине плиты. Роется в холодильнике, настенном шкафу, зачем-то заглядывает под стол и на подоконник. Нет, он безнадежен – никогда не видит того, что у него под носом. И я не имею в виду эту чертову еду. Фыркнув, опускаюсь на стул и открываю “Вестник зельевара”. Одним глазом пытаюсь прочитать что-то, другим – слежу за ним. К моему величайшему разочарованию, Поттер, в конце концов, обнаруживает искомое, с ликующим воплем подпрыгивает и садится на стол, выуживает из посудины куриную ножку и жадно вгрызается в нее зубами. На лице блаженство, ноги болтаются туда-сюда, а по тонким пальцам течет сок и жирными каплями падает на пол. Впечатление такое, что их там, в аврорате, не кормят.

– Вас там, в аврорате, что, голодом морят? Вечно приходишь и сжираешь мой ужин... – пропускает мою реплику мимо ушей и, облизываясь, швыряет обглоданную кость в мусорное ведро. Промазал. Ха. Я надеюсь, он прочитал неодобрение в моем взгляде. Сомнительно. Достает еще кусок, но теперь ест уже неспешно, смакует. Глядя на него, и мне хочется чего-нибудь пожевать. Кажется, где-то в шкафчике над раковиной были бисквиты.

– Поттер, подай бисквиты. Там, в шкафу, – в ответ он демонстрирует мне свои руки, как бы говоря, что они у него грязные. Оно и не удивительно – ест как свинья. Ладно, обойдусь. Возвращаюсь к крайне скучной и уж точно не могущей соперничать с Поттером за мое внимание статье. Так, что тут у нас? Новые свойства корня солодки, применение когтей дракона в изготовлении антиспазматических зелий...

– Снейп, – говорит он, не переставая обгладывать кость, – я развожусь...

Он разводится.

– Что скажешь? – глазищи пытливо смотрят прямо на меня. Притворяться, что увлечен чтением, больше не имеет смысла.

– Почему я должен что-то говорить? Это твое личное дело, Поттер... – я действительно так думаю. Кажется.

– Это так по-снейповски... – не отрывая от меня взгляда, обсасывает пальцы с громкими чмокающими звуками. Я согласно киваю головой. Да, это по-моему. – И все же? – с глухим стуком вторая кость разделяет участь первой. Пускает воду из крана и начинает мыть руки и лицо. Брызги аж до меня долетают, а расстояние между нами, между прочим, около пяти футов. Смотрю в его худую спину, обтянутую светло-коричневой рубашкой с короткими рукавами и уверенно повторяю:

– Повторяю: мне нет никакого дела до твоей личной жизни. – Именно. Все, что я знаю о нем, происходит здесь, в этих стенах. Немного, но я не требую большего.

– Ему нет никакого дела... – фыркает он, поворачиваясь ко мне и утираясь рукавом. – А до того, что я твою курицу ем, есть?

– До курицы есть, потому что она моя... – э-э-э... До меня доходит, что я только что сказал, и я замираю в надежде, что Поттер ничего не понял. Зря. Сузил гляделки и смотрит нахально, вроде как говорит – я тебя раскусил.

– Курица твоя – и до нее тебе есть дело, да? – вкрадчиво начинает он, раздувая ноздри. Губы блестят от жира – даже умыться как следует не может. – А я не твой – и до меня тебе дела нет... – и когда этот паршивец научился делать логические выкладки? – А если стану твоим, то будет дело, да?

Считаю за лучшее промолчать. Не многозначительно, а просто промолчать, потому что сказать мне, как это ни странно, абсолютно нечего.

Невозмутимо встаю и, одарив его отсутствующим взглядом, иду в гостиную. Следует за мной по пятам, как обычно, и старается дышать в затылок, да только это ему никогда не удается – он на полголовы меня ниже. И, как обычно, усаживаемся на диван перед телевизором.

– Ну так что? – крутит в руке пульт, но использовать его, похоже, не собирается.

– Что “что”? – поворачиваю голову к нему. О, нет. Я знаю этот взгляд – “не отстану, пока не сдашься на мою милость” называется. Чудесно. Возможность провести тихий вечер у голубого экрана накрылась медным тазом. – Я все сказал. И вообще, иди причешись – у тебя на голове воронье гнездо. – Да привык я уже к его прическе, привык. Но почему бы лишний раз не подразнить его?

– Снейп, – угрожающе тихим тоном, – я серьезно... – чем тише он говорит, тем более значим для него разговор. Похоже, это надолго. Вздыхаю.

– Что случилось? Сразу выпьешь яду или...?

– Не, давай вина, – вновь легкомысленно перебивает он меня, – сегодня мне надо расслабиться. – Вина ему, видите ли. Что ж, у меня вроде где-то завалялась бутылочка красного – подарок от благодарного студента. Не самый лучший сорт, но для Поттера сгодится. Он едва различает вина по цвету, что там говорить о вкусовых характеристиках. Сам я предпочитаю бренди, но сегодня, похоже, нужно сделать исключение. Плещу и себе немного, затем подаю ему стакан с рубиновым напитком.

Он зачем-то разглядывает его на свет от лампы – изображает из себя рафинированного знатока вин или что? – и говорит:

– Слушай, зажги камин, а?

Мерлин, сегодня, что, День капризов или конкурс “Ублажи Поттера на все сто”?

– Какой камин, имей совесть – на дворе июль жарит. – Горестно вздыхает и смотрит на меня глазами побитой собаки. Я невольно проникаюсь мыслью, что Блэк имел самое прямое отношение к происхождению этого паршивца на свет.

– Ну пожалуйста, мне хочется уюта... – уюта ему. А я, что, не уютный, что ли? Со скрипом тянусь за палочкой:

– Инсендио! – за решеткой вспыхивает яркое пламя. По полутемной комнате мгновенно начинают плясать причудливые тени. – Ну, доволен? Надеюсь, это все на сегодня?

Он кивает и делает большой глоток. Затем призывно хлопает ладонью по дивану рядом с собой. Это что за фамильярности?

– Сядь ближе, не хочу кричать... Поговорим, ладно? – примирительно улыбается он, и мне не остается ничего другого, как уступить просьбе. Обычно я стараюсь держаться на расстоянии, но раз у человека жизненная трагедия...

– Ну, – ворчу я, – так что стряслось? Или ты мне снова будешь полночи мозг полоскать, как в тот раз? – месяца два назад он сказал, что его выперли с работы, а потом оказалось, что всего лишь вынесли предупреждение о неподобающем поведении. Не знаю, что он там делал: палочкой в носу ковырял или что, факт остается фактом – я не спал до четырех утра, слушая его нытьё, и вынужден был давать лекции в университете в полусомнамбулическом состоянии. Поттер тот еще манипулятор. Но сегодня у него этот номер не пройдет.

– Ну... – он поджимает губы как старушка-зеленщица, что держит киоск за углом. Забавный этот Поттер, честно. – Джинни... – я морщусь – не люблю, когда он называет ее по имени. Но он-то этого не знает, поэтому продолжает: – Джинни... Она сказала, что я плохой муж и, в общем, ей кажется, что у меня кто-то появился... – смотрит на меня непонятным взглядом и снова делает большой глоток. Мда.

Молчим. Долго так молчим. И вино уже кончилось, и поленья едва тлеют. Про мысли в моей голове я вообще не упоминаю. Наконец:

– Поттер, – голос звучит как-то глухо, – ты чего ко мне ходишь-то?

Он поворачивается, улыбается и говорит прямо в глаза:

– Снейп, ты идиот, – я оскорбляюсь. И по игривым искоркам, загорающимся в его зеленых глазах, вижу, что он это заметил.

– Иди в жопу, Поттер, – ухмыляется, как мартовский кот, объевшийся сметаны. Нет, как малолетний паршивец, сожравший мою курицу.

– Это приглашение?

Молчу. Потому что молчание – золото.

Поттер подается ближе, наматывает прядь моих волос на палец, дергает к себе и спрашивает хрипло:

– Давно хотел спросить, чего у тебя волосы все время грязные? – фыркаю ему прямо в лицо:

– Потому что мою их редко, – кривлюсь от боли, и вдруг чувствую – к моим губам прижимаются его, мягкие, горячие и чуть пахнущие терпким дешевым вином. На миг оторопеваю.

– Это что? – спрашиваю я каким-то не своим, писклявым голосом. А у него в глазах туман. Нет, честно.

– Я думаю, любовь... – задумчиво отвечает он, снова склоняясь ко мне. Любовь. Мне 42, и я не знаю, что это.

– А...

– Ага.

* * *

Так вот она какая, эта любовь: когда пятница, и задница горит огнем, и мокрые простыни под ней, а рядом лежит, закинув ногу на ногу, теплый и разомлевший Поттер и, меланхолично выпуская клубы дыма в потолок, курит маггловскую сигарету.

– Так я перееду к тебе, Снейп? – непринужденно спрашивает он, лениво поглаживая своими худыми ловкими пальцами мое бедро.

– Переедешь ко мне? – он шутит, верно?

– Ага, перееду, – дергает за волосок, отчего я недовольно шиплю. Зараза.

– С какой стати, Поттер?

Удивленно смотрит на меня, хмурит лоб, кривится:

– С той, что у нас любовь, Снейп.

– Любовь? Ты меня только что в жопу отымел, Поттер. Теперь ЭТО так называется?

– Ага...

– А.

И нависает надо мной, тощий, растрепанный, шея вся в засосах – моя работа, между прочим – и снова говорит:

– Ты идиот, Снейп. – В этот раз оскорбляться мне неохота.

* * *

Позже, уже под утро, я засыпаю, легко обнимая Поттера, уткнувшегося носом мне в подмышку и щекочущего дыханием кожу. Может, это и вправду любовь? Я ведь раньше ее не встречал – мог не заметить... А?

Конец